— Вот черт! — только и смог произнести капитан.

Ник вкратце пересказал, что случилось.

— Он скончается, — обреченно проговорила Рейвен со слезами в глазах. — По предсказанию ясновидящей, Анарион погибнет молодым, не взойдя на престол.

— Двадцать пятый век, а ты веришь в пророчества?! — возмутилась Селена.

— Анарион сказал, что эта гадалка ни разу не ошиблась…

— Так, давайте надеяться на лучшее! — пресек перебранку старший Леграсс. — Но, надеюсь, все понимают, какие последствия будут, если он скончается у нас?

— То есть мне не надо было его спасать? — зло выдал Ник.

— Конечно, надо, — примирительным тоном ответил Рэд. — Я лишь предлагаю заранее продумать наши действия. Тем более это не единственная крупная проблема.

Три пары глаз посмотрели на капитана.

— Мне завтра предстоит участвовать в гонке. Если я проиграю, первый советник не выпустит нас с планеты. Поверьте, из всех вариантов этот был лучшим. И еще… Я почти уверен, что за покушением на принца стоит князь Эванеску. В Мужском клубе он вел себя как человек, которому всё дозволено. А значит, советник уже не рассчитывал увидеть Анариона живым.

— Я сделала анализ ДНК. Князь не тот, за кого себя выдает.

— Час от часу не легче! — невесело усмехнулся Рэд и уже хотел покинуть каюту, чтобы переодеться, как капсула истошно заверещала.

Сердце Анариона остановилось.

Селена в ужасе зажала рот руками. Рейвен кинулась к капсуле и вцепилась в ее бортик до побелевших пальцев. Дефибриллятор выпустил разряд, но тело принца, прочно удерживаемое страховочными ремнями, лишь слегка дернулось. Полоса по экранчику по-прежнему бежала ровная, издавая противный писк.

— Сделайте же что-нибудь! — взмолилась Рейвен, переводя взгляд с принца на всех по очереди.

— Аппарат сделает всё возможное! Мы тут бессильны, — с горечью ответил Рэд.

Последовал второй удар током. И снова ничего… Рысенок, выпрыгнувший перед этим на пол, приподнял голову и, вторя сигналу камеры, душераздирающе заскулил. Неожиданно Ник тронул жену за плечо и печально, однако уверенно проговорил:

— Зови его! — и, кивнув брату с женой на выход, сам отправился туда.

Но Рейвен вздрогнула и схватила удаляющегося мужа за руку.

— Как?!

— Как я звал тебя, — с болью в голосе проговорил парень.

Рейвен напряглась и все же поняла.

— Останься! — попросила она и развернулась к капсуле. Ник переступил с ноги на ногу, впрочем, с места не сдвинулся.

— Анарион, это я Рейвен! Помнишь, рыжеволосая иномирянка, которой ты показывал оранжерею и которую катал на лошади?

Еще один бесполезный разряд.

— Стоило мне узнать тебя, я сразу поняла, как у нас много общего. Ты мне очень дорог. Как брат, как друг. Ты стал важен для меня, Анарион! Не уходи! Мне очень больно тебя потерять. Вернись ко мне! К своим людям! К Валинору! Ты нужен планете, Анарион! Услышь меня… — голос Рейвен с каждой фразой становился всё тише. Слезы душили.

По-прежнему тишина. Лишь жужжание капсулы, не чувствующей отчаяния людей, но исправно старающейся вводить необходимые по протоколу препараты. Рейвен дотронулась до холодного лица принца и нежно провела, едва касаясь, кончиками пальцев от его виска до губ.

— Не уходи…

Вдруг на экранчике выскочил зигзаг. Бух… Неуверенно стукнуло встрепенувшееся сердце. И через пару секунд еще раз — бух, уже четче, словно удивленно просыпаясь. Линия кардиограммы снова превратилась в ломаную кривую. Выносящий мозг звук экстренного оповещения унялся. Рейвен покачнулась и начала оседать на пол. Ник успел подскочить, поймать и посадить ее на стул. Заглянул в глаза. Девушка была в сознании.

— Прости, — едва слышно проговорила она.

— Ты молодец, всё правильно сделала! — ответил Ник, обнимая жену и бережно гладя ее по голове.

Вернулись Рэд с Селеной и Фиравел. Парень был измученный, взъерошенный и грязный, как Ник несколько часов назад. Однако Селена, пока он не подходил близко к капсуле, воздерживалась от комментариев.

— Вы спасете его? — прошептал князь, окидывая медицинское оборудование ничего не выражающим взглядом.

— Капсула делает всё возможное, — повторил Рэд специально для Фиравела, — но принц действительно ранен очень тяжело.

— Шансы на положительный исход выросли, — кивнула Селена на экранчик. — Хотя первые сутки в таких ситуациях самые опасные. Думаю, только завтра к вечеру мы будем знать что-то наверняка.

Князь понимающе кивнул.

— У меня есть идея, как помочь Анариону разрушить пророчество! — внезапно оживилась Селена.

Все посмотрели на нее с непониманием.

— Ну же! Если хотя бы на долю процента допустить, что жизнь принца подвешена из-за него! Ясновидящая предрекла, что Анарион погибнет, не взойдя на престол. Всё же проще простого! Нужно, чтобы принц получил трон, и тогда чары рассеются!

— Ты сейчас серьезно?! — переспросил капитан, казалось, он такой идеей был обескуражен больше всех.

— Абсолютно! У нас на Онадэрре порой происходили… странные вещи. Никто их не мог объяснить, но это как-то работает! Я поеду к королю и опишу ему ситуацию. Неужели для него престол важнее жизни единственного ребенка?!

— С чего ты взяла, что он вообще тебя станет слушать? — уточнил Ник.

— Ну, — глаза Селены радостно блеснули, — насколько я поняла, его величество достаточно суеверен и мнителен. А у меня зеленые глаза! — и девушка обвела всех медленным взглядом, словно давая им убедиться в цвете ее радужки.

— И о чем это говорит? — снова не понял Ник.

— Единственная зеленоглазая женщина на планете — ведьма, сделавшая пророчество, — быстрее Селены произнесла Рейвен. — Во всяком случае, так считается.

— Вот! — победно подытожила подруга. — А если одна ясновидящая сделала пророчество, то вторая в силах его видоизменить! Вы что, «Спящую красавицу» не читали?!

— Нет, это опасно! — возразил Рэд.

— Опаснее, чем гонки? — взвилась Селена, уверенно глядя мужу в лицо.

— У меня выбора не было! — возмутился капитан.

— А у меня есть! И я выбираю попытаться.

— Вы не переживайте, — неожиданно вставил Фиравел. — Его величество никогда не причинит вред женщине, тем более иномирянке.

Ник в этом совершенно не был уверен, зато знал Сел. Если она что-то решила, ее всё равно не переубедить. Поэтому парень предпочел оставить свои мысли при себе. Рэд тоже поджал губы, но промолчал. Ссора из-за лишения Селены права выбора еще была свежа в его памяти.

— Только как ты туда попадешь? Рэд улетит с утра на трек на «МакЛарене», — вслух уточнил Ник.

— Я ее отвезу, — снова вмешался юный князь. — Мой конь хорошо отдохнувший и вполне выдержит двоих.

— Ладно, тогда так и решим, — скрепя сердце подытожил капитан. — Пойдемте, князь, я вам дам что-нибудь из своей одежды, пока ваша постирается. Будет странно заявиться к королю в таком виде. И всем спать, раз завтра тяжелый день.

С утра Рэду действительно удалось сделать два пристрелочных круга. В этом Мараик не обманул, трасса была целиком его, что позволяло пролететь по ней максимально медленно, присматриваясь к мелочам и вводя в маршрутизатор оптимальный путь к финишу. Дело в том, что, как капитан и увидел при визите сюда с королем, гоночный трек не был обычной трассой для соревнований на скорость. Скорее это была полоса препятствия для аэрокаров. И путей достижения конечного пункта было несколько. На невысокой скорости трек был легко проходим, но Рэд представлял, что здесь начнется, когда на старте окажутся одновременно восемнадцать аэрокаров и каждый будет пытаться ее пройти, обгоняя остальных.

В отличие от соревнований, в которых он участвовал, тут не приходилось рассчитывать ни на какую помощь извне: связи с пилотами не было, пит-стопа не было, навигатора, помогающего просчитывать на ходу оптимальный маршрут, — тоже. Надеяться можно было только на себя и на машину. Правда, что удивительно, победитель во избежание распрей определялся фотофинишем. На Валиноре встречались всякие технические вещички, особенно в высших кругах. Такие предметы не то чтобы скрывали, но и не афишировали. Для гонок же на треке были смонтированы самые настоящие камеры и велась непосредственная трансляция в тронный зал дворца. Это был единственный «фильм», за которым на вполне законных основаниях мог наблюдать весь высший свет Валинора. Председательствовал обычно король, ведь это было его излюбленное зрелище.