Потом два дня зерно прорастало. Коська даже не подходил, да и некогда было. На третий день, сняв ткань, парень обнаружил, что пшеница раза в три увеличилась в объёме и вся проросла. Пора было ставить брагу. А нету сахара! Вообще нет.

Пришлось экперементировать. Касьян бухнул туда меда с килограмм и остатки земляники с мёдом, что использовал для начинки пирожков. Специально держал в тепле это «варенье», чтобы забродило.

Ничего другого не было. Хорошо в будущем, пошёл в магазин, а там этот сахар копейки стоит. Долив воды до края ведра, Коська оставил всё это в надежде, что забродит, никуда не денется. И забродило. Через неделю, когда брожение уже шло вовсю, Касьян перелил‑пересыпал всю бурду в небольшой бочонок, закрыл крышкой и попытался гидрозатвор соорудить. И ведь ни резиновых перчаток, ни пластмассовых трубочек. Выточил сам втулку из ветки, сантиметров в семь диаметром вставил в отверстие крышки и залил маслом льняным, а щели замазал тёплым воском. Ну, и генуг, оставил всё это на две недели. И вот с отъездом дядьки парень решил посмотреть, а что же у него получилось. Больше всего это напоминало шампанское. Вкусно, сладко, с пузыриками. Ну и крепость не меньше градусов пятнадцати. Хотя, как определишь. Да и не надо. Того что получилось Коське для плана вполне хватит. Теперь нужно было отправляться на тихую охоту.

Рано утром на третий день после отъезда дяди, Коська погрузил на плотик кувшин с бражкой, взял с собой один арбалет с тубусом полным стрел, взял кинжал и переплыл речку. Воевать с бандитами он не собирался. А нет, ещё он взял с собой и для отвода глаз, и для сбора ягод, корзинку литра на три. Пошла уже черника, а он Жорке пятнадцать пирожков должен, да и сестрёнку Варюшку хотелось бы порадовать вкусняшкой.

Для начала, делая большой круг, парень вышел к опушке полянки… Ну, как вышел? Хотел выйти. И тут сороки ему сообщили, что впереди люди, или пусть один человек. Но точно что‑то есть. Коська сориентировался и взял чуть западнее, делая более широкий круг, стараясь выйти к тому месту, где стрекотали птицы. Всё же явно у них там, где‑то недалеко, гнездо, и сороки предупреждают птенчиков, чтобы те сидели в гнезде тихо.

Засаду Коська увидел. Двое бандитов сидели у дерева и жевали травинки. Оба двое. Перекус такой. Видимо они тут просидели всю ночь, и сейчас так пытались себя занять, чтобы не заснуть.

Парень очень медленно и аккуратно забился под раскидистую крону ели, которая до самой земли ветви сохранила и стал ждать. Чего и сам точно сказать не мог. Посмотреть на врагов? Продумать план устранения этой засады, когда люди сменятся, а потом устанут ждать. Нет. Он не Ремба. Не сможет. На тропинке повезло, и это он сидел в засаде. А тут всё не так. Значит, просто хотел на врагов посмотреть.

И они пришли. Ещё двое. И все четверо не молодые. Не старики, но солидные пожившие бородатые дядьки. Поговорив минут пять, дядьки поменялись местами. Ничего это подсматривание Коське не дало, ну разве информацию, что дежурят по два человека и меняются чуть позже рассвета.

– Пора делом заниматься, хватит подсматривать за мужиками, – парень вылез из‑под ели еле‑еле и потрусил к реке, там по дороге он видел целые заросли черники и, кажется, вдалеке под лещиной гриб нужный был. Издали не рассмотрел Коська, но показалось ему, что это именно Зеленый мухомор или Бледная поганка. Гриб не редкий. Полно их в лесу, как и настоящих мухоморов. Спутать с чем‑то почти невозможно, там и плёнка, и утолщение на конце ножки. Разве уж совсем незнакомый с грибами человек примет за зелёную сыроежку. Да, нет. Опять же плёнка и утолщение на ножке. Дебилом надо быть. И ведь всё одно находятся товарищи, которые ими травятся. Спастись практически невозможно. Настолько там серьёзные яды. Да и симптомы начинаются обычно через сутки. Вырвет, потошнит немного, а потом наступает улучшение. Но яд продолжает действовать, выводя один за другим все органы из строя. И через четыре дня капец. Замечательный гриб, который очень и очень затруднит бандитам сопоставить брагу с отравлением.

М!!! Ай!!! Пальчики!!! Оближешь!!! Пирожки с медом и черникой получилось на пять с плюсом. Три порвались при переворачивании и пришлось Касьяну их скрепя сердце есть самому. Остальные пошли сестрёнке, Жорику с братом Ванькой и его сестрёнкой, Фроловичам и пять штук Коська оставил для бабки Ульяны. Завтра ведь у них второй подход и поход к камню, для определения возросла ли в нём колдовская сила.

Черники он набрал с запасом. Можно завтра ещё пирожки соорудить. Если будет куда и за что их пристроить. Есть у него намётки на пяток.

Мысль такая… Может и глупая, но всё‑таки он не искин и миллиард операций в секунду делать не умеет. Не может все последствия рассчитать. Единственная интересная мысля пришла в рыжую голову. Ну, не прокатит, так не прокатит. Тут ведь мало приготовить вкусную бражку, нужно эту бражку сделать смертельно ядовитой и придумать способ, как её всучить бандитам. Вот и придумал Коська такой способ. Взять корзинку, поставить в неё кувшинчик с отравленной бражкой… м… ладно… Положить рядом второй кувшинчик с компотом черничным и до кучи в тряпицу завёрнутые пирожки черничные. И корзинку эту положить в лодку. Что сделают бандиты, обнаружив там корзинку? Они её выкинут, посчитав, что их решили отравить? Они её распотрошат и попробуют понемногу из каждого кувшина и надкусив пирожок? Они всё это сметают за считанные минуты? Какой вариант правдоподобней. Конечно, третий. Возникнет ли у них вопрос? Возникнет. Помешает вопрос им выпить брагу? Нет, конечно. Это же бандиты, а не Штирлицы. Как корзинка может попасть в лодку? А какая разница. Вот лежит, и вот в ней вкусная бражка и закуска.

Второй вопрос сложнее. А нужны ли там пирожки. Никто их кроме него не жарит? Сразу подсказка, вот кто отравил. Ату его! Попался гадёнышшшььь. А если он старосте даст десяток? А если он Фролу даст, а если плотнику Артемию, в смысле тётке Агафье – жене плотника Артемия. Будут ли бандиты проводить следствие? Как это будет выглядеть? Придут в село и будут во всех мечами тыкать и спрашивать, кто пирожки жарит? Нет, такого не будет. А могут они к нему ночью отправить пару человек на расправу. Могут. А может он их встретить стрелами арбалетными? Должен. И идти они будут по той самой лесной тропинке. Переплыть реку напротив постоялого двора не рискнут, тут место открытое. Ещё поставил себя на место Федьки‑Зверя Коська и усомнился, что шестерых его людей убил тринадцатилетний пацан. Что‑то тут не так. Нужно разведку бы послать?

В общем, решил Коська пирожки положить. Ну, и посмотреть, что из этого получится.

Зелёные мухоморы он нашёл, как и красные. Полно и тех и других в лесу. А ещё полно белых грибов. Их набрал Коська целый мешок. Но это после. Первым делом он нарвал пять Бледных поганок и, разрезав на приличные куски, бросил в кувшин с бражкой. А ещё пяток положил в тряпицу и сунул в корзинку. Это для морса или компота. Мало ли, вдруг среди разбойников окажутся трезвенники и язвенники. Кувшинчик с бражкой он поставил под приметную пихту, не тащить же его назад домой. План примерно такой, завтра прийти с со вторым кувшином, перелить через тряпицу и пробкой заткнуть. А в потом в тот кувшин первый налить принесённый с собой в третьем кувшине морс и поставить оба в корзинку, туда же пирожки сунуть. Почему такая сложность с кувшинами? А эти два… они особые. В таких привозят из Венгрии вино для богатеньких. Они с узеньким горлышком, можно и с бутылками сравнить, но сделаны из керамики.

Самая сложная часть операции – это доставить корзинку в лодку. Сложность в том, что на краю полянки сидят в засаде бандиты. Да, лодка в камышах, и её не видно с полянки, но если идти вдоль камышей, то вот тогда человека видно. Можно подойти с другой стороны, ниже по течению реки, и потом идти по самим камышам, но там и утки гвалт поднимут и потом сороки им помогут. Остаётся только один способ. Ночью переплыть реку с плотиком и корзину на лодку подбросить со стороны села.