— Ну, как ты гостья моя дорогая? — привычно зашел в терем.

Все-таки привычка, выработанная тысячелетиями, неискоренима.

— Давай без пафоса и клише? — отозвалась из глубины терема Ульяна, — Или ты не ко мне обращаешься? Если что, Ядвига твоя улетела. Причем метлу прихватила, что еще недавно меня катала.

Почесал бороду. И пошел искать гостью. Нашел ее у себя в спальне. И опешил.

Ульяна

Ждать просто так было скучно. Да и волнение тогда начинало одолевать. Все-таки первый раз, это не сто первый. Я неопытна. Боли боюсь. А он мужчина видный, немолодой, и тут в сказках, да с бабой Ягой, мало ли к каким интересным решениям в этом вопросе привыкший? Чтобы дальше не накручивать себя. Решила заняться делом. Надо подарки зарабатывать. Полы не подмела, поесть не приготовила. Что там третье было?

— Взбить перину, — вспомнила вслух, — а это уже ближе к делу. Да и для моих планов куда лучше подходит, чем полы подметать.

Стала искать эту самую перину. Пошла по комнатам. А они все закрыты оказались. Я человек не очень любопытный. Но в сложившихся жизненных обстоятельствах стало интересно. И страшно, чего греха таить? Вспомнилась сказка про Синюю Бороду.

— Господи помилуй, — упомянула всуе, поёжившись от холода, — Точно ли это Морозко? И борода у него ничем не отливала?

Продвигаясь по коридору, дергала за все ручки на дверях. И вот, одна отварилась. Сразу увидела объект, который мне предстояло взбить.

— А у Морозко ничего так! Вкус есть! — присвистнула, пока добиралась до кровати, — С масштабом и размахом мужик живет. Интересно, лесенку он с собой носит, чтобы на перину забираться? Или может, где притаилась?

Пошла бродить по комнате. На полу ковром стелился мох. Такой шелковистый. Видимо вместо ковра здесь расстеленный. Кровать стояла в середине комнаты на толстых резных ножках.

— Да, уж, — наклонилась, чтобы заглянуть под кровать и проверить, не лежит ли там лесенка, и смогла хорошо разглядеть деревянные опоры, — Такие ни под каким весом не заскрипят и от любого темпа и напора в сексе не сломаются.

Балдахин крепился к столбам, идущим от ножек. И выглядел очень сказочно. Две прикроватные тумбочки хорошо гармонировали с кроватью и общим интерьером.

— Дорого-богато, — выдохнула я.

Но сколько на все великолепие не гляди, а дело делать надо. Сняла сапоги. И попыталась залезть на перину со спинки. Но платье было коротким и очень плотно прилегало.

— Постараюсь быстро! — скептически проговорила, задирая платье, чтобы залезть.

Только это была бы не я, если бы у меня все пошло по плану!

Перина оказалась очень сказочной, не отставала от своих предшественниц: скатерти и метлы! В голове родилась мысль: «Это все специально, чтобы никто не смог справится! Сказки врут! Никакой Морозко не щедрый! Жлоб, который заведомо задания дает такие, что не справится». В этих думах попыталась слезть. Но какой там. Я каталась на перине, как будто я на большом желейном десерте. Пыталась встать на ноги — не получилось, скатиться хотела, перекатываясь боком, тоже не получилось. Я металась по этой кровати так, что устала как после четырех пар физкультуры подряд. Услышав голос Морозко, обрадовалась. Появилась надежда на спасение. Только вот про вид свой неподобающий я и забыла.

Морозко

То, что Ульяна не самая хозяйственная представительница людского мира, я и так понял. Но то, что девушка, взрослая барышня, не сможет справиться с элементарным заданием, не подозревал. Даже маленькие девочки соображали, что надо за край дернуть, она и взлетит. И чем больше дергать, тем больше взлетать будет. А так как они и не весит почти ничего, то и младенец справится! А тут… «И как она залезла-то туда», — родилась мысль, но долго ее обдумывать не смог.

— Ты чего встал как вкопанный? — недовольно произнесла девушка.

Вид у Ульяны был очень смешной. Ее светлые, длинные волосы были всклокочены. Девушка не догадалась собрать их в косу и теперь выглядела не лучше, чем Ядвига, когда она обращается в сказочный персонаж. Щеки раскраснелись, глаза злые, вот самая настоящая Ядвига, только не рыжая. Прижал посохом перину с одного края, девушка и покатилась как со снежной горы, прямо ко мне в руки. Только и успел посох бросить и поймать ее.

— Ай! — всхлипнула она мне в лицо.

От теплого дыхания пробежали странные мурашки. Нега распространилась по телу. Руки сами сжались, теснее прижимая Ульяну ко мне. Корень силы встал. Как никогда не вставал на Ядвигу. «Странно все это. Странно и неправильно.», — промелькнула мысль. А сам вглядывался в раскрасневшееся лицо, по которому катились первые слезы. Когда плакали при мне девочки, ощущения были другие. Ядвига вообще не плачет. Баба — кремень. А тут, стою, прижимаю ее к себе, в лицо ее красивое смотрю, любуюсь. Сердце сжимается. И смешно от ее поступков, и зло берет, что задания не выполнила, чтобы побыстрее спровадить, и отпускать не хочется. А корень силы вообще на непотребства толкает.

— Злой ты, Морозко! — проплакала мне в шею Ульяна и повисла, смыкая руки за моей головой.

Дыхание стало ближе, шее стало совсем горячо. Но так приятно. Корень силы как столб, подпирал мою ношу. Надо бы на ноги поставить ее. Да задание новое дать. А я отпустить не могу. Не хочу скорее. Стал осматривать девушку. И еще больше остолбенел. Я от коленок-то глаз оторвать не мог, а тут… Платье-то ее короткое совсем задралось. Трусики такие маленькие. Срамота! А сам смотрю и не отрываюсь. Замечание не делаю.

Ульяна

Покувыркавшись на волшебной перине, осознав всё то, что вообще произошло со мной, устав, отчаявшись и оказавшись на сильных, крепких мужских руках, дала волю чувствам, почувствовала себя маленькой девочкой — расплакалась. Прижалась к этому странному мужчине. И было мне так хорошо. Выплакалась у него на плече. Успокоилась. Взяла себя в руки. Вспомнила про план, который уже казался невыполнимым, и принялась за дело.

Провела носом по бархатистой коже шеи, переходя к щеке. Потом обратно. Одну руку в волосы запустила. Надо сказать, выглядел Морозко очень хорошо, и на ощупь был потрясающий. Никогда не скажешь, что это не мужчина из моей обычной жизни, а сказочный персонаж. Хотя если бы в моей обычной жизни ко мне подошел такой мужчина и взял на руки, то это было бы сказкой. Где студентка Ульяна и такой мужик в реальной жизни? Правильно, на разных полюсах.

— Ты что делаешь? — ошарашено спросил меня объект моего исследования, но с рук не скинул.

Я приняла это за хороший знак. Мог стряхнуть меня как таракана с рукава, а ведь нет, держит.

— Я изучаю. Не верится во все происходящее. Да и любопытно, какой ты! Не каждый день к Морозко в гости попадаешь, — говорила, а сама продолжала волосы трогать, и носом и щекой о шею тереться.

И было что-то в этом волнительное. И в то же время обычное. Будто своего мужчину, которого давно знаю, трогаю. И казались такими правильными касания. В груди поднялось приятное волнение и томление. Между ног слегка потяжелело. «Интересно, а он что-то подобное ощущает? Или только я, неопытная молодая девчонка, томлением мучаюсь?» — кольнула мысль, и больно так кольнула. Мне очень захотелось, чтобы он тоже меня захотел.

— Ульяна! — почему-то низким голосом заговорил Морозко и поставил меня н ноги, сам одернул платье, — Я в ваш мир пойду. У меня работа. Детки там. Чувствуй себя как дома. Но… — поднял он вверх указательный палец.

— Не забывай, что ты в гостях, — мерзким голосом продолжила я.

— Не совсем, помни, что вокруг сказочный мир. И любой предмет может оказаться небезопасным для тебя, просто потому, что ты не умеешь с ним обращаться.

Потом он одним легким движением встряхнул перину, та взбилась и легла на место.

— Лучше спать ложись. Можешь прям здесь! Чтобы по дому не бродить, да и комнату мне готовить тебе некогда. Я не ждал гостей. У меня эти три дня самые рабочие! Все знают это, и никто не является, — пробубнил недовольно хозяин опочивальни.