Филипп принес картину из холла, которую они взяли с собой, распаковал ее и представил герцогам. Они не поверили своим глазам. Их дворец и часть усадьбы, были изображены с такой точностью и в то же время изяществом, будто художник писал картину, находясь рядом, во дворе, а не импровизировал, беря за основу прекрасные дворцы на открытках и фотографиях. Но если это хоть как-то было объяснимо, то запечатленные люди на холсте, внешне напоминающие герцогов, произвели настоящий фурор, который оставался полной загадкой. Элину он также изобразил в компании незнакомых ему молодых людей — Лео и Жерара. Не говоря уже о Мариане, мчащейся куда-то восвояси, полностью передав не только ее облик, но и раздосадованное выражение лица.

— Это же настоящий шедевр! — воскликнул герцог. — Мы повесим ее в приемном зале, где сейчас и находимся. Думаю, напротив входа, ей самое место!

— Да, да! — подтвердила герцогиня. — Я до сих пор под впечатлением от этого произведения искусства!

— А вот прямо сейчас, господа, я хотел бы предложить нам всем прокатиться с ветерком по нашей усадьбе. Лошади и сани готовы! — торжественно предложил герцог.

Все, конечно же, согласились. После такого сытного званого обеда прогулка была в самую пору. К тому же погода располагала. Легкий морозец и яркое солнце как нельзя лучше способствовали пребыванию на свежем воздухе.

Однако вечером, по возвращению с веселой поездки на санях, запряженных лихой тройкой лошадей, всех ожидал сюрприз. Вернулась Мариана. Она была одна, без Лео, сославшись на то, что он пожелал остаться в горах, чтобы вдоволь насладиться, катаясь по пологим спускам этой прекрасной заснеженной зоны.

— Он совсем помешался на своих зимних развлечениях, — негодовала она, — и даже перестал звать меня с собой, хотя наши туристические домики располагались рядом!

— Успокойся, дорогая, графу наскучат развлечения, и он вернется, — сдержано произнесла герцогиня, — а мы бы хотели тебя познакомить с твоей сводной сестрой. Ее украли в младенчестве, это ты прекрасно знаешь, но в жизни случаются счастливые моменты. И вот нас услышали небеса, и Элина нашлась, не без помощи наших друзей, конечно же.

Мариана снисходительно посмотрела на улыбающуюся ей девушку и практически прошипела:

— Ах, это ты! Все время ты! Украла у меня жениха, что он даже внимания на меня не обращает, теперь воруешь родителей прямо на глазах! Понятно, что они меня теперь любить не будут, ведь я им неродная!

— Да что же ты такое говоришь, дочка! — взмолилась герцогиня. — Мы всегда тебя любили как родную.

— Не была я вам родной и видимо не стану! — возразила девушка!

— Мариана, а вы вообще в курсе как все произошло, и кто ваши настоящие родственники? — задал вопрос Жерар. — Нам предоставилась возможность пообщаться кое с кем из них!

— Я так понимаю, что вы успели познакомиться с тетушкой Лукрецией? — скорчила она гримасу. — И что же она вам наговорила? Про ведьму тоже сказала?

— И про ведьму тоже, — слегка блефуя, отрезал Жерар, — но сейчас мы бы хотели все услышать от вас.

— Ну, уж нет! Думайте, что хотите! А я уезжаю в Марокко! Мне здесь не место! — выкрикнула девушка и убежала в свою комнату, чтобы собрать вещи.

— Нужно ее задержать! — запричитала герцогиня. — Ночь на дворе, темно, холодно!

— Пусть едет куда знает! Долго мы с ней нянчились. Она уже выросла, сама отвечает за свои решения и поступки. Сейчас прикажу кучеру добросить ее до города. Переночует в ближайшем отеле и в путь. Океан остудит ее пыл! — громко высказался герцог, окликнув прислугу.

Филипп с Элиной молча переглянулись, не смея встревать в семейные передряги герцогов. Каждый из них подумал о своем, волнующем и неопределенном, но не произнес ни слова.

* * *

Мариана приказала прислуге донести чемодан с вещами до кибитки, кучер уже ожидал ее во дворе. Она наспех накинула свою шикарную меховую накидку и, не сказав никому ни слова, выбежала на улицу. Филипп последовал за ней, пообещав герцогам задержать ее, убедить хорошо подумать и не совершать необдуманных поступков.

— Не старайся, Филипп, — мрачно ответил герцог Вивьен, — у нее взрывной характер. Пока сама дров не наломает, не успокоится.

— Я все же попробую! — выкрикнул он и скрылся за дверью.

Поймав девушку уже на подножии лестницы, он крепко обнял ее и страстно поцеловал в губы. От неожиданности девушка опешила и поддалась его напору, закрыв глаза, тая в его объятиях.

— Останься, любимая, — сладко шептал он ей на ушко, — я, как только увидел тебя, полюбил с первого взгляда. Со мной никогда такого не было ранее.

— А как же Элина? Разве ты ее не любишь? — ревностно произнесла она, пронзая его своим пристальным взглядом.

— Мы просто друзья! Она мне понравилась, красивая девушка, но ты нечто другое! И потом Элина не отвечала мне взаимностью. Она любит другого! — заявил он.

— С чего ты взял, что я отвечу тебе взаимностью? — рассмеялась Мариана, надменно посмотрев на него. — Мне нужен жених с титулом и при деньгах! А с тобой нам что делать? Торговать твоими книжками?

Филипп опешил, так и, оставшись стоять, словно вкопанный, наблюдая, как экипаж с его любимой покидает усадьбу. Легкий снежок кружил в воздухе, мягко ложась на землю. На небе мерцали далекие звезды, подобно россыпи искрящихся алмазов на темно-синем бархатном покрывале, из-за крыши показался желтый месяц, разливая свой свет по небосводу. Юноша поднял голову вверх, любуясь красотой звездного ночного неба, снежинки летели ему в лицо, но он даже не замечал их.

Элина выскочила на улицу за своим другом, захватив его пальто, ведь парень даже не удосужился одеться. Ее взору предстала странная картина, как он ртом ловит падающие снежинки, уставившись в небеса.

— Филипп! — окликнула она его. — Ты же замерзнешь! Так и заболеть недолго!

— Я не смог удержать ее, — мрачно проронил он.

— Отец предупреждал тебя!

— Знаешь, Элина, кажется, я полюбил…

— Мариану?

— Да, ее…

— Неожиданная новость, однако! Но все равно пойдем в дом. Простудишься.

Герцоги сидели в гостиной и с интересом слушали Жерара. А тот и рад стараться, в красках рассказывая про тетку Марианы Лукрецию, ее злодеяниях и ни грамма раскаяния.

— Думаю, ей грозит виселица, или что-то в этом роде, — важно подытожил Жерар, бросив взгляд на входящую Элину и ее друга Филиппа, — но эта бестия заслужила такую незавидную участь! Столько погубленных жизней. И ваша дальняя родственница Изольда пострадала, из-за того, что связалась с ней.

— Изольду мне искренне жаль! — неожиданно выпалил герцог. — Хоть и жадна она была, требуя от меня часть полагающегося ей наследства, как она считала, но я пообещал ей приличный домик в провинции, да и денег тоже. Но не пригодилось, погибла от рук своих же приятелей. А так она мне показалась женщиной безобидной. Лукреция сбила ее с пути.

— Бывают же такие злобные люди, что им не хватает, что заставляет совершать подобные преступления? — рассуждала герцогиня Алэйна. — Получается, что она и Мариану выкрала у родителей? Вы не знаете, что с ними?

— Да, — утвердительно кивнул головой Жерар, — знаю. Я навел справки. Они давно умерли, так и не увидев дочку. Но у Марианы осталось одиннадцать братьев. Шестеро из них родные, а пять мальчиков они усыновили. Это соседские ребятишки, родители которых внезапно умерли от тяжелой болезни. Им жаль стало малышей, иначе бы их отдали в приют.

— Благородный поступок, — высказался герцог Вивьен, — эта Лукреция явно не чета им. А нам в итоге выпало тяжелейшее испытание. Потерять родного ребенка, знаете ли, не каждый может пережить.

— О небеса! — воскликнула герцогиня. — Они услышали наши мольбы и вернули нам нашу девочку.

Алэйна встала с дивана и подошла к Элине, крепко обняв ее.

— Как же вы похожи, — вымолвил герцог, глядя на супругу и дочь.

Вивьен также встал, чтобы приласкать дочку.

— А как вы думаете, Мариана воспользовалась услугами чернокнижника или как она обмолвилась, ведьмы? — задал наводящий вопрос Жерар. — Нам надо обсудить, как помочь Лео. Судя по его поведению, он явно заколдован. Завтра рано утром я отчалю в Данию, поэтому вам самим придется найти его и попытаться хотя бы понять, что произошло.