– Это его отличительная черта, – рассмеялась я. – Когда я не знала имён наших однокурсников – различала по внешним признакам.

– И какой признак был у меня? – недоверчиво прищурилась Катька.

На первом курсе её отличительной чертой было вечное шмырканье носом. Вот бесящая привычка, которая никак не проходила. Этот звук бил по нервам и раздражал до скрежета зубов. Но подружившись с ней, я узнала, что это не более чем проблемы с носовой перегородкой.

– Неземная красота и природная любопытность, – хищно улыбнулась я.

Ответ подругу удовлетворил и она даже не побила меня новенькими костылями, которые были удобными, но непривычными. Я, как маленький ребёнок делала шаг за шагом под чётким взглядом Катьки, которая следила за тем, чтобы я не навернулась на первой попавшейся ступеньке. Посетить лекцию Светлого – это как пройти семь кругов университетского ада. Которые включают в себя и лестницу, и группки студентов, и заинтересованные взгляды знакомых. Никто же не знает, что это последствие моего героического падения из окна туалета роскошного ресторана.

Аудитория сегодня оказалась немноголюдной. От силы пришло человек тридцать. Обычно здесь не протиснуться. Всё время душно и шумно. Даже Андрей решил не приходить. Может, лекцию отменили, а я не в курсе?

Мы с Катькой сели на свои привычные места и начали ждать Светлого, который пунктуально явился точно к звонку.

Выглядел он неважно: побледневшее лицо, трясущиеся ручки и учащённое дыхание. Его глазки бегали по всей аудитории, а потом остановившись на мне – зависли. Я нежно улыбнулась и почти незаметно подмигнула, чтобы другие очень любопытные личности не заметили нашей связи.

– Ну до чего же красивый мужчина, – тихо проскулила однокурсница за моей спиной.

– Ага, – рассмеялась другая. – Может, можно сдать ему зачёт другим способом?... Более приятным…

– Я бы не отказалась, – захихикали две лучшие подружки, прикрывая рты ладонями.

Я злобно выдохнула, натянула улыбку и повернулась к самым главным сплетницам университета.

– Девочки, боюсь вас разочаровать, но у Романа Андреевича есть невеста, рядом с которой он на седьмом небе от счастья.

Блонди и её ручная собачка с раскрытыми ртами уставились на меня, впитывая информацию. Зная их умственные способности – придётся повторить несколько раз, чтобы они запомнили и поняли каждое моё слово.

– Валька, а ты откуда знаешь? – спросила блонди посматривая на Светлого.

– Это уже источник умалчивает. Но уверяю вас, информация достоверная. Так что оставьте свою выпечку при себе. Покупатель нерентабельный.

Две подружки уставились друг на друга, а я вернулась к Катьке, которая мягко покачивала головой. Видно думая, что я так проявляю свою ревность. Но нет. Меня просто бесят такие разговоры.

– Рен… кто? – проскулила за спиной собачонка.

– Хрен его знает… Но неправильный он какой-то.

Я довольно улыбнулась и начала ждать начала лекции, как дверь с грохотом открылась.

– Господи, он себя Ромео возомнил? – усмехнулась Катька ткнув меня в бок. – Ну и придурок. Против Романа Андреевича шансов у него мало…

– Эм… – единственное, что получилось выдавить у меня, наблюдая за этим идиотом.

Сначала шёл букет розовых цветов. Хризантем, роз, полевых… Там была сборная солянка. В мягкой розовой упаковке. Затем, шёл Андрей. Гладковыбритый, причёсанный, прекрасно пахнущий. Все девочки в аудитории начали ахать, а я лишь затаила дыхание. Андрей приблизился ко мне и протянул этот пышный букет. Я тут же перевела глаза на Светлого, который не сказал ни слова. Приоткрыв рот, он хмуро наблюдал за этой сцены. Видимо, ожидал моих дальнейших действий.

– Валь, прости меня, я был полным придурком, – угрюмо произнес он протягивая букет. – Я всё исправлю. Я готов. Просто дай мне шанс. Или хотя-бы прими цветы.

Второй букет за один день. Цветочки Андрея были более разнообразными, но не вписывались в цельную картину. Букет Светлого был пышнее, красивее и приятнее. Когда-то я мечтала о таком внимании от Андрея. Сейчас же, это меня реально напрягает. Он дарил мне цветы только два раза. Первый на нашем первом свидании, и сегодня второй.

Но я приняла его. Знала, что потом выброшу в первом попавшемся мусорном баке, но приняла. Отчасти, чтобы позлить Светлого. От моего взаимного жеста, Андрей расслабился и видимо подумал, что это моё немое согласие всё возобновить. Светлый же, потух. Он сжал челюсть, поправил очки и грустно улыбнулся. Ему было больно, как мне вчера. Я думала, что его страдания мне принесут радость, но нет. Они принесли несчастья не только мне, но и всей группе.

Светлый начал опрашивать каждого по очереди. Не алфавитной. А своей. Светловской. Он называл это некой проверкой знаний перед завтрашней сессией. Задавал он по одному вопросу. Они были не особо сложными. Пока дело не дошло до Хлыстова, который с насмешкой устроился рядом со мной, пытаясь положить руку мне на руку, которую я удачно ударяла уже раз десятый.

Мучал он его долго. Задавал каверзные вопросы. Такие, на которые даже я ответа не знала. Андрей всячески пытался извиваться, избегать ответа. Но в философии, Светлый был настоящим деспотом. Я его не на шутку разозлила. И я прекрасно понимала, что меня ждёт такая же участь. Как только он закончит с Хлыстовым. Или с тем, что от него останется.

– Валька, ну ты даёшь, – испуганно сглотнула Катька. – Зря ты цветы приняла. Он в настоящую энциклопедию на ножках превратился. Боюсь, с тебя кожу сдерёт. Живьём и без анестезии.

– Я не специально, – цокнула я выламывая пальцы. – Тем более, не факт, что это из-за меня. Хлыстов его давно бесит. Сам нарвался.

Светлый ожидающе смотрел на Андрея, который пытался придумать ответ в голове.

– Не знаете? – холодно спросил Светлый.

– Нет, – цокнул Андрей, явно проклиная и посылая Светлого разными методами и словами.

– Знаете, вы бы лучше не цветочки своей девушке дарили, а учёбой занялись, – отметил что-то в своём журнальчике Светлый. – А пока… у вас нет допуска к сессии. Считайте, это преждевременным каникулами. Возможно, вечными. Если вы не исправите ситуацию с посещаемостью и оценками. А сейчас, можете быть свободны.

Я вытаращилась на Светлого и была от него в шоке. Понимаю, он зол. Я тоже ненавижу Андрея, но чтобы на четвёртом курсе портить жизнь? Это непрофессионально и некомпетентно. Ситуация у него не настолько плачевная, чтобы не допускать к сессии.

– Вот как?... – хмуро сдвинул брови Андрей и резко поднялся. – Пошёл ты, гандон мерзкоротый.

И с этими словами, под возмущённо вздохи он покинул аудиторию проводив меня последним взглядом. Я с ненавистью и непонимание посмотрела на Светлого, который искал новую жертву. Его глаза остановились на мне. Такие насмешливые и бесящие.

– Можете быть свободны, – не отрывал от меня взгляда Светлый. – Готовьтесь к сессии. Я верю, что все вы сдадите и мы увидимся с вами в новом семестре.

Тех, кого Его Светлость не успел расспросить – облегчённо выдохнули, а те, кому не повезло остаться незамеченными весело улыбнулись, что судьба Андрея им не близка.

– Хочешь с ним поговорить? – помогла мне Катька подняться, пока другие уже начали покидать помещение.

– Ещё как, – раздражённо сжала я костыли, которыми готова была его побить.

Я схватила подаренный букет и поскакала вниз. Катька шепнула мне слова поддержки и пообещала дождаться снаружи. Светлый стоял повернутый ко мне спиной. Он неспешно собирал бумаги с темой лекции.

– Доволен? – спросила я задыхаясь от возмущения.

– Чем, лекцией? Не особо, но доволен, – невозмутимо отозвался он.

– Не придуривайся идиотом, у тебя это получается так себе.

Он усмехнулся и резко повернулся ко мне. Его лицо было холодным, как лёд. Никаких эмоций.

– Валентина, у тебя вопросы по поводу предстоящей сессии или твоего парня? – его взгляд остановился на невинном букете, который я сжимала в руках.

– Ревнуешь?

– Ещё чего? У меня нет проблем с контролем эмоций.