Но она явно не восприняла это как шутку. Её испуганные глаза замерли на его лице, в них мелькнула быстрая, отчаянная мысль. Она чуть задумалась, а затем, опустив взгляд, тихо и быстро выдохнула:

— Хочешь, я подрочу тебе?

В голове у Игоря пронеслось: «Да ну нах?.. Но вообще было бы не плохо конечно…», но вслух он сказал, отводя взгляд:

— Да не, брось. Не надо. Я же говорю, я просто пописать зашел…

Её глаза наполнились таким отчаянием, что, казалось, вот-вот брызнут слезы.

— Хочешь, на меня пописай? — выдохнула она, цепляясь за последнюю, немыслимую соломинку.

Игорь невольно ухмыльнулся этому абсурдному предложению.

— Чего? Не… не надо, я почти уже… всё…

Но она уже не слушала. С неожиданной силой, рожденной отчаянием, она потянула его за руку в сторону кабинки.

— Давай, пописай мне в рот, и всё, забудем, что тут было, хорошо? — прошептала она лихорадочно, её голос дрожал. — Только, пожалуйста, никому ни слова.

Игорь, ошарашенный, сделал пару шагов к кабинке, куда она его тянула.

Он не знал, как реагировать на этот бред, и нервно рассмеялся:

— Бля… да подожди ты!

— Пожалуйста, — продолжала она умолять, не отпуская его руку.

Уже у самой кабинки он уперся, выпалив:

— Да стой ты, всё нормально! Ничего мне не нужно!

Но она, словно продолжала не слушать его, твердя своё:

— Просто пописаешь мне в рот, и всё!

Игорь, сам не понимая, зачем это говорит, будто подыгрывая ей, спросил:

— Бля, да что за бред то? А если ща зайдёт кто?

Она в этот момент уже сама зашла в кабинку и, обернувшись, спросила:

— Тебя как зовут… напомни?

— Эээ… Игорь.

Она посмотрела на него с внезапной серьёзностью и, потянув его за собой, на этот раз решительно произнесла:

— Игорь, просто сделаешь это быстро, и всё, ок? Договорились? Заключим вот такую вот сделку. Я тебе помогу, а ты мне.

Он, не в силах сопротивляться этому безумию, шагнул внутрь с мыслями: «С какого хуя она решила, что мне нужна такая помощь. У меня что, на лице написанно… извращенец, желающий нассать в рот, иначе тут же всё расскажет…». Блондинка, не обращая внимание на его смятение, тут же захлопнула дверь кабинки и прислонилась к ней спиной, запирая их в тесном пространстве.

Не теряя ни секунды, она ловко присела на корточки перед ним. Её дрожащие пальцы потянулись к его ширинке, пытаясь расстегнуть пуговицу и молнию.

Игорь смотрел на это сверху вниз, и в голове у него пронеслось: «Пиздец…».

Его взгляд скользнул по её лицу, приподнятому к нему. Оно было милым, даже нежным — с большими светлыми глазами, влажными, как будто от слёз, и полными переживаний и страха. Прямой нос, пухлые губы, слегка приоткрытые от частого дыхания, и аккуратный подбородок, который сейчас мелко подрагивал. Её светлые волосы мягко обрамляли это испуганное и наивное лицо, которое в любой другой ситуации вызывало бы желание улыбнуться. Сейчас же оно было искажено отчаянием и готовностью на всё.

Игоря передёрнуло. Он инстинктивно попытался отстраниться, мягко отталкивая ее голову, прикасаясь ладонью ко лбу и пытаясь убрать ее лицо подальше от своего паха.

— Так, давай-ка не…

— Всё нормально, — перебила она дрожащим, но настойчивым голосом, её пальцы уже расстёгнули ширинку. — Просто сделай это, и всё. У меня есть… опыт… Давай… я тебя прошу!

Она достала его полувозбуждённый член, аккуратно обхватив его пальцами. Её рука дрожала. Затем она открыла рот, подняла на него умоляющий взгляд и выдохнула:

— Давай.

Игорь почувствовал, как её дрожащие пальцы сжимают его, и, вопреки всему, его член отозвался на прикосновение, напрягаясь и наполняясь кровью. Её тёплое дыхание обжигало кожу. Он снова попытался отстраниться, говоря тихо и убедительно:

— Да я же не скажу никому, правда…

Но она, явно не веря его словам, лишь сильнее сжала крепчающий член, полностью окружив его ладонью, и её голос сорвался на тонкий, отчаянный шёпот:

— Начинай…

В голове у Игоря пронеслось: «Бля, ну ладно, похуй уже». Он закрыл глаза, пытаясь сосредоточиться, мысленно командуя себе расслабиться. Но нервность ситуации сковывала его, мешая естественному процессу.

— Прошу тебя, — снова прошептала она, и в её голосе была уже бездна отчаяния. — Сделай это… и тогда это станет нашим общим секретом.

И тут он почувствовал это — лёгкий, тёплый толчок где-то внутри, порыв, который уже нельзя было остановить. Он открыл глаза как раз в тот момент, когда из его члена, находившегося в сантиметре от её полуоткрытого рта, хлынула медленная, густая струйка тёплой мочи. Золотистая жидкость попала ей на язык и побежала по подбородку.

Она тут же наклонилась и шире открыла рот, ловко направляя его член обеими руками, чтобы струя попадала точно внутрь и ничего не проливалось на одежду. Игорь смотрел, заворожённый и шокированный, как его моча наполняет её нежный ротик с аккуратными ровными зубками. Когда жидкость скопилась, она, почти не смыкая губ, сглатывала её с тихим, влажным звуком.

Из-за сильного напряжения и возбуждённого члена в её руке, принявшего почти полную боевую форму, Игорю не удавалось ускорить процесс, и ему оставалось лишь наблюдать. Он видел, как она пьёт, и как при каждом глотке её лицо чуть морщится — ей явно не нравился вкус, но она терпела, не подавая признаков тошноты, продолжая безропотно принимать его «дар».

Игорь заворожённо наблюдал, как его струя, тёплая и почти прозрачная в тусклом свете кабинки, наполняет её рот. Он видел каждую деталь: как моча оставляет влажный блеск на внутренней поверхности её щёк, как язык — розовый и мягкий — непроизвольно шевелится, направляя поток вглубь. Её губы, пухлые и аккуратные, были идеально сложены в округлую «О», образуя уплотнение вокруг его члена, не давая ни капле пролиться.

Спустя одну бесконечную минуту он почувствовал лёгкую дрожь в ногах и пустоту внизу живота — он подходил к концу. Последняя струйка, более слабая, брызнула ей на язык. Она тут же чуть отстранилась, и её горло сработало чётко и громко — слышным, чуть хрипловатым глотком, который прозвучал в тишине кабинки как точка в этом странном ритуале. Всё было выпито до капли.

Она прищурилась, словно оценивая послевкусие, а затем её лицо внезапно просветлело. Взгляд, ещё недавно полный отчаяния, стал почти уверенным, будто с неё сняли тяжкий груз. Лёгкая, даже немного виноватая улыбка тронула её губы.

— Всё, — выдохнула она. — Теперь всё?

Игорь почувствовал себя неловко, будто это он только что шантажировал её, а теперь она робко спрашивала, доволен ли он и сдержит ли слово. Он молчал, не зная, что сказать, глядя на её разгорячённое лицо.

— Мне понравилось, — тихо и неожиданно призналась она, и её улыбка стала чуть смелее. Она даже игриво прикусила губу. — Даже… было вкусно.

Она продолжала держать его член в руке, и её пальцы нежно принялись скользить по стволу.

«Блять! Да она же сумасшедшая!» — пронеслось у него в голове.

— И если захочешь… — продолжила она, застенчиво опустив глаза, а потом снова подняла их на него и сказала: — … можешь меня всегда использовать в качестве туалета.

«Что? — удивился он. — Она это… серьезно говорит?»

Игорь неуверенно ухмыльнулся, чувствуя себя злодеем из дешёвого порно, каким он никогда не хотел быть.

А блондинка, словно не веря, что кошмар позади, снова переспросила, заглядывая ему в глаза:

— Всё? Теперь-то ты точно никому не расскажешь.

Игорь, глядя на ее довольную улыбку, уже хотел что-то ей ответить, как в этот момент дверь в туалет с скрипом открылась.

Послышались шаги, и громкий, натянуто-беззаботный мужской голос спросил:

— Тут кто-то есть?

Игорь почувствовал, как его сердце провалилось куда-то в пятки. Взгляд девушки метнулся к двери кабинки, её глаза расширились от ужаса. Её рот всё ещё был приоткрыт, и на её пухлых губах отчётливо виднелись жёлтые капли, размазанные у уголков следы его мочи.