Пытаюсь вспомнить хоть что-то из прошлого. Должно же быть хоть одно воспоминание, которое намекнуло бы на творящийся вокруг ужас!

И разум услужливо подсовывает мне встревоженное личико Алиноры, чья жизнь так трагически и преждевременно оборвалась. Она была далеко не первой. Многие девушки ходили беременны от Иммолио, только…

Хмурюсь. Тогда их поили травой-кровянкой, чтобы они теряли детей, а сейчас стерегут, свозят в этот храм чуть ли не со всего королевства. Зачем? Как это связано с чудовищным тёмным богом?

Меня подташнивает. Не знаю, от голода, или от беременности. Глажу животик, ощущая, как наполняюсь теплом неподдельной любви. Мой храбрый сыночек, отважный мальчик! Спасибо, что помогаешь своей бедовой мамуле! Клянусь, я вытащу нас отсюда!

Когда приоткрывается дверь, я подскакиваю с кровати от испуга.

- Прости! – внутрь входит Кейли, - не хотела испугать тебя, постучавшись.

- Как ты открыла дверь, запертую на засов?! - пытаюсь дыханием унять ускоренное сердцебиение.

- Захочешь здесь выжить, и не такому научишься, - пожимает плечами Старшая Сестра, - собирайся. Нужно успеть точно ко времени.

- Дай мне минуту.

Набрасываю свой плащ, обуваюсь, и вскоре мы с Кейли двигаемся уснувшим храмом на верхние этажи.

- Давно здесь надо «выживать», Кейли?

Я еле поспеваю за ней, поднимаясь по ступеням.

- Риторический вопрос. Здесь всегда так было, - хмыкает Кейли.

Сложно не согласиться. Мы идём вдоль стен, чтобы при надобности спрятаться за гобеленами или под лестницами. Чем выше мы поднимаемся, тем люднее становится. Старшие Братья и Сёстры ходят туда-сюда со свечами в руках. Некоторые ведут под руки сонных девушек на поздних сроках беременности.

Меня захлёстывает ощущение чего-то ужасного. К горлу снова подкатывает тошнота, и я прикрываю рот рукой.

- Возьми себя в руки! – шикает Кейли, - если нас заметят… Тебе ничего не будет, а мне не сносить головы!

Мы поднимаемся ещё выше, и входим в ту самую башню, куда обычно закрывают провинившихся отроков. Здесь пусто, и мне становится легче. Даже Кейли немного расслабляется.

- Почему мне ничего не сделают, если вдруг нас поймают? – спрашиваю с дрожью в голосе.

- Сейчас увидишь.

Выходим на самую верхотуру башни – протискиваемся узким лазом на какой-то пыльный чердак. Здесь хранятся остатки мебели, которую непонятно как сюда заволокли.

- Не туда смотришь, - Кейли подзывает меня к окну.

Я не бывала раньше на этом чердаке. Отсюда вид из окна выходит на северную тропку, петляющую к лесу, и проходящую сквозь явно недавно появившееся…

- Кладбище?! – опешу я, - новое?

- Угу, - недобро отвечает Кейли, - и оно не для всех. Сколько сейчас времени? Я пришла за тобой без пяти минут три.

- Мы шли минут пятнадцать, - пожимаю плечами.

- Значит, скоро будет.

Не спрашиваю, что именно будет. Ведь не уверена, что хочу слышать ответ. Но мне приходится его увидеть.

Когда от стен храма отъезжает повозка, мы не можем оторвать взгляда от страшного груза. Девушка, которую десять минут назад в ночной сорочке вели под руки в коридоре, сейчас распластана на телеге. На её лице маска первобытного ужаса, а глаза широко открыты. Но они уже точно ничего не видят.

Падаю на колени, и меня тошнит на пол, ещё, и ещё. Кейли протягивает платок, и я дрожащими руками утираю рот.

- Что они делают?! – мой голос сдавлен от страха, - с ними? Зачем убивают?

- Я думаю, не просто убивают, - Кейли снова смотрит в окно, - но это… это…

Она не договаривает. Но бросает на меня взгляд, полный сочувствия.

Ведь понимает, что когда-нибудь я стану следующей.

- Бьянка, - Кейли несмело касается моей руки, - надо идти.

Мы возвращаемся тем же путём, которым пришли. Только теперь коридоры пусты. После ужасающего убийства беременной девушки все словно исчезли.

Кейли помогает мне добраться в комнату, так как я совсем теряюсь в пространстве. Она ведь была беременна! Кто мог совершить над ней такое зло?! Как это допустила Великая Драконица?!

Я никогда в неё не верила. И пока понимаю лишь, что была права.

- Часто это происходит? – спрашиваю у Кейли шепотом.

Будто нас могут услышать. Хотя, кто знает...?

- Где-то раз в две недели, - так же тихо отвечает Кейли.

В комнате, когда Кейли уходит, я не могу найти себе места. Я так старалась взрастить в себе хоть какое-то самообладание, чтобы не тревожить малыша, и не портить себе и ему здоровье… И вот! Да и кто смог бы остаться хладнокровным в такой ситуации?!

Дирэн разве что… Дирэн смог бы! Во сне он сказал, что ребёнок Элисон – не его ребёнок. Что они с ней не были вместе! Я ведь сама видела, как ослабевал её контроль над Рэном!

Неужели есть надежда, что вся эта ситуация – подстава, лишь бы я оказалась в этом месте, в это время? Что Дирэн здесь не при чём?!

Тогда он спасёт нас. Обязательно спасёт! Мечусь от окна к двери, и обратно.

Нет. Я не могу сложить руки и просто ждать, когда Дирэн примчится спасти нас с малышом. Ведь если эти люди – люди ли? – взяли его под контроль однажды, значит, смогут сделать это снова!

Сажусь на кровать, и медленно выдыхаю. Надо подумать. Хорошенько подумать, как сбежать. Ведь если даже Кейли не придумала, как это сделать, за столько лет…

Ложусь спать, пожелав Рэймсу спокойной ночи. С утра подрываюсь, спешу на завтрак. В столовой царит гнетущая тишина. Страшие Братья и Сёстры ходят между столами с непроницаемыми лицами. Невольно замечаю недовольную ряху Иммолио. Кто-то наставил на его лице красивых фонарей.

Вспоминаю, что он обещал прийти этой ночью, о чём я совсем забыла. Видно, кто-то подкорректировал ему планы и внешний вид.

Отворачиваюсь, но он уже успел заметить мой взгляд, и идёт ко мне. Бьянка, ну когда ты уже чему-то научишься?! Зачем было привлекать его внимание?!

Он садится за стол напротив меня. Улавливаю кисловатый запах немытого тела, и к горлу подкатывает ком. Мне уже не хочется есть!

- Бьянка, - вкрадчиво произносит Старший Брат, - ты ведь не забыла о встрече? Я не смог прийти вчера. Но сегодня приду обязательно.

У него так воняет изо рта, что я невольно отшатываюсь назад.

- С чего ты взял, что я тебя жду, Имо? – спрашиваю спокойно, складывая руки перед собой, - мне нужно время для воссоединения с богиней. Так что твоё присутствие будет некстати.

Его лицо багровеет, как у ребёнка, который никак не может получить желаемую игрушку.

- На утренней молитве с богиней воссоединишься! – плюётся он, и вдруг хватает меня за руку, - пошла, пошла! Уже все поели! На выход, живо!

Он тащит меня к выходу! Понимаю, что сейчас отбиться не смогу – Имо огромен, и намного сильнее меня! Слышу позади голос Кейли, которая мчится за нами, и пытается достучаться до жирдяя, но не могу даже обернуться к ней!

На площади перед изваянием Великой Драконицы толком и нет никого, но Иммолио подводит меня прямо к гранитному постаменту.

- Не смей двигаться до окончания молитвы! – он орёт так громко, что я вся сжимаюсь.

Вдруг он застывает. Заплывшие жиром свиные глазки закатываются, и Старший Брат валится оземь с ужасающим хрустом.

А на балконе второго этажа, над столовой, я вижу человека, которого просто не может здесь быть!

Глава 7. Нет пути назад

Это Дженна!

Она взволнованно перегибается через перила, после чего кивком указывает на дверь позади себя. И скрывается.

- Что с ним? – удивлённо спрашивает подоспевшая Кейли.

Старшая Сестра поддевает его руку носком туфли. Имо не шевелится.

- Свалился просто на ходу, - не моргнув глазом лгу.

Мне не хочется говорить Кейли о Дженне. Пока точно нет. Направляюсь к переходу, откуда ближе всего к ступеням на второй этаж, но Кейли мягко хватает меня за руку.

- Ты куда? Скоро начало молитвы.

- Я же так и не поела, - доброжелательно улыбаюсь, - может, ещё успею ухватить что-нибудь. К началу молитвы вернусь!