— Нет! Останься! Будет подозрительно, если журналисты узнают, что ты живёшь не в моём доме. А уж эти проныры такое сразу разнюхают!

— Дело только в этом? — шепчу, но тут же прикусываю язык, надеясь, что Сергей не услышал.

— Не только… — чувствую, как он делает глубокий вдох, намереваясь сказать что-то ещё, но на заднем фоне слышится непонятный шум, громкие разговоры. — Извини, мне надо идти!

— Сергей! — вскрикиваю в трубку, желая его остановить, но ответом мне становятся лишь короткие гудки.

Слоняюсь по комнатам, словно привидение, пытаясь понять, что теперь делать, но мыслей нет. Казалось бы, вот все блага мира, о которых я могла мечтать, — ну ладно, это немного утрированно — но я ничего не хочу. Но сквозь странное опустошение во мне загорается огонь раздражения, которому я даю вспыхнуть и отогнать серую пелену апатии. Вот так, да, пылай ярче! Лучше уж испытывать хоть какие-то эмоции, чем эта одурь. Я начинаю злиться на саму себя, ведь никогда не позволяла себе раскисать, какая бы ситуация ни происходила, какие бы небеса ни обрушивались на землю. Так почему сейчас брожу бледной тенью?

Ну уж нет, так дело не пойдёт! Надо брать себя в руки! Для начала контрастный душ, кофе и полезный завтрак! А затем займёмся самосовершенствованием: где там номера преподавателя английского и инструктора? Пора бы уже привести свой мозг и зад в порядок! Вперёд, к новым высотам, Ира, ты это заслужила!

Конец.