Её техника была поразительной. Язык скользил по головке нежными вибрирующими движениями, а губы, плотно обхватив ствол пениса, создавали ритмичные волны сжатия. Она то поглощала его почти целиком, заставляя головку коснуться входа в горло, то отступала, лаская лишь кончик, сосредотачиваясь на чувствительной уздечке. Её щёки втягивались, создавая приятный вакуум, а пальцы нежно перебирали у основания, доводя его до дрожи.

Внезапно она вынула член изо рта, сглотнула скопившуюся слюну и, всё ещё тяжело дыша, спросила:

— Может, пойдём?

Игорь, возбуждённый до предела и опьянённый адреналином, с наглой усмешкой посмотрел на неё:

— Сейчас кончу тебе в рот — и пойдём. Ты же не хочешь, чтобы кто-то узнал?

Он сам удивился своей наглости, но отступать было поздно. Она лишь чуть нервно кивнула, прошептав:

— Хорошо…

«Чтобы кто-то узнал, что ты сосала, но не дососала», — пошутил он про себя и ухмыльнулся.

В это время Рая без лишних слов снова взяла его член в рот, возобновив свои искусные ласки с удвоенной энергией, будто торопясь выполнить его условие.

А Игоря внезапно опьянило осознание своей власти над ней. Это было странное, тёмное чувство, которое он в себе не признавал, но оно заставило его пальцы вцепиться в её волосы, сминая небрежный пучок. Он уже не просто стоял, а начал двигать бёдрами, задавая грубый, властный ритм.

Его член глубоко входил в её влажный ротик, ударяясь о мягкое нёбо, и он чувствовал, как её гортань рефлекторно сжимается, пытаясь принять его член. Он то погружался в эту упругую, пульсирующую глубину, то, выходя почти полностью, направлял член ей в щёку, проводя напряжённым стволом по внутренней, шелковистой поверхности.

Её слюна обильно стекала по нему, смешиваясь с её слезами, выступившими от интенсивности. Она лишь подавила лёгкий рвотный позыв и, покорно приняв его грубость, продолжила, обхватив его ягодицы руками, чтобы помочь ему входить ещё глубже. Воздух наполнился хлюпающими звуками и её прерывистыми, захлёбывающимися всхлипами.

«Ебать, похоже, я совсем охуел», — пронеслось в голове у Игоря смутно, сквозь туман нарастающего наслаждения.

Его движения стали ещё резче, ещё глубже. Он уже не просто трахал её рот, а покорял его, чувствуя, как её горло судорожно сжимается вокруг него, пытаясь принять всю его длину.

И тогда он почувствовал это — знакомый, неумолимый спазм внизу живота, волну жара, растекающуюся по всему телу. Он с силой вцепился ей в волосы, притягивая её лицо к себе, и с низким стоном вогнал свой член в самую глубину её глотки, достигнув предела.

Оргазм прокатился по нему волной, и тёплая сперма пульсирующими потоками хлынула прямо в её горло. Она издала глухой, захлёбывающийся звук, её тело напряглось, но она не отстранилась. Её гортань работала, совершая быстрые, ритмичные глотательные движения, принимая в себя каждую каплю.

Игорь чувствовал, как её шея пульсирует у самого основания его члена, а влажные, спазматические сокращения её горла выжимают из него последние струи, смешивая их с её слюной. Это было одновременно грубо и невероятно интимно.

Он всё ещё держал свой член, чувствуя, как её горло ещё несколько раз судорожно сжалось от остаточного рвотного рефлекса. Наконец он вынул его, наблюдая, как она, сглотнув в последний раз, начала тяжело и прерывисто дышать, пытаясь отдышаться. Её грудь вздымалась, а лицо было залито румянцем.

Она подняла на него свои большие, казалось, полностью невинные глаза, и в них читалась такая смесь покорности и уязвимости, будто он и впрямь её жестоко использовал и шантажировал. Лёгкая волна стыда накатила на Игоря, но он тут же подавил её.

— Всё? — тихо спросила она, её голос был хриплым.

Игорь, всё ещё играя навязанную ему роль, взял свой влажный член в руку и с вымученной улыбкой протянул:

— Теперь всё. — он легонько, почти нежно, похлопал её по пухлым, покрасневшим губам своим мягким членом, оставляя на них блестящий след. — И чтобы больше такого не повторялось, — добавил он с наигранной строгостью.

Уголки её губ дрогнули в слабой, смущённой улыбке. Она вытерла рот тыльной стороной ладони и кивнула:

— Хорошо.

Поднявшись с корточек, она поправила скомканную одежду. Игорь, убирая член обратно в брюки и застёгивая ширинку, деловито сказал:

— Так, сейчас я выйду из кабинки, выйду в коридор и посмотрю, нет ли там никого. Если будет чисто, ты пойдёшь в дверь напротив, в женский туалет, и там приведёшь себя в порядок.

Рая смотрела на него послушно, её большие глаза казались ещё больше от пережитого напряжения.

— Хорошо, — прошептала она, и её голос чуть дрожал.

Игорь не мог сдержать ухмылки, глядя на это милое, беззащитное лицо, которое только что пило его мочу и покорно принимало его сперму. Он вышел из кабинки, потянулся, расправляя плечи, и, сделав вид, что просто зашёл освежиться, толкнул дверь в коридор.

Несколько секунд он притворно изучал картину на стене, пока мимо прошли двое сотрудников, оживлённо о чём-то споря. Когда коридор опустел, он снова приоткрыл дверь в мужской туалет и, встретившись взглядом с замершей у кабинки Раей, коротко кивнул:

— Давай, иди.

Она выскользнула из кабинки и, не поднимая головы, быстрыми шагами направилась к выходу. Игорь, всё ещё наблюдая за ней, добавил чуть громче:

— Всё чисто, давай.

Рая, словно испуганный зайчик, лишь кивнула, сгорбившись, и почти побежала в сторону женского туалета. Он смотрел, как она, добежав до двери, с первой попытки потянула её на себя, а та не поддалась.

«Что за тупица…» — с лёгким раздражением мелькнуло у него в голове.

Наконец, сообразив толкнуть дверь, она исчезла внутри. Игорь облегчённо выдохнул, опустил ручку, и дверь в мужской туалет с мягким щелчком закрылась за ним.

«Хм, а тут же наверняка камеры есть…» — вдруг осенило его, и, оглядевшись, он тут же увидел их — две белые полусферы, расположенные так, что одна смотрела прямо на вход в туалеты, а другая — вдоль коридора.

«Ну ладно, — мысленно махнул он рукой. — Хотя… Марина тоже не идеальна. Думаю, если даже и увидит, лично у меня спросит для начала.»

В этот момент его слух уловил чёткие, размеренные шаги по коридору. Он обернулся и увидел Семёна Семёныча, который двигался в его сторону с невозмутимым видом, поправляя галстук.

Игорь, стараясь выглядеть максимально естественно, кивнул ему в знак приветствия. Семён Семёныч приблизился, и его проницательный взгляд скользнул по Игорю, будто считывая малейшие детали.

— Игорь Семёнов, — произнёс он своим размеренным, назидательным тоном, — застаю вас в момент, судя по всему, кратковременного отвлечения от трудового процесса. Надеюсь, вы освежали не только мысли, но и планировали дальнейшую стратегию по повышению личной эффективности?

Игорь, внутренне улыбаясь этой типичной для Семёна Семёныча манере превращать любой бытовой вопрос в философский, сохранил серьёзное выражение лица.

— Конечно, Семён Семёныч, — кивнул Игорь, стараясь говорить спокойно. — Да так, немного освежился. Всё по плану, скоро примусь за дело.

Семён Семёныч одобрительно кивнул, сложив руки за спиной.

— Похвально, коллега. Системный подход даже к отдыху — признак зрелого профессионализма. Не забывайте, однако, что дисциплина времени — основа основ.

— Конечно, — тут же отозвался Игорь, чувствуя, что нужно добавить что-то ещё, и выдавил первую пришедшую в голову банальность: — Я об этом всегда помню.

Семён Семёныч посмотрел на него оценивающе, его взгляд стал чуть более прищуренным.

— Конечно… конечно, — протянул он, и в его голосе послышалась лёгкая, почти незаметная нотка сомнения. Он огляделся по сторонам, затем его взгляд скользнул по дверям туалетов и снова вернулся к Игорю. Он понизил голос, придав ему конфиденциальный, почти заговорщицкий оттенок. — Дружище, вы тут, пока стояли, никаких нарушений не заметили? Подозрительной активности, так сказать? В последнее время руководство требует повышенного внимания к соблюдению внутреннего распорядка во всех, без исключения, зонах общего пользования.