Восходящая луна помогала не сильно, призрачными штрихами очерчивая густые пучки листьев на макушках крон. Лес сверху казался морем с рябью волн, бликующей в лунном свете. Отчего причудливый инопланетный пейзаж превратился в дикую фантасмагорию. Только далеко впереди отчётливо выделялись ровные столбы света. Ничего похожего в пределах видимости не наблюдалось, отчего они выглядели чужеродно для окружающего пейзажа. Оставалось надеяться, что это прожекторы на посадочном поле.

Кристин направилась к ним, постепенно снижаясь. Когда освещенное место приблизилось настолько, что окружающий мрак стал редеть, затормозила, выискивая просвет в деревьях, где спуститься можно. Остаток пути лучше пешком пройти. Неизвестно, насколько хорошо работает невидимость при таком ярком свете. Незачем зря рисковать.

Как назло, ни одной поляны в округе не наблюдалось. Она сделала круг на таяре, потом ещё один шире. И заметила небольшой пятачок, темнеющий среди моря бликующей листвы. На поляну не тянет, слишком мало места, но ничего лучше в зоне видимости нет. Зашла на третий круг, примериваясь, чтобы резко спуститься в замеченный просвет. И рванула вниз.

В последней момент заметила движение на поле. Невольно оглянулась. Успела увидеть темные фигуры людей на фоне света от прожекторов. И в этот миг они скрылись за деревьями. Осознать увиденное она не успела. Резкий рывок выбил все мысли из головы.

Боль обожгла кожу под волосами, аж слезы выступили.

Таяр резко повело в сторону. Ноги по инерции несло вперёд, а голова оставалась на месте. Боль стала нестерпимой.

Она вслепую нащупала зацепившуюся прядь волос. Резко дернула.

Но выровнять таяр уже не смогла.

Листья хлестнули по лицу. Глаза тоже обожгло болью. Сквозь слезы в темноте она уже ничего не видела.

Кувыркнулась.

Ударилась плечом.

Слетела с таяра.

Что-то хлестнуло по рукам и спине.

Зацепилась за ветки куста.

Треск.

Глухой удар о землю.

Дыхание выбило. В глазах темно.

Кристин далеко не сразу смогла нормально вздохнуть. Казалось, адски болит каждая часть тела. Стряхнула с пальцев выдранный клок волос. И когда узел успел развязаться? Наверное, в полете ветром растрепало. Точно надо завязывать перед выходом из комнаты.

С трудом поднялась на четвереньки. Ушибленное плечо прострелило, рука подвернулась. Чуть не ткнулась носом в землю. Медленно привстала снова, стараясь отрешится от боли. Проморгалась и огляделась.

За спиной и с боков частично обломанные ветки куста. Прямо сквозь деревья пробиваются слабые отблески, очерчивая стволы и контуры крон. Значит, со зрением всё в порядке.

И тут обожгла паническая мысль: где таяр?!

Забыв про боль, вскочила, выдираясь из плена куста и судорожно озираясь. Не то, чтобы ей жалко было потерять подарок Треона (конечно, жалко!), но улики такие оставлять попросту опасно. Тем более совсем рядом с комплексом!

Как назло, в такой темноте разглядеть ничего не удавалось.

Со стороны поля послышались голоса. Кто-то идет!

Кристин вертела головой, но увидеть таяр так не могла. Чертова темнота! Конечно, она пока скрывает её. Но только до тех пор, пока сюда не дойдут люди с фонарями. А спрятаться здесь совершенно негде! Ни лощины, ни скал, ни зарослей никаких. Одни редкие стволы деревьев, словно мохнатые колонны. И только единственный огромный куст рядом, ветки которого она обломала при приземлении.

Оглядела его пристальнее. Он словно огромный лиственный шар покоился на земле. Куда выше её головы. И нижние ветви касались почвы. Можно рискнуть!

Голоса стали громче. Среди стволов заметались лучи фонарей.

Кристин оглянулась и метнулась вокруг куста укрыться от прямых взглядов. И почти сразу стукнулась коленями. Зашипела и качнулась вперёд, упираясь руками в твёрдый воздух. Мгновение с непониманием таращилась на пустое пространство между ладонями. И тут её озарило.

Луч фонаря метнулся совсем рядом, почти задев одну ногу.

Она судорожно нащупала бока таяра и принялась жать на каждый участок, пока невидимость не отключилась. После этого привычным ударом свернула его и, подхватив, нырнула рыбкой под ветки куста. Поползла к центру.

Голоса раздавались уже совсем рядом. Но разобрать удавалось только обрывки слов и фраз.

Кристин наткнулась на что-то мягкое и тёплое. В следующий момент её обхватила чья-то рука. От боли дыхание перехватило, только поэтому удалось не закричать. Чужая конечность угодила прямо по ушибу на спине.

В нос ударил запах перегара. Спросонья голос пробормотал:

— ...это непла… равильно, — и оказался странно знаком, — …бедняга. Со свету сживут… ни за что пло… ропадёт.

— Кто? — невольно вырвался вопрос. Шёпотом. Кристин отчаянно пыталась вспомнить, чей голос слышит. Безрезультатно.

— Да искатель же… тот самый, — речь стала разборчивей, видимо мужчина проснулся и начал приходить в себя. И хватка на спине усилилась. — Мягко. Пахнет приятно. Ангел пришёл ко мне подарить прощение.

Она зашипела и предприняла попытку вырваться. Неудачно. Замерла, прислушиваясь. Помимо разговоров стали слышны шаги и шипение плазмеров в боевом режиме. Сквозь ветки куста замелькали пятна света от фонарей.

Сердце билось как сумасшедшее. Горло сдавило. История повторялась, как тогда в лощине. Только теперь в разы хуже. Ещё и хватка какого-то пьяницы острых ощущений добавляла.

— Мар… Май… искатель Мейлет, вот! — пробормотал ей в ухо. — Забавный. От апельсинового сока пьянеет. Жалко его.

— Капитан, здесь чисто, — раздалось так громко, словно прямо над ней.

— Под кустом проверь, — приказал знакомый грубый голос. Опять тот же капитан. — Здесь ветки обломаны. Вчера ещё целые были.

Она заполошно рванулась и освободилась из хватки. Метнулась вперёд к центру куста. Судорожно оглянулась. Сквозь листву пробивались рассеянные лучики фонарей. В их свете что-то блеснуло на земле. В панике схватила забытый таяр и прижалась к стволу куста. Он расходился почти у самой земли несколькими толстыми ветвями, расщепляясь выше в густую паутину.

Количество фонарей неумолимо разрасталось, листья зашуршали.

Она сама не поняла, как оказалась между стволов куста, упираясь в них руками и ногами. Отбитое плечо сразу ныть начало. На вторую руку вес перенести не получиться, в ней таяр зажат. Перехватила его поудобнее скользкими пальцами, чтобы не выпал. Затаила дыхание.

Сквозь раздвинутые ветки замелькали конусы света. Остановились на лежащем мужчине. Он закрыл глаза локтем от света.

— Капитан, здесь профессор Горович. И, кажется, он пьян.

Теперь она поняла, почему его голос показался знакомым.

— Вытаскивайте его. Нашлась пропажа, ваше превосходительство.

— Превосходно.

И Нэйтан Эллисон здесь! Кристин стиснула зубы, чтобы не застонать. Рука начала соскальзывать по стволу. Потные ладони, дрожь в уставших мышцах, боль в ушибах — ничего не помогало держаться. Каким-то чудом ей сих пор удалось не упасть. Но надолго её не хватит.

Горовича в четыре руки за ноги вытянули из-под куста, никто не захотел ползать по земле. Что к лучшему. Но если она сейчас выронит таяр или сама с грохотом свалится, её уже ничто не спасёт.

— А вот и наш бунтарь. Поднимите его, — в голосе Эллисона отчетливо прозвучало удовлетворение. — Как это на вас похоже, прятаться от проблем в бутылке. Уже проспались? Полегчало?

— Не ваше дело! — недовольно буркнул Горович. Судя по голосу, он уже очухался немного.

— Не будьте букой. Мы ведь на одной стороне.

— Не выдумывайте! Уже много раз проклял свою слабость и малодушие. Вы меня вынудили. Заставили! Ваши методы мне противны!

— Я не спрашивал мнения у вашей совести, можете оставить его при себе, — голос Эллисона стал ледяным.

— Откажитесь от этого безумия! Это не по-божески! Меня сегодня уже ангел предупредил. Неправедный путь я избрал, пора остановиться!

— Какой ещё ангел? — Эллисон явно удивился неожиданному повороту разговора.