— Что ж, спасибо, — сказал я, нажав на кнопку выключения планшета и передав его Матвею. — Благодарим вас за прекрасную работу. За установку мы вам что-то должны?

— Нет-нет, что вы! — мужчина замахал руками. — Работу нам оплачивает князь Салтыков. Всё это включено в стоимость оборудования.

— Тогда хотя бы позвольте накормить вас хорошим обедом, — предложил я, всем своим видом изображая гостеприимство. — Михаил Анатольевич, Валерий Павлович, организуйте нашим гостям праздник.

— Да, Ваше Сиятельство, — кивнул нахмурившийся Михаил Анатольевич.

Потом мужчина повернулся к Валерию Павловичу и толкнул его локтем в бок. Насколько я понял, он таким образом переадресовал эту задачу.

Валерий Павлович устало вздохнул, но тут же улыбнулся, всем видом показывая радость от полученного нового поручения.

За всей суетой и водоворотом дел, я даже не заметил, как наступил вечер. Солнце вплотную приблизилось к горизонту, раскрасив дома и хозпостройки частного сектора в розовые и оранжевые цвета.

К этому времени я довёл до ума наконец все дела, разобрался с кипами документов и уставился в окно в поисках той самой вороны, что своим карканьем тщетно пыталась привлечь к себе моё внимание. Теперь её нигде не было.

Город притих. Не слышно щебета птиц, даже отдалённого вороньего карканья. Нависшее над Каменском напряжение было почти осязаемым. Через высокую ограду с третьего этажа особняка хорошо видны безлюдные улицы. Куда-то пропали даже дворовые собаки. Должно быть, они тоже чувствуют приближение чего-то страшного.

После ужина, как мы ранее договаривались, я заехал за Евгенией, и мы вместе поехали в госпиталь. Пациентов в приёмном отделении пока не было, так как все городские сидят по домам, а раненых пока нет. Коллектив присутствовал на месте практически в удвоенном количестве. По приказу главного целителя многие врачи и медсёстры вышли в усиление, готовясь к массовым поступлениям пациентов.

Накидывая на ходу халат, мы с Женей зашли в ординаторскую. Здесь тоже было людно, как никогда. Кроме Анатолия Фёдоровича и двух ординаторов сегодня дежурили несколько новичков, на всех свободных стульях и креслах сидела молодёжь.

Видимо, практикантов тоже решили привлечь к массовым поступлениям раненых. Рядом с заведующим никто не садился, словно боялись, что он покусает. Поэтому мой наставник сидел в центре дивана один.

— Всем салют, — сказал я, входя в ординаторскую.

Все словно встрепенулись ото сна, вразнобой отвечая приветствием.

— Всё же пришёл, — улыбнулся Герасимов, сложив привычную газету и убрав её в сторону. Потом похлопал по дивану рядом с собой. — Идите садитесь, а то сегодня здесь больше некуда. Я правда не кусаюсь, хоть многие в это и не верят.

Евгения и я уселись на диван по сторонам от моего наставника. Молодёжь с интересом уставилась на нас. Мол, кто это такие? Почему они так уверенно сидят рядом с шефом?

— Как день прошёл? — спросил Анатолий Фёдорович, повернувшись сначала ко мне, потом к Евгении.

Мы оба, не сговариваясь, пожали плечами.

— Да нормально. Работаем.

— Это у тебя что? — спросил Анатолий Фёдорович, кивнув на планшет, который я держал в руках.

— Новая игрушка, — усмехнулся я.

— Во что ты играешь? — вполне серьёзно спросил Герасимов.

Я включил планшет, на экране которого как раз был вид с камеры одной из турелей возле северных ворот Каменска. В поздних вечерних сумерках было видно вспаханное взрывами поле, находящееся между городской стеной и мерцающей границей Аномалии. Несколько раз нажал на кнопку увеличения, и стало видно едва заметно переливающуюся стену границы Аномалии, в которой виднелся проход.

— Неплохая игрушка, — хмыкнул Анатолий Фёдорович. — Зачем это? Хочешь попытаться сосчитать количество монстров, которые оттуда выйдут?

— Не совсем так, — покачал я головой и переключил вид, теперь на экране была видна сама турель, оснащённая двумя мощными многоствольными пушками.

— Ого! — ахнул Герасимов и придвинулся ближе, уставившись в экран. — Каменск превратился в бастион.

— Почти, — улыбнулся я. — Новое приобретение производства князя Салтыкова. Купил по очень выгодной цене для защиты города. С помощью планшета смогу наблюдать за их работой во время боя.

О том, что я могу ими управлять, наводить на цель и стрелять, я по понятным причинам промолчал. От наставника у меня не было секретов, но в ординаторской слишком много лишних ушей, которым это знать необязательно.

Мы тихо разговаривали, когда услышали далёкий вой сирены, предупреждающей об опасности. Я снова активировал камеру, нацеленную на проход в границе Аномалии. Картина резко поменялась.

Вместо тишины и неподвижного покоя оттуда теперь непрерывной рекой текли разнообразные монстры, которые передвигались настолько тесной толпой, что по их спинам можно было идти практически как по мостовой.

— С ума сойти, — выдохнул Анатолий Фёдорович. — Лучше выключи это или убери с моих глаз. А то и так уже нервы ни к чёрту.

Через мгновение послышались первые выстрелы. Чуть позже началась канонада. Затем, судя по серии мощнейших взрывов, заработала демидовская ракетная система залпового огня, оснащённая синими гранулами, изобретёнными Евгенией. От этих взрывов вздрагивало всё здание и дребезжали стёкла.

Затем наступило небольшое затишье. Турели Салтыкова пока что молчали.

Я снова включил планшет и немного отдалил изображение с камеры. Поле между городом и Аномалией буквально пылало. Из прохода, словно живая, река снова хлынули монстры. Канонада возобновилась.

Вскоре мы имели возможность услышать работу новых турелей. Короткие скоростные очереди звучали как мощный отрывистый рёв.

На видео было видно, что ракетницы Демидовых сработали на отлично, пространство было практически полностью зачищено от монстров, но их было слишком много и поле снова словно ожило. Казалось, что движется каждая кочка и каждый пучок травы. Плотность огня усиливалась. Короткие очереди шести сдвоенных турелей теперь уже практически сливались в тот самый один протяжённый вой.

Вдруг рёв турелей резко прекратился, причём у всех сразу. Но это было не затишье: остальные системы продолжали стрелять, продолжали рваться снаряды.

Здесь явно что-то не так и мне это сильно не нравилось.

Я снова включил планшет и увидел, что изображение с камер застывшей турели смотрит куда-то вниз, в землю. Попытаться повернуть её куда надо или переключиться между камерами, но у меня ничего не получилось.

Я выключил планшет, отложил его в сторону и тут же набрал Михаила Анатольевича.

— Что там с турелями? — спросил я, стараясь говорить спокойно, но от моего собеседника не укрылась тревога в моём голосе.

— Случилось то, что мы и предполагали, — со вздохом сообщил Михаил Анатольевич. — Турели отключили дистанционно. Но мы смогли перехватить, откуда это было сделано.

— Значит, отправляйте на эти координаты группу захвата. Брать живыми. Убивать на месте — слишком много для них чести, слишком лёгкая участь для тех, кто устроил саботаж при нападении монстров.

Когда я сказал последнее, обратил внимание, как на меня уставились все присутствующие. У молодых целителей были такие глаза, словно в ординаторскую привели живого тигра без намордника. Я их понимаю, звучало довольно жёстко, не по-целительски.

— Федулов со своими ребятами уже выехал, Ваше Сиятельство, — сказал Михаил Анатольевич и положил трубку.

Хотел его ещё о чём-то спросить, но не стал перезванивать. Видно, у него и так дел невпроворот этой ночью.

Вскоре, сначала издалека, послышался заунывный вой сирен машин скорой помощи. Звук постепенно приближался.

— Ну что, Иван Владимирович, пошли встречать? — довольно бодро спросил Анатолий Фёдорович, звонко хлопнув меня по колену.

— Пошли, — кивнул я.

Все, кто находился в ординаторской, дружно поднялись со своих мест и направились к выходу, а затем в сторону обновлённого приёмного отделения.