Аня пулей вылетела в холл, радуясь, что никто кроме охранника не заметил ее попутчика.

— Завтра в десять утра за вами приедет машина, — прозвучал вдогонку не подразумевающий ответа приказ.

— Но адрес… — начала было девушка.

— Есть в вашем личном деле. И оденьтесь подобающе. Место подразумевает неформальное и доверительное общение.

8. Клуб запретных чувств

Анна почти не спала ночь. Лихорадочным потоком мысли и образы сменяли друг друга, лишая покоя. Девушка перебирала возможные варианты будущего, раз за разом представляя встречу с Алексом — теперь точно реальную, до которой с каждой секундой оставалось все меньше времени. То и дело Орлова смотрела на часы и, закрывая глаза, приказывала себе выспаться, чтобы не выглядеть с утра замученной и серой, ворочалась, вскакивала с внезапно ставшей неудобной постели, выпивала полстакана воды, пытаясь унять иссушающую жажду. Вот только хотелось девушке совсем не пить — тело и душа страдали потребностью совсем иного рода, которую мог утолить один единственный человек.

— Да я им одержима! — злилась Аня и отшвыривала тонкое одеяло, пытаясь остыть от образов и чувств.

— Чертов манипулятор! — ругалась, вспоминая произошедшее в лифте: губы на своей шее, ладонь на бедре, обжигающие слова, обещающие продолжение.

— Думает, можно вот так просто пропасть без объяснения причины, а потом, как ни в чем не было лапать и провоцировать⁈ — злилась, глубоко внутри понимая — как бы ни было сильно ее желание послать Шувалова и отомстить за месяцы тишины, она проигрывала, еще не выйдя на поле. Такому, как он, невинная и неопытная она была на один укус. Реши Алекс взять ее там в лифте — Орлова бы лишь возмущенно пискнула, да и то для порядка.

Потому что сильнее ответов она хотела его губ на своих губах, его рук — властных и бесстыдных, его наглого языка, требовательного и жадного, и ответного возбуждения в серых глазах, словно она действительно может свести с ума такого… Такого опытного мужчину. В этом и был вызов — не только самой сойти с ума от безумия изнывающей, требующей разрядки плоти, но и свести его, заставить чувствовать к ней то же, что и она все эти мучительные семь месяцев.

В половину шестого Аня бросила попытки уснуть и впала в новую панику — «подобающей» загородному клубу одежды в гардеробе девушки категорически не находилось. Орловой нравился классический стиль с нотками бунтарства — как то пальто с терракотовым шарфом, или строгий блейзер поверх футболки с забавным принтом. Но чаще она носила вещи удобные, а не привлекающие внимание. В свободном худи и джинсах можно было смело примоститься на поребрике набережной, чтобы на скорую руку набросать этюд со спешащими по каналу корабликами, или сев на корточки, перегладить, подкармливая, всех дворовых котов. Из подходящего для офиса у нее была та самая узкая юбка, остановившая порыв Александра, брючный костюм, в котором Орлова защищала диплом и два платья, одно из них трикотажное, кашемировое категорически не подходило для наступивших теплых дней.

Все остальное казалось либо слишком просто, либо слишком неформально даже для загородного клуба. Будь у нее времени побольше, Аня позвонила бы Варьке и вместе с подругой совершила налет на магазины, но — в субботу подруга спала минимум до обеда, после веселых пятничных вечеров и ночей.

Критично разглядывая себя, Анна замерла перед зеркальной дверью шкафа-купе. Недовольный поведением хозяйки Мастик (не дала коту понежиться в постели, да еще и не хочет кормить с утра пораньше!) выглянул из-под сброшенного на пол одеяла и демонстративно медленно выпустил когти в цветочный рисунок ковра.

В голове роились непристойные мысли, которые Орлова тщетно пыталась загнать в дальний угол сознания. «Он хочет продолжить там, где остановились… А я? Я готова?» — пальцы нервно перебирали вещи в шкафу.

Надев узкие черные джинсы (почти деловой стиль!) девушка покрутилась перед зеркалом. Они идеально облегали бедра, подчеркивая длинные ноги, но при этом выглядели строго и прилично. При мысли о том, как Александр будет смотреть на нее в этом наряде, щеки вспыхнули. Подумав, Аня дополнила образ шелковой блузкой. «И нежарко, и по-деловому. А если расстегнуть пару пуговиц…»

Пальцы дрожали, расстегивая верхние. Она буквально чувствовала руки Алекса, изучающие ее тело, неторопливо раскрывающие ткань, чтобы обнажить аккуратную грудь… Отражение в зеркале выглядело соблазнительно, но не вульгарно. И все же это было не то, что нужно.

Мастик, наблюдавший за метаниями хозяйки, презрительно фыркнул и ткнулся мордой в лапы.

— Что, не одобряешь? — Аня поймала себя на том, что советуется с котом.

— Может, добавить украшение или… — шальная мысль вспыхнула в сознании и не захотела потухать. Девушка открыла верхний ящик комода, где в глубине лежала так и не распакованная упаковка чулок, и купленная по настоянию Варьки семь месяцев назад пачка презервативов.

— Боже, я серьезно собираюсь с ним переспать⁈ Вот так просто — после всего, что было, а точнее не было? — Аня ужаснулась от самой себя, но вылезла из брюк. Чулки требовали платье, а еще подходящее белье.

— Это встреча деловых партнеров, — уговором речитатива попыталась переключить мысли на рабочий лад, но кружевная резинка плотно обхватила бедра, а треугольник стрингов едва скрыл пах.

Темно-синее платье с рядом мелких перламутровых пуговок, идущих от выреза на груди (глубокого, но вполне приличного) до талии, схваченной тонким ремешком, село идеально, подчеркивая стройность форм и сохраняя сдержанность образа.

— Не слишком явный намек? — Аня покрутилась, оценивая, как ткань облегает фигуру, а синий шелк колышется, скользя по чулкам.

Кот лишь прикрыл глаза, всем видом показывая, что выше девичьих глупостей.

— Как думаешь, Алекс оценит?

Мастик задрал ногу и принялся вылизываться.

— Нда, пушистый, твоя поддержка бесценна, — улыбнулась Анна, мысленно представляя, как Александр медленно ведет рукой по ее ноге, находя край чулка…

— Действительно ли я этого хочу… — спросила себя вслух и быстро соврала в оправдание:

— Нет, конечно, нет, я же не какая-то там доступная шлюшка на одну ночь!

И тут же тело отозвалось сладкой, мучительной, стягивающей низ живота судорогой. Аня сняла со спинки стула сумочку и быстро запихнула в нее упаковку презервативов — просто на всякий случай.

Глянула в зеркало и удивилась себе — в глазах огонь — смесь страха, возбуждения и того самого бунтарства, которое когда-то привело ее на крышу отеля.

Сегодня она встретится с Алексом. Но это не значит, что она будет покорной или доступной. День обещал быть незабываемым. Мастик, наблюдавший за сборами, громко зевнул и отвернулся, всем видом показывая, что ему нет дела до всякой ерунды.

* * *

Черный Mercedes с тонированными стеклами остановился у подъезда ровно в десять. Аня глубоко вдохнула, разгладила складки платья и шагнула навстречу водителю, уже открывающему дверь.

— Анна Владимировна? — мужчина в строгом костюме кивнул. — Александр Александрович ждёт вас в клубе.

Сердце учащённо забилось. Девушка коротко улыбнулась в ответ, сжимая в руках папку с документами — «щит» от слишком сложных чувств. Просто встреча. Просто клуб. Приличное платье. Скромный макияж. И чертовски непристойные мысли.

Дорога заняла меньше времени, чем она ожидала. Загородный клуб «Золотые сосны» встретил неожиданной для летней субботы тишиной и запахом хвои.

«Где другие гости? Он же не снял весь отель!» —войдя в холл, Аня замерла осматриваясь.

— Анна Владимировна, — голос Александра прозвучал от стоящих в лобби кресел. Шувалов сидел в окружении трёх мужчин — двух молодых и одного, годящегося девушке в отцы. Светлые волосы, голубые глаза, небрежный европейский стиль — шведы, а тот, что постарше, видимо, Ингвар Даль, — решила Анна, и каблуки звонко цокнули по мрамору пола. При виде идущей к ним девушки мужчины поднялись практически одновременно, разглядывая ее оценивающе, но без откровенного вызова.