"But wherever we fled (но куда бы мы ни бежали), and however far we fled (и как далеко бы мы ни бежали), always did we find the hated Russian folk (мы постоянно находили ненавистных русских). Kinoos was unafraid (Кинус был бесстрашен), but the sight of them was a hurt to his eyes (но их вид был страданием для его глаз; hurt — телесное повреждение; страдание); so we fled on and on (поэтому мы бежали дальше и дальше), through the seas and years (через моря и годы), till we came to the Great Fog Sea (пока мы не пришли к Великому Туманному Морю), Negore, of which thou hast heard (Негор, о котором ты слышал), but which thou hast never seen (но которое ты никогда не видел). We lived among many peoples (мы жили среди многих народов), and I grew to be a woman (и я выросла в женщину = я выросла и стала женщиной); but Kinoos, growing old, took to him no other woman (но Кинус, постарев, не взял себе другую женщину), nor did I take a man (и я тоже не взяла мужчину).
wherever [weqr'evq], however [hau'evq], people [pJpl]
"But wherever we fled, and however far we fled, always did we find the hated Russian folk. Kinoos was unafraid, but the sight of them was a hurt to his eyes; so we fled on and on, through the seas and years, till we came to the Great Fog Sea, Negore, of which thou hast heard, but which thou hast never seen. We lived among many peoples, and I grew to be a woman; but Kinoos, growing old, took to him no other woman, nor did I take a man.
"At last we came to Pastolik (наконец, мы пришли в Пастолик), which is where the Yukon drowns itself in the Great Fog Sea (который находится там, где Юкон тонет = впадает в Великое Туманное Море). Here we lived long (здесь мы жили долго), on the rim of the sea (на краю моря = на берегу моря), among a people by whom the Russians were well hated (среди народа, который очень ненавидел русских: «которым русские были очень ненавидимы»). But sometimes they came, these Russians (но временами эти русские приходили), in great ships (на больших кораблях), and made the people of Pastolik show them the way through the islands uncountable of the many-mouthed Yukon (и заставляли людей Пастолика показывать им дорогу через бесчисленные острова Юкона с множеством устьев). And sometimes the men they took to show them the way never came back (и иногда люди, которых они забирали, чтобы те показали дорогу, никогда не возвращались), till the people became angry and planned a great plan (пока люди не рассердились и не задумали великий план).
drown [draun], uncountable ["An'kauntqbl], angry ['xNgrI]
"At last we came to Pastolik, which is where the Yukon drowns itself in the Great Fog Sea. Here we lived long, on the rim of the sea, among a people by whom the Russians were well hated. But sometimes they came, these Russians, in great ships, and made the people of Pastolik show them the way through the islands uncountable of the many-mouthed Yukon. And sometimes the men they took to show them the way never came back, till the people became angry and planned a great plan.
"So, when there came a ship (и вот, когда пришел корабль), Old Kinoos stepped forward and said he would show the way (Старый Кинус шагнул вперед и сказал, что покажет дорогу). He was an old man then (он был тогда стариком), and his hair was white (и его волосы были седыми); but he was unafraid (но он был храбр). And he was cunning (и он был хитроумным), for he took the ship to where the sea sucks in to the land (ибо он повел корабль туда, где море затягивает на сушу; to suck in — всасывать, затягивать) and the waves beat white on the mountain called Romanoff (а волны взбивают пену на горе = бьются, пенясь, о гору под названием «Романов»). The sea sucked the ship in to where the waves beat white (море затянуло корабль туда, где волны взбивают пену), and it ground upon the rocks and broke open its sides (и он потерся = зацепился о скалы и распорол борта; to grind — тереться со скрипом; to break — прорывать, разрывать). Then came all the people of Pastolik (потом появились все люди Пастолика), (for this was the plan (ибо таков был план)), with their war-spears, and arrows, and some few guns (с боевыми копьями, стрелами и несколькими, очень немногими ружьями). But first the Russians put out the eyes of Old Kinoos (но сначала русские выкололи глаза Старому Кинусу; to put out — выкалывать /глаза/) that he might never show the way again (чтобы он никогда больше не показывал дорогу), and then they fought (а потом они сразились), where the waves beat white (там, где волны взбивают белую пену), with the people of Pastolik (с народом Пастолика).
cunning ['kAnIN], ground [graund], fought [fLt]
"So, when there came a ship, Old Kinoos stepped forward and said he would show the way. He was an old man then, and his hair was white; but he was unafraid. And he was cunning, for he took the ship to where the sea sucks in to the land and the waves beat white on the mountain called Romanoff. The sea sucked the ship in to where the waves beat white, and it ground upon the rocks and broke open its sides. Then came all the people of Pastolik, (for this was the plan), with their war-spears, and arrows, and some few guns. But first the Russians put out the eyes of Old Kinoos that he might never show the way again, and then they fought, where the waves beat white, with the people of Pastolik.
"Now the head-man of these Russians was Ivan (тогда предводителем тех русских был Иван). He it was, with his two thumbs (именно он своими большими пальцами), who drove out the eyes of Kinoos (выдавил глаза Кинусу; to drive out — выбивать; вытеснять). He it was who fought his way through the white water (именно он пробился через прибой; to fight one’s way — прокладывать себе дорогу), with two men left of all his men (с двумя людьми, оставшимися от всех его матросов; men — здесь: солдаты, рядовые; матросы), and went away along the rim of the Great Fog Sea into the north (и ушел по берегу Великого Туманного Моря на север). Kinoos was wise (Кинус был мудр). He could see no more and was helpless as a child (он не мог больше видеть и был беспомощен, как ребенок). So he fled away from the sea (поэтому он убежал от моря), up the great, strange Yukon, even to Nulato (вверх по великому, необыкновенному Юкону, до самого Нулато), and I fled with him (и я убежала с ним).
"This was the deed my father did, Kinoos, an old man (это был подвиг, который совершил мой отец Кинус, старик). But how did the young man, Negore (а как поступил молодой мужчина, Негор)?"
thumb [TAm], north [nLT], even [Jvn]
"Now the head-man of these Russians was Ivan. He it was, with his two thumbs, who drove out the eyes of Kinoos. He it was who fought his way through the white water, with two men left of all his men, and went away along the rim of the Great Fog Sea into the north. Kinoos was wise. He could see no more and was helpless as a child. So he fled away from the sea, up the great, strange Yukon, even to Nulato, and I fled with him.
"This was the deed my father did, Kinoos, an old man. But how did the young man, Negore?"
Once again she silenced him (еще раз она заставила его молчать).
"With my own eyes I saw, at Nulato (собственными глазами я видела в Нулато), before the gates of the great fort (перед воротами большого форта), and but few days gone (и всего лишь несколько дней назад). I saw the Russian, Ivan (я видела, как тот русский, Иван), who thrust out my father's eyes (который выдавил глаза моему отцу), lay the lash of his dog-whip upon thee and beat thee like a dog (порол тебя хлыстом /и избивал/, как собаку; lash — удар хлыстом; the lash — порка; to lay the lash — пороть, сечь). This I saw, and knew thee for a coward (это я видела и сочла тебя трусом; to know — знать; узнавать; понимать). But I saw thee not, that night (но я не видела тебя той ночью), when all thy people (когда весь твой народ) — yea, even the boys not yet hunters (да, даже мальчики, еще не охотники) — fell upon the Russians and slew them all (напал на русских и убил их всех; to fall upon — нападать, атаковать; to slay — убивать)."
