— Наш господин… тебе такое обращение привычнее?

— Оно вернее всего отражает положение, в котором мы находимся. — рыжая красавица приподняла края губ и самую малость сощурилась. — Мне не уйти от Тирисфаля, он способен распоряжаться моими жизнью и телом, как пожелает. А теперь и твоими.

— Что ты хочешь этим сказать?

— Мое предложение еще в силе. — демон подмигнула. — Не стесняйся спросить совет. Я подскажу, как должна вести себя женщина и как лучше ублажить господина.

Щеки Лиалы обдало жаром, она не нашлась с ответом так сразу, только стыдливо отвела глаза.

— Выйдите в коридор. — прозвучал голос, наполненный эхо.

— Идем. — поднявшись на ноги, Инфей увлекла и младшую ученицу за собой. — Сейчас нам будет на что посмотреть.

…

Тирисфаль захлопнул книгу, остановившись на тысяче сто девяносто шестой странице. Особое зачарование корешка позволяло добавлять листы, до поры скрывающиеся в расширенном пространстве. Оно же обеспечивало дополнительную сохранность знаний. Посторонний, не разобравшись в плетении, не мог доставать сокрытые страницы. А защитный механизм, при любом нарушении структуры чар, незатейливо уничтожал все содержимое пространственного кармана.

Минувшие часы оказались плодотворными, принеся пару дельных идей.

Закрепив труд на положенном ему месте, предварительно не забыв надеть скобы, маг левой рукой раскрыл сумку и потянул за кольцо, неестественно расширяя горловину. Поднявшаяся в воздух груда молочно-белых кристаллов, за жалкие секунды ухнула в нутро сумки, под завязку забив все оставшееся пространство. Осталось всего пять друз, и те — в качестве обязательного минимума.

Чувствуя, что ученицы вышли из комнаты, послушавшись команды, даже Ларель, страдающая от Проклятья Горестных Видений, маг приступил к действию. Из его ауры вырвалась бледно-синяя волна, накрыв всю комнату. Мельчайшие крупинки камня, пылинки и всякая соринка поднялись в воздух. Ненадолго зависнув, они слетелись в один ком и, как из катапульты, выстрелили вглубь коридора, где и рассыпались, подняв тучу пыли, коей стала Распыленная плоть.

Очистив помещение от всего, что могло помешать тончайшей работе, колдун погрузил ладонь в сумку и вытащил золотистую крупицу. Она не была похоже на золото в прямом смысле, являясь мельчайшим кристалликом, но испускала схожего цвета свечение.

Крупица сущности Света, добытая из души хромовника. Он не был магом Силы, но мог обращаться к ней. Именно так всё и начинается, с малого.

«Можно попробовать прямо сейчас принести частицу в жертву Морене и попросить о милости, однако, думается, успеха не будет. Она и без того излишне благожелательна ко мне, невидимый долг все больше. И расплатиться в ближайшее время не выйдет. Поэтому стоит оставить прошение на крайний случай» — колдун похлопал себя по груди, по месту, где располагался амулет, скрытый за тканью одеяния. — «Либо пообещаю ему освобождение в обмен на помощь»

На вытянутую ладонь, левую, опустился молочно-белый кристалл, почти не пострадавший во время первой попытки вскрыть защиту источника магии. Остальные, разной степени истощения, начали быстро таять, расползаясь на потоки энергии. Проникая в ауру чернокнижника, они обращались в ману, которая устремлялась вниз, расползаясь по идеально чистому полу ярко-голубыми линиями и письменами. Приходилось прикладывать дополнительное усилие, чтобы преобразовывать ману не в привычную энергию Тьмы, а придавать ей нейтральный спектр, больше всего подходящий для Тайной Магии.

Когда формирование круга, пестрящего пустотами, но раскинувшегося на все помещение, включая нижнюю половину стен, было закончено, к нему потянулась мана. Она стекалась со всего помещения, но главным образом — от дверей. В шести точках, по числу сквозящих каналов на створках, образовались видимые обычным зрением вихри.

Маны было столько, что половина, по предусмотренным отводам, вытекала из круга в коридор. С остатком чернокнижник мог кое-как совладать, ритуальный круг способствовал. Окончательно перетянув на себя подпитку источника, он в еще большей степени минимизировал риски того, что вся сила хлынет к ядру печати. Перестав черпать чрезмерное количество маны, стабилизировался и паразит, пробивший и удерживающий дыры.

«Когда делал подобное в последний раз, вышел неплохой артефакт, хоть и одноразовый. Должно и сейчас получиться…»

Глава 67

Волосы Инфей трепетали, омываемые плотными потоками маны, что выталкивал в коридор ритуал, начатый ее господином. Обычно невидимая и неосязаемая без специальных инструментов, чистая магическая энергия голубоватыми отблесками мелькала в воздухе.

Такого количества маны, бьющего ей прямо в лицо, как поток бурной реки, демоница никогда в своей жизни не видела. Она знала о существовании мощных источников маны, однако и в самых смелых фантазиях не предполагала подобного. Более того, вся та энергия, что омывала ее тело, от которой перехватывало дыхание, была лишь частью, ответвлением от основного русла.

«И к этому он отнесся с толикой пренебрежения. Назвал средним источником…» — суккуб сглотнула, не моргая смотря на фигуру господина. — «А ведь когда-то я считала себя знающей… оказалось, что все мои знания ничего не стоят. Все те секреты, что я копила и скрывала сквозь боль и лишения, не стоят ничего. Каждый раз, стоит нам выбраться из подземелья, я узнаю нечто новое, потрясающее все прошлые представления о магии и окружающем мире. Безумие…»

Рунный рисунок, раскинувшийся на все пространство зала, внушал трепет одним своим видом. Чего стоили шесть вихрей маны, поразительного, глубоко-синего цвета, но вместе с тем сохранявшие нежный, небесный оттенок голубого. Заключенная в них сила могла перетряхнуть добрую половину горы.

Однако, еще более поразительными были сами письмена, сдобренные странными, даже близко не знакомыми и не понятными для соблазнительницы конструкциями. Они нарушали все правила, что жительница иной Сферы успела подчерпнуть у господина.

Заворожено наблюдая на пылающими от переполнявшей их силы рунами и линиями ритуала, жрица не сразу заметила, что потоки маны пришли в движение. Рисунок, казавшийся законченным, совершенным, начал меняться. Новые элементы возникали в местах, ранее оставленными пустыми. А старые фрагменты частично стирались, дополнялись и разветвлялись.

Вскоре все пустоты были заполнены. А поток маны, что выходил в коридор, меньше не стал.

Инфей со всей возможной жадностью и желанием впилась взглядом в Тирисфаля, широко раскрыв глаза. Весь остальной мир перестал для нее существовать.

Завершив приготовления, древний маг воздел руки на уровень груди. В правой была зажата молочно-белая друза, а в левой — крупица, испускающая слабый золотистый свет. Однако, он не спешил действовать, замерев статуей самому себе.

Потянулись тягучие секунды. Ничего не происходило. Но демоница не обманывалась, не смела обманываться. Просто она не была достаточно чувствительна, не обладала особыми глазами, чтобы разглядеть происходящее. Потому, ей оставалась терпеливо стоять, сгорая изнутри от любопытства, до того самого мига, когда случится нечто более… наглядное.

И такой момент настал быстро. Незримая волна прошлась по ритуалу и вышла за его пределы. Мимолетное касание подарило соблазнительнице странное, незнакомое ощущение. Оно наполнило тело живительной бодростью и желанием что-нибудь сделать. Впрочем, оно схлынуло столь же быстро, как и пришло, не продержавшись пары секунд.

Одновременно с тем, чернокнижник развел руки в стороны. Кристаллическая друза и крупица, ненадолго зависнув в воздухе, пришли в движение. Они начали медленно летать по кругу, постепенно сходясь. Меж ними, навстречу друг другу, протянулись тончайшие дымные нити энергии.

Наконец, когда крупица оказалась особенно близко к плененной душе, она юркнула навстречу, сбивая устоявшийся ритм. Влетев в кристалл, она стала неотделимой его частью. Словно всегда там и была, настолько гармоничным оказалось слияние.