Однако, в следующую секунду на друзе проступила трещина, лучащаяся белым светом. За ней еще одна, и еще. Трещины избороздили и без того неровную поверхность темницы. Девятая стала последней, окончательно нарушив целостность вместилища души.
Молочно-белая друза, вопреки ожиданиям жительницы иной Сферы, не разлетелась на куски, не взорвалась. Она действительно разрушилась, но выглядело это совершенно особенно. Части кристалла неторопливо разошлись в стороны, словно продираясь сквозь что-то вязкое. Да так и остались висеть, то опускаясь, то поднимаясь.
В центре композиции находилась та самая золотистая искорка, окруженная разряженным облачком бело-серой энергии души. Один вид столь ценной, столь желанной субстанции, заставил Инфей снова сглотнуть и задушить порыв всем естеством потянуться к источнику силы, поглотить его. Во-первых — не могла, а во-вторых — поплатилась бы за подобное жизнью.
Демоница никогда не испытывала лишних иллюзий по поводу своего положения, и уж тем более не смела подозревать господина в мягкосердечии. Он был безумно могущественным магом, а такие никогда не отличались мягкостью нрава. Иначе бы не были самими собой.
Золотистая искорка мимолетно вспыхнула и потухла, дав начало… чему-то. Витавшая вокруг нее энергия души полностью истаяла, втянувшись внутрь крохотного источника света. Словно ему было мало, оно протянуло нити к витавшим вокруг него осколкам друзы.
Стоило каналам сформироваться, части темницы, все еще заключавшие в себя остатки души, начали таять. Вдоль золотистых нитей заструилась бело-серая дымка.
Питаясь душой, искорка все разгоралась, пока полностью не поглотила ее, без остатка. И тогда, она вспыхнула ярче, сама став Искрой творения. Суккуб сразу осознала, на что смотрит, так как не раз видела изображения истинного облика души ранее, еще внутри ковена. И единожды ее показал новый господин.
«Золотая крупица разрушила и пересобрала душу вокруг себя… как волнительно. Это некая Сущность или что-то другое? Как же хочется узнать!»
Меж тем, Тирисфаль опустил руку в сумку и поочередно извлек из нее еще тройку кристаллов. Они, вопреки ожиданиям соблазнительницы, не отправились к новорожденной душе. Тут же распадаясь энергией, они поглощались левой перчаткой, руны на которой наливались светом.
Закончив приготовления, древний маг направил левую руку на душу, испускающую ровный, золотистый свет. Под его воздействием, вокруг нее выстроилась сферическая формула, а узловые точки заняли крупные глифы.
Повинуясь невидимой воле, Искра проплыла вперед, но остановилась у границы внутреннего круга ритуала. До крайности внимательно наблюдая за происходящем, Инфей не упустила едва заметного шевеления пальцев древнего мага. От того ее желание обладать перчаткой, способной управлять душами, лишь обострилось.
Искра, от чего-то похожая на крошечное, теплое солнышко, выпустила ворох тончайших нитей. Несколько секунд они тягуче дрейфовали в воздухе, не предпринимая никаких действий. Пока, словно что-то не почуяв, не начали склоняться в одну сторону.
Нити потянулись к дверям, запечатывавшим проход к самому источнику магии. Вытягиваясь, они переплетались меж собой, образуя более толстые канаты. А те, в свою очередь, сплетались с иными подобными. В конечном итоге, камня коснулся толстый жгут, переплетение всех тончайших нитей.
Волна яркого света пульсацией покинула двери, на миг осветив весь зал. Демоница едва не ослепла, не смея сомкнуть глаз и лишь немного поморщилась, почувствовав жжение на коже. Даже резь в глазах не заставила ее отвлечься.
Канал, построенный душой, налился устойчивым, золотым сиянием. Вспыхнула и сама Искра, начав испускать лучистое сияние. Ее поверхность, ранее идеально ровная, спокойная, покрылась волнениями. То и дело на ней происходили особенно яркие всполохи, которые тут же прекращались.
Душа стала похожа на пузырь, который грозил вот-вот лопнуть, но от чего-то продолжал держаться. А то и дело образующиеся дыры закрывались сами собой.
В какой-то момент интенсивность свечения сферы резко увеличилась, она раздалась вширь, став на третью часть больше. Увеличился и канал, через который душа вытягивала энергию из печати на дверях.
Демоница откровенно облизнулась, подсознательно чувствуя, что прямо на ее глазах душа стала гораздо сильнее, желаннее… вкуснее.
В тот же миг, до того дремавший в пассивном режиме, вокруг Тирисфаля воплотился Демонический Доспех. Свет, касаясь сотканной из Тьмы брони, угасал, но вместе с тем будто пытался в нее впиться. Перчатка, ближе всех находившаяся к скоплению враждебной Силы, исходила черной дымкой.
Все больше энергии начало просачиваться из Искры наружу, воплощаясь в виде острых солнечных лучей. И все били точно в древнего мага, последователя Тьмы. Ни один не обошел его стороной.
Прежде чем зажмурить глаза, спасаясь от ставшей нестерпимой рези, суккуб успела заметить, как с душой начало происходить нечто странное.
…
Тирисфаль со свойственным ему спокойствием наблюдал за разрушением души. Это был ожидаемый, предрешенный исход. Столь мелкая Искра, будь она хоть трижды полна Сущности Света, не могла выдержать напора энергии, которую маг выкачивал из печати с ее помощью.
Однако, он бы не был собой, не попытайся сделать что-то еще. Как-то выгадать побольше для себя.
Ритуал во многом шел не так, как рассчитывал колдун. Впрочем, это было нормально и ожидаемо. Изначально он планировал вселить крупицу Света в душу, а ту в предмет, благо несколько подходящих сосудов имелось в сумке.
Действительность внесла свои корректировки в план.
По всей видимости, Сущность Света оказалась достаточно привередлива, в отличии от прочих, известных чернокнижнику. Она не захотела соседствовать с Сущностью нар’глод, породив конфликт, который разрушил Искру, поспособствовав ее перерождению.
Исторгнув лишнее, Сущность Света пересобрала душу вокруг себя, став ее единоличным ядром. Случившееся самую капельку сбило чаротворца с толка, с подобным он столкнулся впервые, хотя и подозревал о такой возможности. К тому были все предпосылки.
Сам того не желая, демонолог поспособствовал рождению абсолютно чистой души, полностью захваченной Силой. Схожий исход ожидал и его, если полностью падет во Тьму. Из его тела и разума, из всего, что некогда являлось им, возродится нечто иное. Совсем другое. Полностью отличное.
Тирисфаль при помощи Телекинеза поднял свою сумку и подвесил ее на уровень груди. Он не забыл, с какой тягой крошечная искорка Света поглощала энергию разрушенной ей души, выстраивая вокруг себя новую оболочку. Ему стало интересно, сможет ли она повторить это, снова оказавшись в критической ситуации, на грани распада.
А еще, мужчина хотел узнать, не является ли это свойством всех душ. Ведь так и происходил самый прямой и примитивный рост — путем убийства и поглощения частицы чужой энергии. Его собственное положение обязывало пожирать души других, дабы мало-помалу восстанавливать целостность Искры.
Правая рука мага всего на секунду нырнула в горловину волшебной сумки и тут же вернулась. Пальцы крепко держали крупную молочно-белую друзу. Ради утоления интереса и получения ответов, он был готов пожертвовать парой-другой душ. В иных обстоятельствах, получение столь благоприятных условий для проведения эксперимента, могло потребовать затраты куда больших ресурсов.
В обозримом будущем души обещали потечь в закрома обильным потоком. Достаточно будет протянуть руку и взять их.
Демонический Доспех исправно держался под напором хлещущей из Искры энергии Света. И мог продержаться бесконечно долго, пока колдун продолжал направлять в него ману, пропущенную через свою ауру.
Откровенно говоря, он находился на пределе своих нынешних возможностей. Одновременно приходилось контролировать заметно усложнившийся ритуальный круг, следить за стабильностью потоков маны во всех конструкциях, управлять формулой, окружающей расползающуюся душу. Ко всему прочему, надо было подпитывать Демонический Доспех. Ведь он не мог сам питаться энергией из окружения, не та среда, а аура по понятным причинам всегда оставалась пустой.
