— Я тоже так думал, дружище, — загадочно ответил Филипп, — Элина прекрасная, милая девушка, и я бы с радостью на ней женился, но…

— Что, но? — изумился Давид.

— Я встретил другую и полюбил… по-настоящему полюбил, — мечтательно произнес Филипп.

— И кто же она?

— Она дочь герцогов, у нее чудесное имя — Мариана!

— Ну, это не твоего поля ягода! Советую забыть о ней и присмотреться к Элине. Вы бы составили прекрасный союз, — посоветовал Давид.

* * *

Мариана сидела в гостиной на мягком диване в молчаливой и грустной задумчивости, перелистывая страницы старой книги, сославшись на одолевавшую ее в последнее время бессонницу. Девушка с нетерпением ждала полуночи, чтобы навести свою черную магию, прежде всего на Лео. Еще ей необходимо было выбрать, кого-то из родителей, чтобы заворожить, ведь ведьма дала зелье только для одного из них. Но, несмотря на свой воинственный настрой, она была в некой растерянности или даже замешательстве. Синие глаза Филиппа стояли у нее перед глазами, мешая сосредоточиться. Она гнала воспоминания о нем прочь, но получалось у нее это крайне плохо.

Все уже улеглись, поэтому она пребывала в полном одиночестве, тишине и спокойствии. Мягко тикали огромные часы, стоящие в углу комнаты, словно рассказывая истории, абсолютно непохожие друг на друга, правдивые и вымышленные, грустные и смешные, короткие и длинные. Мариана прислушалась, пытаясь расслышать хоть одну из них. Отбросив голову на спинку, прикрыв на минутку глаза, она словно очутилась в другом мире. Сильно бушевал океан, а она стояла на краю обрыва, собираясь броситься вниз. Девушка тут же открыла глаза от страха и встала. Часы показывали без четверти двенадцать.

— Пора, — сказала она сама себе, захлопнула книжку и поднялась на второй этаж, где находилась ее комната.

Войдя в свою опочивальню, она закрылась изнутри, чтобы ее никто не мог потревожить. Расчертив несколько колдовских рисунков на полу, как велела ведьма, Мариана поставила черные свечи в магические пересечения и зажгла их. Затем достала вещь Лео, коей оказалась перчатка, так было положено в этом ритуале, и положила ее посреди рисунка. Рядом поставила кувшин с колдовской водой и принялась читать длинное заклинание, нанесенное на старый кусок пергамента.

Чем больше она читала, чем сильнее завывал ветер снаружи, буквально вырывая ставни окон. А тут и вовсе стало происходить нечто. Кувшин с перчаткой поднялись вверх и стали раскручиваться. А далее последовали свечи. Мариана знала, что бросать читать заклинание, нельзя ни при каких условиях. Ей было страшно до жути, но она упорно произносила колдовские слова, постепенно ломающие волю Лео.

Когда с ритуалом было покончено, она осторожно вошла в его комнату, подменив кувшины для умывания, а перчатку положила обратно в карман его пальто. И как только Лео прикоснется к воде, прежние чувства его погаснут, подобно свече на ветру, а после того, как он наденет перчатку, им станет повелевать та, что навела магию.

Мариана удовлетворенно улыбнулась и вошла в комнату родителей. Они крепко спали, как и все остальные, ведь еще за ужином девушка добавила всем присутствующим в напитки легкое снотворное. Девушка выплеснула зелье ведьмы в один из кувшинов, стоящих на журнальном столике, не зная, кому первому он достанется, решив, что так будет еще даже лучше. Ведь больше не нужно было ломать голову, а после сожалеть от неправильного решения.

Утром за завтраком Мариана сразу же почувствовала ледяное дыхание, исходящее от своего возлюбленного. Он уныло смотрел в окно и почти не разговаривал.

«Колдовство явно подействовало на него, — прикидывала в уме девушка, несказанно радуясь тому, что больше соперницы у нее нет, он ее просто не помнит, — а теперь подождем, что будет, когда он наденет перчатку».

Но сколько она ни присматривалась к родителям, так и смогла понять, с кем из них произошли изменения.

— Ах, да! — воскликнула герцогиня за завтраком. — Забыла всем вам рассказать забавнейшую историю, которая произошла с нами сегодня с утра. Наш шкодник Султан, персидский кот, подаренный нам одним восточным послом, имея характер спокойный и невозмутимый, вдруг повел себя странно, зашипел, замяукал и как набросился на кувшины с водой для умывания.

— А кто его впустил в вашу комнату? Он же всегда спит в гостиной? — вдруг встрепенулась Мариана, вспомнив слова ведьмы о том, что домашние животные способны распознать зелье и даже вонзиться в вещь с его присутствием, защищая своих хозяев.

— Не знаю, — спокойно ответил отец, — дверь, будто сама приоткрылась. Волшебство какое-то.

«Полный провал, — разозлилась Мариана, выронив вилку из рук, сверкая злостью, — надо будет извести этого кота, всегда его недолюбливала!».

— Что же было дальше? — поинтересовался Жерар.

— Разбив оба кувшина, он, как ни в чем не бывало, спрыгнул со стола и вынырнул из комнаты, — пояснил герцог, — нам пришлось звать прислугу, чтобы принесли новую тару.

«Подозрительно все это, — мелькнуло в голове Жерара, — и Лео все утро какой-то странный, непохожий на себя».

Завтрак был изумительно вкусным, но Жерар все время как-то неодобрительно посматривал на Лео, в движениях которого даже не чувствовалась расторопность.

— Нам бы не опоздать на поезд, — напомнил он.

— А может, и вправду воспользуемся приглашением Марианы и останемся здесь на несколько дней? — вдруг выпалил он, равнодушно окинув взглядом окружающих.

Жерар сразу же заметил, как победоносно сверкнули глаза Марианы, но он сделал отрешенный вид и отвернулся, чтобы не выдать своего смятения. Он догадался, что это дело рук этой девицы, и напоминать парню об Элине не имело никакого смысла, но поторопиться домой было нужно.

— Ты воспользуйся, дружище! А я вынужден уехать! По-другому никак. Я на службе, — очень сдержано пояснил Жерар, — экипаж готов? — обратился он к герцогам.

— Да-да, уже ожидает у входа, — подтвердил Вивьен, — но все же может граф Леонард прав, и вам бы не помешало сделать небольшой отпуск, погостив у нас?

— Нет, нет, — подмигнул им Жерар, давая понять, что он всерьез занят поисками их родной дочери и брать незапланированные выходные дни не собирается.

Герцоги переглянулись, но ничего не ответили. Жерар накинул пальто и последовал во двор, где его уже ожидал кучер, важно натянув вожжи. Вивьен вышел следом, чтобы проводить парня, а также задать вопрос:

— Вы не рассорились с Лео? Он какой-то странный сегодня с утра.

— Нет. Но я и сам это заметил. Вы проследите за ним, это моя просьба. Его словно напоили каким-то магическим зельем, лишив разума. Но я все выясню, вы не переживайте! — пообещал Жерар и сел в кибитку.

* * *

— Что же мне делать? — всхлипывала Элина, смотря на Филиппа печальными глазами, из которых вот-вот ручьем польются слезы.

— Во-первых, не затопить квартиру, в которой тебе тоже придется проживать, пока мы не уладим твои проблемы, — пытаясь подбодрить ее шуткой, ответил Филипп, заботливо развешивая ее немногочисленные вещи в шкафу.

— Оставь, я сама все сложу, — громко вздохнула девушка, — уже так поздно, пора ложиться спать. Завтра тебе рано вставать на работу.

— На работу пойдем вместе. В мою лавку, я немного научу тебя своему ремеслу, — сказал Филипп, — мне все равно нужен помощник, давно хотел нанять кого-нибудь посмышленее.

— А ты? — испугалась Элина. — Ты собрался уехать? Бросишь меня тут совсем одну?

— Никуда я не собрался, — рассмеялся парень, — мне не очень ясны некоторые моменты с нашим художником Джузеппе. Тут какой-то туман везде и неопределенность. Хочу начать небольшое расследование. Нельзя бросить это на самотек.

— Согласна! Но я даже не представляю с чего начать, — уткнулась парню в плечо Элина.

Он крепко обнял ее, но тут же расслабил руки. Образ Марианы стоял у него перед глазами, и парень не посмел обманывать девушку, давая надежду на чувства с его стороны.