— Я был не прав, не нужно было связывать тебя, — говорит спокойно и снова сминает мои губы. Я хотела его оттолкнуть, хотела закричать, но растерялась. Он единственный мужчина, который захотел меня поцеловать. Пусть только для того, чтобы избежать наказания.

— Поцелуй меня, закрой глаза и расслабься, — говорит тихо и снова целует. Я стараюсь повторять за ним, целуя в ответ неумело. Нечем дышать, останавливаю его, чтобы передохнуть, а Сет смотрит на меня по-другому. Он опускает взгляд к моей груди, а затем снова его поднимает.

В его глазах желание, как у того мужчины из спальни борделя.

— Лучше я приду ночью, чтобы нас не застукали слуги, — говорит он и делает несколько неуверенных шагов. — Нет, лучше в повозке. Завтра.

Я не рассказала отцу. Не смогла после его взгляда. Казалось, это было бы предательством. Может, он влюблён в меня и поэтому так себя ведёт. Может, он хотел меня поцеловать ещё утром, когда стоял у моей постели.

Глава 6

Меня разбудила Мара, переплела мои волосы и подала мне новое платье. Сет ждал меня у двери. Спускались по лестнице медленно, а не бежали стремглав. Как только мы выехали за пределы дома, я посмотрела на него и потёрла свои губы.

— Мы будем сейчас целоваться?

— Целоваться? Ты о чём?

— Ну как же... Ты вчера... — я запнулась, видя, как он улыбается, будто обдурил ребёнка.

— Ты соврал, — говорю, проясняя ситуацию.

— Конечно. Как я могу целовать тебя? Такого никогда не было и не будет.

— А отцу ты уже придумал, что наплести?

— Конечно.

— Хорошо, — ответила я и отвернулась от него. Чего я хотела от раба? Чувство гордости ему не присуще, будет врать, угрожать. По телу пробежал холод от обиды. Сама виновата. Такую дуру, как я, обмануть легко. У меня-то и опыта в этом деле мало. С чего я взяла, что он в меня влюблён?

Повозка остановилась на набережной. Сет открыл дверь.

— Пойдём прогуляемся.

— Не хочу, — отвечаю ему.

— Твоя служанка сказала, что ты любишь такие места, пока есть возможность, пользуйся, — говорит он.

Мы шли молча, даже не смотрели друг на друга. В какой-то момент я прибавила шаг, чтобы совсем не видеть охранника. Мне казалось, будто я гуляю одна, только за спиной постоянно слышались шаги. Беспризорные дети играли с собакой, бросали камешки в реку, а я шла, рассуждая о том, что поверила не тому человеку.

Я уселась на одной из лавочек и смотрела на воду. Небо потихоньку затягивало тучами, собирался дождь.

— Пойдём, — говорит за спиной Сет, — а то вымокнем под дождём. Сейчас начнётся.

Я тяжело вздохнула, понимая, что вчерашняя погода была замечательной, и вместо того, чтобы гулять, я наблюдала разврат.

Сет потянул меня за руку, поднимая на ноги.

— Не трогай меня, — вырываю свою руку и сама иду к повозке.

Мы успеваем аккурат в тот момент, когда начинается дождь, смотрим в открытую дверь, как капли барабанят по каменной дороге.

— Отвезти тебя куда-то ещё?

— Я хочу домой, — смотрю на него с укором.

— Я не хотел тебя обманывать, ты не оставила мне выбора, — пытается оправдаться.

— Так всегда говорят лжецы.

— Я попрошу прощения у твоего отца, и ты меня больше не увидишь, — говорит он спокойно. — Я сам уже перестал что-либо понимать. Ты раздражаешь меня до чёртиков. Я могу что-нибудь выкинуть, а потом пожалею.

Я молчу, смотрю, как капли барабанят по земле.

— Скажи что-нибудь... — просит он.

— Мне нечего сказать тебе, раб.

— Нэри...

Глава 7

Мы вернулись домой. Меня качало из стороны в сторону. Слишком много эмоций внутри. Мне хотелось снова увидеть Сета, снова поцеловаться с ним, а потом становилось больно в груди. Я долго думала, как поступить, как наказать его, а потом пошла к отцу, минуя сидящего у моей двери Сета. Он пошёл следом, попытался меня остановить у самой двери в кабинет отца.

— Мне нужна эта работа, — сказал он, дёрнув меня за плечо. Я уверенно зашла в кабинет, отвлекая папу от дел. Села напротив.

— Что-то случилось? — спросил отец встревоженно и посмотрел на меня, а потом и на Сета.

— Я хочу выкупить твоего раба, сколько он стоит? — спрашиваю серьёзно.

— Сет не раб, он работает по контракту, и он в полном твоём распоряжении.

— Он будет моим любовником. Скажи мне цену, — продолжаю торги.

— Нэри, ты хорошо себя чувствуешь? Сет, объясни мне, что тут происходит?

— Я не знаю, я не согласен быть любовником твоей дочери.

По моему лицу катятся слёзы от обиды.

— Продай мне его!

— Нэри... — бросается ко мне отец и обнимает. — Почему ты плачешь, Нэри?

Я начинаю захлёбываться слезами, прямо в грудь моего отца. Нервы сдают. Я хочу, чтобы он был моим. Чтобы каждый день говорить, что он мой раб, и заставлять его слушаться меня.

— Нэри, ты уверена? Давай купим кого-нибудь другого? Завтра же съездим и выберем тебе самого лучшего. Слышишь?

Я слышала только собственные рыдания, громкие всхлипы обиды.

— Объясни мне, что с ней? Моя дочь никогда так себя не вела! — накинулся на Сета отец. — Ты обидел её? Что ты сделал?!

— Я не виноват, что она влюбилась в меня, — отвечает раб. — Ты же видишь сам.

— Мне плевать, это моя дочь. Ты должен был сказать мне об этом. Почему ты не сказал?

— Что ты молчишь? Отвечай! — снова кричит отец.

— Мы целовались, больше ничего не было, — оправдывается раб.

— Да я тебя сгною в тюрьме! Как ты посмел тронуть мою дочь?! Как ты посмел?!

Драку разнимала охрана, а Сета заковали и бросили в подвал. Отец напивался у меня на глазах и качал головой.

— Как же так, Нэри... Как же так... — бормотал себе под нос папа.

Я сидела напротив, понимая, что всё испортила. Разозлила отца, заковала Сета, а о моей влюблённости в раба теперь будет говорить весь дом.

Глава 8

На следующий день отец повёз меня туда, где продают рабов разных мастей. Он держал меня за руку и разрешил выбрать любого, кто мне приглянется. Никого похожего на Сета здесь не было. Когда я не смогла определиться, папа сам выбрал парня, устроив небольшой допрос.

Раба поселили рядом со мной, в соседней комнате. Он пришёл ко мне после ужина, когда я уже переоделась в ночную длинную сорочку и улеглась в постель.

— Я к вашим услугам, госпожа, — сказал молодой парень лет двадцати, вставая у моей постели. Его короткие светлые волосы напоминали нимб. Он был красив, но больше женственен, чем мужественен.

— У тебя уже был секс? — спросила прямо.

— Был, госпожа, для меня будет огромной честью научить вас искусству любви, — приторно говорил он, переминаясь с ноги на ногу. Мне сразу вспомнилась девушка из борделя, которая также была согласна на всё. Стало противно. Сет был выше и крепче и не согласился бы быть рабом для утех. В груди снова вспыхнула обида. И я поняла, что и правда влюблена в него. Отец сказал об этом, затем Сет, а теперь и до меня дошло. Вот почему я не сказала отцу про бордель и связанные руки, вот почему я не оттолкнула его при поцелуе, а потом не смогла стерпеть отказ.

Любовь к мужчине — неизвестное мне чувство. Мне не хотелось спать с Сетом, мне хотелось, чтобы он служил мне и только мне. Целовал, когда прикажу, и гулял со мной. То, чем занимались в борделе, было далеко от меня, я не думала об охраннике с такой стороны.

— Госпожа... — напомнил о своём присутствии парень. — Сделать вам массаж ног? Я делаю аккуратно, вам очень понравится.

— Делай, — отвечаю ему и убираю в сторону одеяло.

Он нежно прикасается к моим ногам, проводит пальцами по ступне, разменивает и массирует. Потом склоняется и целует кожу. Я убираю ногу.

— Что ты делаешь?

— Массаж, госпожа.

— Не надо, — я прячу ноги под одеяло, понимая, что даже это мне противно. — Уходи.

— Извините, госпожа.