Неподалёку, усевшись на краю деревянного стола, была Азиза. Она тоже покачивалась в такт, но её движения были куда более сдержанными. Одной рукой она придерживала полотенце на груди, а другой с ленивой грацией держала свою бутылку пива. Её взгляд, весёлый и оценивающий, скользил по комнате, будто она была и участницей, и режиссёром этого шоу. Когда танец Амины и Ксюши стал откровенным спектаклем для парней, её губы растянулись в медленной, одобрительной улыбке. Она слегка покачала головой — не в осуждение, а скорее как знак признания хорошо сыгранной сцены, и сделала глоток из бутылки.

А в дальнем углу, почти растворившись в тени, стояла Миля. Она медленно, ритмично выдыхала облачко ароматного пара от своего вэйпа, следя за его призрачными кольцами, плывущими в синем свете. Её тело едва заметно двигалось — лишь лёгкое покачивание плеч и кивок головы в такт повторяющемуся «Dance, dance, dance 'til you’re dead». На её лице, освещённом призрачным свечением устройства, играла та же отстранённая, почти блаженная улыбка. Наблюдая, как разворачивается эта провокация, она будто вдыхала не только пар, но и сам наэлектризованный воздух комнаты.

Игорь и Семён Семёныч переглянулись и оба ухмыльнулись — один цинично, другой смущённо.

— Дружище, — произнёс Семён Семёныч, наклонившись к Игорю, и, пытаясь перекричать настойчивое «Off with your head!», продолжил: — … напоминаю, что наше с вами… участие в данных активностях должно носить сугубо символический и кратковременный характер! Ввиду объективных обстоятельств!

Игорь, тоже повышая голос, коротко бросил:

— Я помню, Семён Семёныч!

Тот кивнул и, стараясь быть невидимым, попытался проскользнуть вдоль стены к дивану, но его попытка оказалась тщетной.

— Ой, Сёма! Иди ко мне⁈ — с визгом, перекрывающим музыку, вскрикнула Амина, отрываясь от Ксюши.

— Давай к нам! — тут же подхватила Ксюша, и обе, хихикая, схватили его за руки.

— Позвольте, девушки, я… мне необходимо… — пытался возразить Семён Семёныч своим лекторским тоном, но его слова потонули в смехе.

Они окружили его. Амина прижалась к нему спиной, плавно вращая бёдрами, а Ксюша встала перед ним, дразняще покачивая стаканом и соблазнительно двигая плечами. Семён Семёныч застыл на секунду, ошеломлённый, а затем его тело начало совершать странные, угловатые, совершенно неритмичные подёргивания. Он пытался «подтанцовывать» — поднимал плечи, слегка притоптывал, но это выглядело как роботизированная пародия на танец на фоне отточенной грации девушек.

Контраст между его зажатой, неуклюжей фигурой в полотенце и их соблазнительными, плавными движениями был до того комичным, что Игорь не сдержал громкого смеха. «Ну Семён Семеныч… — тут же пронеслось в его голове. — … кратковременный характер, бля». И пока его коллегу «разбирали на части», Игорь, продолжая ухмыляться, направлялся к столу, где Азиза, всё так же опираясь на него, следила за сценой с насмешливой улыбкой.

Игорь кивнул ей, достал из ящика бутылку пива, вскрыл её и сделал долгий, освежающий глоток. Он собирался просто постоять в стороне и посмотреть на это бесплатное представление. Его взгляд поймала Азиза. Она, не переставая слегка покачиваться, улыбнулась ему хитрой, понимающей улыбкой и крикнула, перекрывая музыку:

— Че, не танцуешь?

Игорь ухмыльнулся в ответ и, тоже повышая голос, ответил:

— Не люблю. И я, наверное, так же буду выглядеть, как он, — он мотнул головой в сторону Семёна Семёныча, чьи неуклюжие телодвижения вызывали у Амины и Ксюши новые приступы хохота.

Азиза громко рассмеялась, её смех был хриплым и искренним.

— Ну и ладно! — крикнула она. — Зато смотри — он в малине! — она кивнула на Семёна Семёныча, которого две девушки теперь уже мягко, но настойчиво вертели между собой.

«Да ебал я такую малину», — цинично подумал Игорь, но тут же его внутренний голос с чёрным юмором добавил: «Бля а ведь реально ебал же». Мысль об этом вызвала лёгкий, неприятный холодок.

— Не-е, — сказал он вслух Азизе, отпивая пива, — я лучше просижу.

Он опустился на диван позади Азизы, и его взгляд невольно скользнул по ее телу.

Она снова отдалась музыке, и её движения, пусть и ленивые, были наполнены уверенностью настолько, что, казалось, она даже не замечала, как полотенце, удерживаемое лишь одной рукой, с каждым лёгким поворотом её корпуса сползало всё ниже. И это зрелище — балансирующая на грани разоблачения нагота в полумраке под гипнотизирующий бит — было почти так же захватывающе, как и комичная пляска Семён Семеныча.

Игорь заворожённо смотрел, как ткань скользит по её коже, но в последний момент Азиза снова повернула к нему голову. Их взгляды встретились. Игорь резко перевёл глаза на её лицо, надеясь, что она не заметила, куда он смотрел секунду назад.

Но Азиза, кажется, всё прекрасно поняла.

В её глазах заплясали озорные огоньки, и она медленно поднесла свою бутылку к губам, выпила и крикнула ему, перекрывая музыку:

— Знаешь, откуда эта песня?

Игорь кивнул, всё ещё чувствуя лёгкий жар на щеках от её пронзительного насмешливого взгляда.

— Да.

Азиза фыркнула, её губы растянулись в наглую, бесстыжую ухмылку, и она крикнула ему прямо в ответ, не снижая голоса: «Пизда!» И тут же рассмеялась своей же грубой шутке, откинув голову назад.

«Шутница ебанная», — мелькнуло у него в голове, смесь удивления и одобрения. Он сделал вид, что не расслышал из-за музыки, наклонился ближе и переспросил:

— Что?

Увидев вопросительный взгляд Игоря, она махнула рукой, смахивая со своих губ капельку пива.

— Ай, забей! — крикнула она уже без прежней дерзости, но с лёгкой усталостью в голосе. Затем её глаза снова, уже без намёка на игру, прыгнули к его лицу. — Лучше скажи, что за фильм, раз знаешь? Тот, где играла эта песня.

Игорь сделал глоток пива, и в его пьяной голове промелькнула идея: «Может, её тоже подъебать? Сказать типа: „А тот, где ты хуй сосала!“». Но он вовремя сообразил, что это может быть чересчур грубо и не в тему.

— «Проект Х», — ответил он, глядя ей прямо в глаза, и, заметив появившуюся одобрительную улыбку на её лице, сразу спросил: — А что?

— Дэээ, — протянула она, делая вид, что над чем-то размышляет, но её улыбка стала только шире. — Да просто… прикольный же фильм, да?

— Ну да, — согласился Игорь, отводя взгляд.

Он посмотрел на Семёна Семёныча, который всё ещё в окружении Амины и Ксюши совершал свои роботизированные движения.

Игорь наклонился к Азизе, чтобы его было лучше слышно, и с натянутой улыбкой сказал:

— Может, тоже типа… такого устроим тут? Как в том фильме.

Азиза фыркнула, её смех был коротким и хриплым.

— Хочешь сжечь этот дом?

— Не-е-е, не это, — пошутил Игорь, тоже улыбаясь. — Можем, например, твою машину в озере утопить. Помнишь, там машину в бассейне утопили?

Азиза посмотрела на него уже с притворной серьёзностью, приподняв бровь, а затем её лицо вновь озарила хитрая улыбка.

— А ещё можно тебе по яйцам дать, — сказала она с наигранной невинностью, — как тот карлик сделал в этом фильме.

Игорь громко рассмеялся, и после его взгляд скользнул по комнате, зацепившись на мгновение за Милю. Она всё так же стояла в стороне, ритмично выдыхая клубы пара и уставившись в экран своего телефона, её тело едва заметно покачивалось. Затем он снова посмотрел на Азизу. Она медленно вращала бёдрами, её взгляд был потерянным, устремлённым куда-то в пространство под потолком, но при этом полным скрытой энергии.

— А тебе какой момент из фильма больше всего понравился? — спросил он, поддавшись духу абсурдного, пьяного флирта. — Кроме, конечно, сцены с карликом и яйцами.

Азиза, видимо, действительно не расслышала его из-за музыки и топота Семёна Семёныча. Она наклонилась ближе, её брови вопросительно поползли вверх.