Склонив голову набок, просканировала своё отражение. Черные волосы забраны в хвост, кожа лица и шеи посерела, круги под карими глазами были почти черные. Края обтягивающей блузки выбились из под пояса юбки и небрежно свисали мятыми лохмотьями. Да… Видок так себе. Бедро обдало вибрацией, и я вытащила из кармана телефон.

“Время приёма пищи”.

Напоминание трепало мне нервы уже несколько дней, что вызвало тяжкий вздох. Пора и правда заняться собой, а не бумажками. Отправив сообщение, убрала телефон и размяла шею. Позвонки так противно захрустели, что я поморщилась. Сидячий образ жизни доконает меня, и это факт.

Зацокав каблуками обратно к столу, содрала резинку и прошлась пальцами по черепу в попытке снять напряжение, а заодно и растрепать прилизанные волосы. Рухнув в кресло, подперла рукой подбородок и зашла в систему. Пара нажатий по клавишам и монитор ожил обилием изображений. Сотни камер выводили изображения, но большая часть фиксировала пустоту. Клацнув ногтем ещё пару раз, оставила лишь те, что были необходимы. Номер одиннадцать – нахрен. Номер тринадцать – ещё дальше. Первый – мимо. Номер пять…

Палец завис над клавишей, перестав перелистывать изображения. Гора мышц, обтянутая тёмной кожей лежала на кровати, подложив одну руку под голову. Карие глаза сверлили потолок, а затем резко устремились на меня. Дернув уголком губ, закусила нижнюю и приблизила изображение. Малик поднялся и, подойдя к решётке, просунул руку между прутьев и показал в сторону камеры на противоположной от себя стене средний палец. Моя улыбка стала шире от воспоминания о том, как умело он использовал и остальные.

– Привет, Медвежонок, – прошептала, хищно улыбнувшись. – Хочешь не хочешь, а я рядом, – глядя в глаза напротив сообщила не столь радостные для него вести.

Заставив камеру приподняться и опуститься, дала Малику знать о том, что я получила его послание. Своё, я передам при личной встрече.

Свернув окно на рабочем столе, откинулась на спинку стула и развернулась к окну. Ночь, звезды, простор… красота. Вид, куда лучше, чем из окон дома, где я родилась. Да и народ интересней. Если с моей семейкой все было ясно сразу, то с окружающими меня людьми не всегда. Лживые, мелкие засранцы. Творцы, учёные, бизнесмены, бумажные черви, вояки… Как много букв, сложенных в слова, а суть одна – лживые твари в красивой обёртке.

Дверь нагло распахнулась, потянуло сквозняком.

– Одна?

– Да, – отозвалась, развернувшись на стуле к гостю.

– У меня двадцать минут, – с улыбкой предвкушения, охранник начал надвигаться, расстегивая ремень на штанах.

Рухнув возле меня на колени, раздвинул мои ноги, жадно проследив за тем, как юбка поползла вверх, и без лишних слов и траты времени впустую, припал губами и языком к своему рабочему месту. Откинувшись на спинку стула, закинула ноги на средней крепости плечи и, поморщившись, вновь развернула окошко. Малик будто знал, что мне необходима его помощь и, сняв кофту, активно отжимался от пола в камере на одной руке. Наблюдая за игрой его мышц, облизала пересохшие губы и схватилась за подлокотники. Каждый рывок Малика вниз, к полу, я подавалась бёдрами вперед, насаживаясь на бестолковый язык парня. Медвежонок ускорил темп и стал наращивать скорость отжиманий. Я делала тоже, начав активнее двигать бёдрами, представляя, как его член входит в меня, а не в пустую нависает над полом. Когти впились в пластик, взгляд в упругую задницу, а зубы в нижнюю губу. Я терлась о лицо, которое завтра уже и не вспомню, жадно наблюдая за тем, которое не забуду никогда. Горячая волна прошлась по телу и сконцентрировалась внизу живота, ожидая момента выброса энергии. Малик тряхнул головой и, опершись о пол двумя руками, сорвался с цепи. Скорость бешеная, капли пота переросли в реки, и я, взглядом слизывала каждую, вспоминая, как он делал те же рывки, нависая надо мной. Раз. Два.Три. Взрыв. Откинув голову назад, застонала, выпуская на свободу практически всех своих демонов. Сладкая дрожь пронеслась от макушки до кончиков пальцев на ногах, и они поджались, пытаясь удержать кайф от произошедшего. Обмякнув на стуле, лениво повернула голову в сторону экрана и успела поймать неожиданный момент. Малик снова смотрел в камеру и, с самодовольной ухмылкой отсалютовав мне, развернулся и направился к кровати. Нахмурившись, попыталась прожечь взглядом его спину, но вспомнила о том, что не одна.

– Иди сюда, – прошептал парень, встав на ноги и спустив штаны.

Приподняв бровь, мазнула взглядом по его члену, указывающему куда-то в сторону и, скривившись, поднялась следом. Обхватив голову парня, впилась в его губы и подарила последний поцелуй. Рывок. Хруст шейных позвонков. Глухой удар. Размяв шею и облизав губы, переступила через труп и направилась к окну. В отражении на меня смотрела более привычная версия меня самой. Чёрная кожа, красные глаза, милые короткие рожки чуть выше висков.

– А-а-а-а, – пискляво заверещала, наблюдая за тем, как имитирую страх и ужас.

Хмыкнув, обернулась в сторону своего ужина и полоснула себя чёрным длинным ногтем по ладони.

– Нихрена я не страшная, – пробубнила себе под нос.

Надоели мужские крики и распахнутые в ужасе глазенки. Когда я питаюсь, мой истинный облик берёт верх и выходит погулять. Поглощение чужой энергии обновляет мой человеческий облик и дарит время на выполнение обязательств. Да, слегка непривычно для людишек, но на кой черт орать то? Не мужики, одно название. Поэтому я решила убивать до того, как испуг отразится на лице моего контейнера с пищей. Так куда… тише.

Тяжко вздохнув, окропила кровью небольшой круг вокруг тела и зализала ранку на ладони. Порез зажил на глазах, а я, прошептав пару слов, открыла дверь домой и подкинула кому-то перекус. Чёрная дыра на полу затянулась, а я, подхватив кружку, направилась за кофе.

Какого чёрта происходит? Выбравшись из кабинета, задумчиво двигалась в сторону комнаты отдыха. Малик дважды смотрел в камеру. На меня. Один раз ещё можно было бы свалить на случайность, но два… Нет. Я слишком стара для наивности. Зайдя в комнату, подошла к кофемашине и, нажав нужную кнопку, прислонилась бедром к столу. Он не мог почувствовать меня. Он же… Мы…

– Привет. Опять полно работы и ночуешь здесь?

– Ага, – бросила не глядя, понимая, что зашёл один из местных охранников. Серая масса.

– Не видела Пола? Он куда-то унесся и пропал. Я не собираюсь работать за него. Домой хочу.

Бросив взгляд на мужчину лет тридцати, поджала губы и покачала головой.

– К сожалению, нет. Может, живот прихватило или что-то стряслось, и он ушёл, – пожала плечами, ощущая, как энергия потеряшки гуляет по телу, питая меня и придавая сил.

– Ладно. К чёрту его. Сейчас решу вопрос, – махнув мне, направился на выход. – Классно выглядишь сегодня, – бросил перед тем как скрыться с глаз.

Конечно, класно. Забрав готовый напиток, направилась обратно в кабинет. Я покушала и полна сил. Темные круги исчезли, кожа порозовела, и я больше не походила на призрака. Осталось лишь подумать над тем, что… Резко остановилась посреди коридора. Нееет. Не может быть. Зло прищурившись, переборщила с силой сжатия кружки и чудом успела отскочить от рухнувших вниз осколков, смешанных с горячим кофе. Плевать. Уберутся. Тряхнув рукой, скинула пару тёмных капель на пол и понеслась в кабинет.

Дверь захлопнулась с такой силой, что чуть не слетела с петель. Подскочив к зеркалу, вновь приняла свой облик и, шустро сняв одежду, начала вертеться вокруг своей оси, осматривая каждый сантиметр чёрной кожи. Нигде ничего не… Взгляд наткнулся на правую половинку задницы и замер. Метка Амакая прожигала меня так же, как и я её.

– Неет. Он не мог, – прошептала себе под нос.

Скрипнув зубами, поправила юбку, заправила блузку и понеслась в сторону Малика. Ублюдок! Я больше не хотела его трахнуть, я желала его убить. Вырвать наглое, эгоистичное, ревнивое сердце и отправить прямой доставкой в сам ад. Ооо… Да. Именно так и я поступлю, как только доберусь до него. Плешивый тестероидный медведь. Чтоб тебя блохи и черти обглодали! Да чтоб ты… А-а-а!