В ночь, за полчаса до начала родов, я проснулся оттого, что ощутил пустоту на кровати, там, где должна была быть моя жизнь. Вив стояла у окна, укутавшись в плед, и смотрела куда-то вдаль. Я подорвался с места и вмиг оказался рядом, переживая за её самочувствие. Она была столь маленькой и хрупкой, отчего живот казался слишком большим грузом для неё.

– Всё нормально? Ничего не болит? Воды? Молока? – крепко обняв её со спины, начал засыпать вопросами.

Жена развернулась ко мне полубоком и впервые за долгое время, улыбнулась и посмотрела на меня, а не сквозь. Помню, как сердце радостно сделало сальто и пританцовывая, начало качать кровь. В моих руках вновь была моя Вив.

– Всё хорошо, – заверила меня, нежно гладя по руке. – Я люблю тебя, милый.

У меня впервые в жизни выступили слезы, после её слов. Прикрыв глаза, уткнулся носом в её макушку и обнял ещё крепче, но так, чтобы не причинить боли.

– Я люблю тебя, Вив. Даже не представляешь, насколько сильно, – прошептал в ответ. – Я так соскучился по твоей улыбке. По тебе прежней.

– Прости, что немного была не своя. Он придёт за ней. Тот, кто любит её больше, чем мир. И тогда всё начнётся заново. Заводи машину, пора малышке появится на свет. Схватки начались полчаса назад.

Я услышал всё, но лишь последнее осело в мозг, и я, закивав, быстро поцеловал Вив, и побежал одеваться. Схватив приготовленные сумки, выбежал из дома и на секунду замер, увидев красную Луну на ночном небе. Красивый вид, но меня ждала женщина куда прекрасней. Заведя машину, вернулся в дом и помог Вив спуститься со второго этажа, боясь за её хрупкие косточки, на которых она передвигалась с огромным животом.

Роды прошли легко и быстро. Я весь процесс находился рядом и держал жену за руку, удивляясь, откуда в моей маленькой девочке, столько сил. Она сжимала мою ладонь так, как не каждый мужчина бы мог. Малышка родилась здоровой, крепкой и прекрасной, как и её мама. Вив улыбнулась мне со слезами на глазах, как только получила кроху на руки. Мы плакали вместе. Она от счастья, что родила и всё прошло отлично, а я, оттого, что наконец-то надеялся получить свою прежнюю жену, избавив её организм от… буйства гормонов.

Жизнь налаживалась. Малышка росла, Вив стала не то чтобы своей прежней версией, даже более окрылённой. Сияла, улыбалась, а, провожая меня на работу, целовала так, что не хотелось уходить. К сожалению, приходилось. Отец развернул не маленькую лабораторию, а целую корпорацию за последние несколько лет, и мне приходилось активно помогать ему. Даже несмотря на его просьбы и приказы сидеть, как и все остальные допоздна, я сбегал, как только заканчивался рабочий день. Десять часов и так казались вечностью в дали от Вив, и я не желал терять ещё больше.

Возвращаясь домой, откидывал портфель и сразу подхватывал на руки жену, которая всегда ждала меня с улыбкой и в окружении аппетитных ароматов, доносящихся с кухни. Амика, так Вив назвала нашу дочь, была потрясающей. Красивая, милая, пухлощекая малышка. Не было ни одной ночи, когда бы она плакала или истерила, как многие дети, которых я встречал где бы то ни было. Тихонько играла, гулила, затем ползала, рисовала, читала. В общем, она вообще не мешала мне наслаждаться женой. В воспитание я не лез, даже не возражал по поводу того, что Вив уже до дыр стёрла свою книгу, читая Амике любимую поэму. Девочки… Пусть верят в неземную любовь и то, что чудовища умеют любить. Я то знал, что это невозможно. Одержимость, да. Любовь, нет. Монстры не любят. Они повинуются желанию и голоду, а затем берут, скрывая своё помешательство словом “люблю”.

Время побежало вперёд. Мы прожили душа в душу, ещё двенадцать лет с момента рождения Амики. Двенадцать… Целая вечность, но мне было её мало. Особенно остро, я ощутил это в день, когда любовь всей моей жизни решила оставить меня одного, вырвав сердце, которое билось лишь ради неё. Она убила меня. Уничтожила. Разорвала в клочья. Выпотрошила. Ушла…

Лишь в тот день, я обратил внимание на тень, которая жила с нами по соседству. Дочь… Вылитая копия матери, предавшей меня. Нас. Видеть подделку, напоминающую об оригинале, было невыносимо. Я поклялся сам себе в том, что поставлю дочь на ноги, но на удаленке. Дом дал, денег дал, свободой выбора и действий обеспечил. Всё. Каждый доволен и при деле. Я работаю, Амика учится. Так и жили.

Мы с коллегами знаем, что произошло полгода назад. Кровавая луна. Глобальный сбой систем. В одночасье разрушенный привычный мир. Массовые обращения в тварей без инкубационного периода и без предвестников беды.

Мы знаем, что Потерянные не просто животные, а бывшие люди. Как бы им ни хотелось, они не могли вернуться, застряв в шкурах и чешуйчатой коже.

Мы знаем, что такие, как Амика отличаются. Они контролируют зверя. Общаются с ним и выбирают, когда обратиться, кого убить и в какой момент. Не нападают просто так и на всех подряд. Ими движут инстинкты, голод, жажда, но они умны и хладнокровны. Опасны. Жестоки. Расчетливы и… умеют ждать.

Мы знаем, что за всем этим кто-то стоит. Но кто? Кровь образцов, как и, их органы, не дают ответа. Я бы мог сказать, что Вив была права. Что она помогла явиться в мир…

Падшему ангелу.

Ариане.

Амике.

Как угодно назови ее, но я не буду. Потому что, если назову – признаю. А если признаю – проиграю. Потому что наука не может победить то, что не существует. А любимая история Вив вымысел.

Пройдя по лабиринтам, выстроенным моим отцом, поднялся на самый верхний этаж, доступ к которому есть лишь у меня и друга. Сканер ладони, сетчатки глаза, капля крови, готово. Непробиваемая металлическая дверь толщиной двадцать два сантиметра, отворилась и позволила мне вернуться домой.

Скинув халат, на ходу размял шею и улыбнулся. Мой дом уже давно здесь. В стенах лаборатории. Раньше, вместо моего пентхауса, выстроенного на крыше здания, была квартира родителей. Но они оба погибли в автомобильной аварии и оставили огромную корпорацию мне. Не всю, пятьдесят процентов, но я это скоро исправлю. Ли Чан изрядно поднадоел мне. Он не мог без слез смотреть на свою заражённую дочурку Линь и просил о милосердии. Пришлось убить образец.

Доведя Ли до ручки и, воспользовавшись моментом, надавил и убедил его оставить пост. Документы в процессе оформления, я будущий полноправный владелец корпорации и счастлив. Да, мир изменился, но правила и законы ещё живы. Всё должно быть официально. Правильно.

Быстро приняв душ, приготовил две кружки кофе, прихватил виски и направился в гостиную.

– Как оно? – спросил, рухнув на диван рядом с другом.

– Неплохо. Спасибо, что спас мою задницу, – усмехнулся, отчего шрамы на лице стали ещё отчётливей.

– Не устал благодарить? – отпив кофе, устало запрокинул голову на спинку дивана.

– Нет. В аду нет смысла без неё. Пока она здесь и я обязан жить. Спасибо, дружище.

– Есть в нашей одержимости что-то прекрасное, – хмыкнул, вновь глянув на собеседника. – Как она сегодня?

– Покрыла меня трёхэтажным матом и сказала, что завершит начатое Мелиссой. Она гордится нашей дочерью и собирается добить меня.

Мы рассмеялись.

– Дженнифер всегда была… остра на язык, – кивнул. – Сойер, ты сделал то, о чем я просил? – допив кофе, отставил чашку и принялся разливать виски по бокалам.

– Да. Кайл согласен поделиться парочкой секретов взамен на мою дочь, как и было обговорено. Она пока не хочет сотрудничать, но он уверен, что сможет сломать девчонку. Ещё он попросил помочь найти предателя. В прошлом, да и в настоящем, его предал какой-то щенок, и он жаждет вернуть его и покарать, если дословно. Кайл передаст тебе один из их волшебных ножей для изучения взамен на помощь.

– Отлично. Мне нужна их игрушка, оставляющая шрамы на заражённых, – удовлетворенно кивнул и передал бокал, затем взяв и свой. – Один из моих номеров, полагаю?

– Надеюсь. Он дал портрет парня. Завтра начну причесывать базу. Черт его знает, у нас он или бегает и обоссывает деревья где-то там, – сделав глоток, поморщился и кивнул в сторону окна. – Арч…