Annotation

В Токио 2020 года моя обычная жизнь закончилась в тот день, когда в квартиру 804 въехал древний дух воды. Его мать слишком хорошо умеет появляться из воздуха, в его квартире хихикают листья, а сам Юто знает обо мне больше, чем должен.Оказалось в детстве я случайно привязала его к себе. С тех пор он преследует меня в каждой жизни: мальчиком без имени, тенью в дождевой воде, тем, кто всегда появляется слишком вовремя.Семь жизней, чтобы найти друг друга.Семь весен, чтобы вспомнить.Семь попыток сказать: «Я люблю тебя».И только одна — последняя — чтобы он перестал быть для меня чудом и стал человеком, которого я выберу сама.#тайнаязащита #японскаяэстетика #стараяяпония #cовременность #любовьсквозьвремя

Сакура в его ладонях

Глава 1. Мужчина, пострадавший от моего лица

Глава 2. Маньячела из квартиры 804

Глава 3. Лисы не удерживают тех, кто сам идёт в ловушку

Глава 3.1 Молиться — но не реке, а ей.

Глава 4. Лицо свахи.

Глава 5. Девочка с каплей на душе

Глава 5.1 Желание быть нужным

Глава 6. Русалка у супермаркета Life

Глава 7. План был купить кофе. День внёс правки.

Глава 8. Короткая весна

Глава 9. Окаю для больного дракона

Глава 10. Когда весь дом зовёт тебя сыном

Глава 11. Больной дракон и лиса с аптечным пакетом

Глава 12. Господская вещь

Глава 13. Политология личного позора

Глава 14. Почему я виновата?

Глава 15. Тот, кто пахнет речной тоской

Глава 16. Бесполезный дракон

Сакура в его ладонях

Сакура в его ладонях

Ника Летта

Глава 1. Мужчина, пострадавший от моего лица

Токио, 2020 год.

В двадцать четыре я поняла одну важную вещь: если парень изменяет тебе с твоей подругой, а потом говорит, что они женятся, потому что его семье нужна “чистокровная японка”, — проблема не в том, что ты недостаточно хороша.

Проблема в том, что ты два года встречалась с идиотом, выращенным в элитном инкубаторе.

Мой отец был японцем. Мама — русской. В детстве мне говорили, что я красивая смесь двух миров.Сегодня выяснилось, что для семьи моего бывшего я, видимо, была бракованной лимитированной версией.

Настроение: вежливо сжечь всё.

Но вместо этого я села в автобус и уставилась в окно, потому что у приличных девушек после предательства, кажется, есть только два варианта: либо плакать, либо делать вид, что у тебя просто аллергия на дождь.

Я выбрала оба.

Парень рядом ничего не говорил, просто подвинулся и подставил плечо. За окном цвела сакура, а мои мысли были обращены в недавнее прошлое. И чтобы вновь не разревется я покосилась на утишетеля. Высокий. Симпатичный. Слишком симпатичный для дня, в который моя личная жизнь официально умерла.

— Вы всем незнакомым девушкам так помогаете? — хрипло спросила я.

— Только тем, у кого такой вид, будто они либо расплачутся, либо совершат убийство, — ответил он.

Я всхлипнула, потом фыркнула.

Потом всё-таки уткнулась лбом ему в плечо. Иногда исцеление начинается не с большой любви.Иногда — с сухого худи незнакомца и понимания, что бывший всё-таки был не последней надеждой человечества.

Я вышла из автобуса на две остановки раньше. Не потому что внезапно захотела пройтись под дождём. Нет. У меня, конечно, был день саморазрушения, но не настолько творческий.

Просто парень в сером худи вышел следом. Сначала я решила: совпадение. Потом он свернул туда же, куда и я.

Я ускорилась, он тоже. Затем перешла на другую сторону улицы, он тоже перешёл. И вот тут мой внутренний голос, который до этого тихо лежал в углу и переживал измену, резко сел и сказал:

Поздравляю. День достиг нового уровня. Теперь у тебя есть потенциальный маньяк, вот нечего было прижиматься к незнакомцу и рыдать на его плече. Наверное теперь он думает, что в ответе за того, кого приручил.

Я сжала ремешок сумки. Вообще-то сумка была маленькая, бежевая и совершенно бесполезная. В неё помещались телефон, помада, ключи и остатки моей веры в людей. Но в критической ситуации женщина способна превратить в оружие даже чек из комбини.

Я остановилась у светофора, он в трёх шагах от меня. Я медленно повернула голову. Парень смотрел куда-то в сторону, делая вид, что его невероятно интересует мокрый дорожный знак.

Подозрительно.

Очень подозрительно.

Красивые люди вообще часто ведут себя подозрительно. Им слишком многое прощают. Особенно если у них влажные волосы, спокойный взгляд и плечо, на котором ты десять минут назад оставила половину туши и достоинства.

Я сделала шаг. Он сделал шаг. Всё. Хватит.

— Вы меня преследуете? — резко развернулась я.

Парень моргнул.

— Что?

— Вы. Меня. Преследуете.

Он посмотрел на меня так, будто я только что обвинила зонт в экономическом кризисе.

— Я иду домой.

— Конечно, — сказала я. — Все преследователи так говорят. Никто же не начинает с: “Здравствуйте, я ваш сегодняшний маньячела”.

Уголок его губ дрогнул. Он что, смеялся?

В этот день мне изменили, унизили происхождением, я рыдала на незнакомом худи, промокла, вышла не на той остановке, а теперь ещё какой-то подозрительно красивый тип смеётся над моей бдительностью.

Прекрасно, просто прекрасно.

— Я живу здесь, — сказал он и кивнул на дом позади меня.

Я медленно обернулась, и посмотрела на свой дом. С двенадцатью этажами, облезлой табличкой у входа и вечно сломанным автоматом с напитками у стены.

Мой дом. Я снова посмотрела на него.

— Нет.

— Что “нет”?

— Нет, вы тут не живёте.

— Живу.

— Я бы вас видела.

— Возможно, ты видела.

— Я бы запомнила.

На этот раз он всё-таки улыбнулся, будто вспомнил что-то, что принадлежало только ему.

— Сомневаюсь.

Вот это было уже нахальство. Я прищурилась.

— Слушайте, у меня сегодня и так был сложный день. Поэтому если вы сейчас скажете что-то загадочное вроде “мы уже встречались”, я ударю вас сумкой.

— Даже если это правда?

— Особенно если это правда.

Он поднял руки, сдаваясь.

— Хорошо. Тогда без загадок. Я жил в квартире 804.

Я замерла.

Восьмой этаж. Соседи справа. Женщина, которая всегда пекла сладкие булочки с бататом. Её муж, который чихал так громко, что мама однажды сказала: “Бедный человек, у него внутри живёт демон”. И их сын…

Я медленно подняла глаза на парня. Высокий. Стройный. Симпатичный до раздражения. Совершенно не похожий.

— Не может быть, — выдохнула я.

Он наклонил голову.

— Может.

— Нет. В 804 жил Юто.

— Верно.

Я посмотрела на его лицо. Потом на плечи. Потом снова на лицо. Мозг попытался соединить образ передо мной с воспоминанием из детства и, кажется, сломался где-то посередине.

# тайна прошлого #драматичная романтика #историческая драма #судьба героев #любовь и долг #японская история.

Глава 2. Маньячела из квартиры 804

Токио, 2020 год.

Юто из 804 был круглым. Не просто полненьким, он был настоящим колобком в школьной форме. Добрым, мягким, постоянно жующим что-то сладкое и таким серьёзным, будто каждое пирожное в мире было его личной ответственностью.

Он бегал медленно. Краснел быстро. Смеялся заразительно. И однажды, когда я упала во дворе и разбила колени, он присел рядом, надул щёки и стал дуть на ссадины так сосредоточенно, словно пытался охладить вулкан.

Я тогда ревела так громко, что даже вороны на проводах притихли, а он сказал:

— Не плачь, Аки. Если сильно дуть, боль испугается и убежит.

Я ещё сильнее заплакала, просто никто до этого не говорил с моей болью так вежливо. Я смотрела на парня перед собой и чувствовала, как внутри медленно поднимается стыд. Огромный. Тёплый. Противный.