Обнаружить, кто именно мог её подговорить, не удалось. Единственное, что удалось выяснить — договорённость связаться с их семьёй после возвращения артефакта на место. Для этого они должны были отправить в академию своего отпрыска и с его помощью вновь попытаться украсть «Сердце Пламени». А затем вывести его за пределы академии.

Академия Предтечи была построена на месте последней битвы. Там образовался источник силы, подпитывающий плетение артефакта и удерживающий сущность Иллирийи в камне, не давая ей развоплотиться.

Стало понятно, чего добиваются предатели. Сначала — разорвать связь между артефактом и древней сущностью. Для этого артефакт должен оказаться как можно дальше от источника.

Затем — достать договор и уничтожить его. После этого начнётся война. А в хаосе войны очень удобно сместить власть.

Поэтому вариант сразу схватить род ла Фает даже не рассматривался. Нужно было выявить всех заинтересованных.

Сиону отправили домой. Итой поставил блок ей и слугам на воспоминания о ментальном вмешательстве. За незаслуженное задержание извинились. Кладовщика демонстративно наказали — якобы он перепутал бутылки, из-за чего советник и выпил зелье. Осечек быть не должно.

— Что ты намерен делать? — спросил Итой, потягивая вино у камина.

— Жшшдать. Когда пришлют ученика… перехватить и подменить. — взгляд Даарда снова скользнул к столу, где недавно лежали вещи из мешка. Вспомнился прыжок из окна, старуха… — Я дашшже ссзнаю, кого туда направлю.

— Иллюзии не сработают. Слишком сильный фон от источника. Морок обнаружит любой преподаватель. Тебе ли не знать.

Даард усмехнулся.

— А мне они и не нужны.

— И что… — эльф не договорил. Его взгляд тоже упал на стол, и в глазах мелькнуло понимание. — Ты серьёзно?

— Более чем.

— И как ты её уговоришь?

— Сссогласссится. С тебя требуется одно — сделать так, чтобы она получила отдельную комнату в общежитии.

— Я что-нибудь придумаю. До следующего набора два месяца. За это время многое можно провернуть и не вызвать подозрений.

Допив вино, Итой отправился домой. Даард же тяжело вздохнул и пополз в спальню. По пути он не встретил ни одной живой души.

С одной женщиной разобрался. Теперь на повестке дня — другая.

Перепуганные допросами слуги косились друг на друга. Каждый старался первым донести о чужой ошибке, лишь бы самому не попасть под раздачу.

Иллирий уже успел доложить: личная горничная госпожи потребовала зелье византи. Даард дал добро и приказал не вмешиваться. Кладовщику — выдать.

В его интересах было провести ночь с женой… плодотворно. И наконец вернуть кольцо императора в академию.

С другой стороны — зачем все эти хитрости?

Ему стало любопытно, что уже придумала эта пигалица. Ведь на неё, как он понял, зелье почти не подействовало. Слишком быстро выветрилось. Неужели старалась для него?

…Это будет интересно.

***

Советник был настроен поиграть с добычей, что так несвоевременно упала ему в руки.

Возможно, ему самому зелье и не понадобится. Если закрыть глаза и сосредоточиться на гладкости её кожи и на сладком для него аромате желания — всё получится. Стоило зайти в спальню, как он услышал грохот её сердца. Решил притвориться пьяным и посмотреть, что она задумала.

Вреда причинить ему она не сможет. Зато, возможно, успокоится, ошибочно считая, что всё у неё под контролем.

— Прошу меня простить, сегодня был слишком напряжённый день. — учуяв возросший страх женщины, он сделал движения нарочито неловкими. Помогло: она расслабилась и задала робкий вопрос:

— Выпьете?

Такая кротость подтвердила его расчёты. Градус напряжения в комнате немного снизился.

— Одной чашей больше, одной меньше — какая разница. — он поспешил лечь в постель, демонстрируя свою беспомощность.

Что сказать — девчонка удивила. Довольно быстро довела его до пика. Внутри неё было так узко и горячо, что он едва удержал хвост, чтобы не подмять её под себя. И продолжал держать глаза закрытыми.

Он бы ещё продолжил… да только эта пигалица сразу поспешила слезть с него и снять артефакт с хвоста.

Он пребывал в таком сильном недоумении: «Как? И это всё? Она что же, даже продолжать не собирается? И получить своё удовольствие?» Поэтому лежал неподвижно ещё некоторое время, пока ему на шею надевали тесёмку с артефактом.

Но стоило краем глаза увидеть, как она подхватила свой мешок, он понял: от него собрались удрать. Разозлился. Не выдержал. Перегородил ей дорогу хвостом:

— И куда шшже сссобралась моя сссэйра?

Они не закончили. С его постели ещё никто так поспешно не сбегал.

Настало время показать, как ей повезло стать его женщиной. Это уже дело чести.

Он обвил её тонкую талию хвостом, перенёс лёгкое тело на кровать и впился поцелуем в губы. На удивление мягкие и сочные. Не сдержал удовольствия — зашипел.

Теперь ему было плевать на её внешность. Какая разница, красавица под ним или нет, когда она такая… вкусная. К тому же, став его женой, она получит доступ к лучшим лекарям и целителям. Любой дефект кожи можно будет устранить.

А уж он постарается её откормить. Чтобы она набрала вес и приобрела формы — такие же сочные, как её уста.

Девушка под ним, придя в себя, попыталась вырваться. Как раз это он ей и позволит… Поэтому усилил поцелуй.

Буквально пожирая её губами и языком, забрался хвостом под подол одежды. Он хорошо знал женское тело. Знал, где и как погладить, где надавить. Уверенно и умело разжигал в ней желание. Когда она перестала вырываться и бить кулачками по его плечам, а наоборот — сжала ладонями его предплечья и выгнулась, он снизил напор.

Стал целовать её более бережно, неторопливо. В ответ получил робкий отклик. Умница, — подумал наг и переключил внимание на тонкую шейку…

— Это что?

Раньше этого не было. В замешательстве он проследил, куда ведёт след сыпи, и раскрыл ворот.

— Тебя кто-то проклял?

Будто через силу осознав его слова, девушка — по случайности ставшая его сэйрой — хлопнула ресницами, пытаясь понять, что от неё хотят.

Поволока желания постепенно сходила с её глаз. Правильно. Именно так должна выглядеть женщина, побывавшая в его постели — румяной и полной желания.

Наконец её взгляд прояснился:

— Слезьте с меня!

На возмущённый окрик он только хмыкнул, но всё-таки выполнил просьбу. Скатился на бок, подперев голову рукой, и положил ладонь ей на бедро.

— Я спрашиваю, кто тебя проклял. — определённо, нужно вызвать целителя. Как-никак, он её хранитель. Заботиться о её здоровье — его прямая обязанность.

— Что, брезгуете? — взъерошилась, словно птичка, его хранимая, поспешив запахнуть одеяние.

— Похоже на то, что я брезгую? — он демонстративно указал взглядом на свой пах.

Проследив за его взглядом, сэйра вспыхнула как спичка. Румянец охватил её шею. В попытке скрыться от неловкости она поспешила выбраться из-под его руки.

— Но-но, зачем так краснеть? — с интересом отметил он. — Ммм… Я ещё помню прикосновения твоих нежных ручек. И не только…

— Знаете что!!! Вы… вы… — не найдя слов, она поспешила скрыться в уборной, унося с собой сладкий аромат желания. И уже оттуда крикнула: — Невыносимы!

— Скоро придёт целитель, — крикнул он ей вдогонку.

А услышав недовольное «гад чешуйчатый» за дверью, расхохотался.

Определённо, с ней будет весело.

ГЛАВА 20. Я — ГЕНИЙ. НО ЕСТЬ НЮАНС

Вика

— Гад чешуйчатый! — со злобой воскликнула я, глядя на закрытую дверь. Злость щедро сдабривало чувство унижения, а в крови всё ещё бурлило неудовлетворённое желание.

Это просто уму непостижимо.

Развёл как ло… тьфу ты, обвёл вокруг пальца как девчонку.

Да, я сама решила сбежать. И чтобы меня не преследовали, переспать с ним и снять с его хвоста артефакт. Что, собственно, и сделала. Меня никто не заставлял. Я уже успела мысленно напеть себе оду, какая я молодец: и советника императора обманула, и с хвостом оставила.