Раскрасневшаяся, растрепанная… А еще полностью мокрая.

Сарафан неприятно облепляет тело. Вижу, как сквозь его ткань просвечиваются мои маленькие, но ставшие невероятно тугими соски, и я ощущаю острое желание прикоснуться к ним, чтобы снять напряжение.

А еще у меня ужасно сжимается между ног. Пульсирует очень сильно. Так навязчиво, что хочется застонать.

– Чего так долго? – вопросом меня встречает тетя Лена, когда вваливаюсь в дверь. – Вадим еще чего нибудь просил? Попить там? Точно, нужно принести ему попить…

Тетя словно уже забывает про меня. Она деже не замечает мой внешний вид, абсолютно отличающийся от нормального.

Понимаю, что говорить ей сейчас, рассказывать о случившемся, просто бесполезно.

Тетя Лена, полностью загруженная собственными мыслями, быстро переключается на другое дело. В ее голове только этот похотливый богатый мужчина.

Чертовски красивый мужчина…

Из моей он тоже не выходит.

А я не смогу сказать тете правду о том, чего именно наш «дорогой гость» хотел. Я даже думая о таком со стыда сгораю. А чтобы признаться в этом…

До сих пор никак не отдышусь.

– Я же ему и веник не дала, – восклицает родственница. – Сейчас воды принесу… Нет, чаю. Квасу, пива. Все принесу. И веник…

Дальше она начинает находу вслух размышлять, уходя на кухню.

– А что толку от веника, если гостя попарить некому. Значит, нужно его самой попарить…

Даже никакого поручения мне не дает. Но дело я и сама себе нахожу. Ведра с питьевой водой почти пусты. Жадно выпиваю остатки. Бегу к колодцу с пустыми.

Соседка баба Маруся смотрит на меня из окна осуждающе. Это она из-за того, что пустые ведерки без крышки. Навожу беду на тех, кто меня с ними видит. Примета такая.

Но осуждение бабы Маруси принимаю на другой счет. Мне кажется, будто все в деревне уже знают о произошедшем. Как я трогала… член…Словно все считают меня распутной гулящей девкой.

Оглядываясь по сторонам, в спешке кручу за ручку колодца, стараюсь быстрее наполнить ведра и бежать обратно. По пути к дому, чуть не спотыкаюсь о курицу, юркнувшую мне под ноги. Возможно, ту же, что и в прошлый раз, когда впервые увидела ЕГО.

Такого мужественного, красивого…

Хватит! Выброси из головы!

Но он так на меня смотрит каждый раз… А вдруг так проявляется мужская любовь? Пусть и через пошлость. Из подслушанных мной разговоров тети с подружками можно сделать вывод, что мужики без этого любить не способны.

Но я же не ТАКАЯ, чтобы вот так… ДАВАТЬ.

Прогулка с ведрами до колодца не развеивают мои запутанные мысли, как я надеялась.

Вскоре в доме появляется немного расстроенная тетя Лена.

– Ишь, какой неприступный, – немного ворчит она себе под нос. – Сам, видите ли, справится.

Похоже, не позволил ей себя попарить веником.

Мне почему-то становится радостно от этой новости.

Вообще, все мужики бегают за моей тетей. Она красавица. И выглядит намного моложе сверстниц. Странно, что Вадим, так сильно желающий ЭТОГО, отверг тетино предложение.

Но это значит, что он хотел ЭТО со мной. Только со мной. Он выбрал не мою красавицу тетю, хоть и заглядывал в ее вырез декольте, а меня.

Внутри меня все начинает по-дурацки радоваться. Но я не отдаю этим чувствам отчета.

Через час снова ловлю на себе взгляды мужчины.

После бани родственница вновь накрыла ему стол.

Нет, все. Не могу тут больше находиться. Ухожу в свою комнату. Поскорее бы уснуть. Чтобы быстрее настало утро, и «дорогой гость» уехал.

С глаз долой, из сердца вон!

Вот только уснуть поскорее не получается. И из сердца выгнать мужчину тоже. Глаза его не видят, но он все равно постоянно перед ними. И сидит он за столом, смотрит. И идет, и в бане… голый. И эта ШТУКА между ног.

Блин!

Я ни только не могу отделаться от образа мужчины, но и от ощущений прикосновений. Мое тело словно все еще заведено. И так некомфортно ощущать это желание.

Долго вожусь в постели.

Чувствую себя грязной и испорченной.

Конечно, я понимаю, что рано или поздно мне придется вступить в эту взрослую жизнь, но я не хотела, чтобы все случилось… так.

Голоса тети и гостя давно затихли.

Наверное, они тоже легли спать. Это убеждение немного успокаивает, и я погружаюсь в дрему, хоть и беспокойную.

Но что-то вдруг будит меня. Не пойму только, что именно. Показалось, или скрипнула дверь?

Хочу обернуться и посмотреть в ту сторону.

– Тише, малышка, – неожиданно и нежно шепчет Вадим в самое ухо, а его палец снова плотно прижимается к моим губам. – А то твоя тетя услышит и помешает нам.

4

Маша

– Тише, малышка, – неожиданно и нежно шепчет Вадим в самое ухо, а его палец снова плотно прижимается к моим губам, и это простое движение отдается истомой между ног. – А то твоя тетя услышит и помешает нам.

Почти тут же ощущаю, как теплая и сильная мужская ладонь касается моего бедра.

Ее тепло разливается по коже, медленно, намеренно задирая тонкую ткань ночнушки. Каждое движение пальцев — будто обжигающий след, от которого по коже бегут мурашки.

– Чщщщ… – его голос низкий, густой, пропитанный уверенностью, от которой внутри все сжимается. Он чувствует, как я вздрагиваю, когда его хриплый шёпот проникает прямо в самое нутро: – Не бойся, малышка…Я тебя ни за что не обижу. Тебе будет очень хорошо со мной…

Его дыхание обжигает мочку уха. Губы едва касаются кожи, и я чувствую, как горячий язык скользит по чувствительному месту за ушком, заставляя мое тело крупно задрожать.

Вадим с каким-то особым с наслаждением вдыхает мой запах, прижимаясь лицом к затылку, и низкий стон вырывается из его груди.

– Сладко пахнешь…

Меня буквально парализует изнутри.

Его палец продолжает прижиматься к моим губам, не давая их разомкнуть. Подняться не позволяет его каменное тело.

Но настоящий огонь разгорается ниже, когда его пальцы скользят под край трусиков, едва касаясь нежной, трепещущей кожи.

От первого прикосновения я резко выгибаюсь, а он глубже вжимает меня в матрас, а его голос звучит как темное обещание:

– Ты так реагируешь… А я еще даже не начал…

Я не рвусь, не сопротивляюсь — тело само выгибается навстречу его прикосновениям, предательски отзываясь на каждое движение. Неожиданно приятное ощущение пробегает по телу до такой степени, что у меня перехватывает дыхание.

– Ч-ч-ч… – снова раздается успокаивающий и приятный голос мужчины. – Вижу, ты хочешь этого.

А я хочу и не хочу одновременно! Мне страшно! И дико приятно… Все сжимается от особого предвкушения.

Снова его палец касается чувствительных мест через ткань, заставляя меня испытать букет необычных чувств. Неведанных мной ранее. А потом он проводит подушечкой по киске, чуть надавливая.

– Ммм… – вырывается из меня.

Слышу легкую усмешку.

Его горячее дыхание все еще на моей шее, а низкий довольный шепоток обжигает, пожалуй, жарче прикосновений.

– Ты мокрая, – шепчет Вадим.

Его слова заставляют меня в миг сгореть от стыда и возбуждения.

Теперь я точно знаю, что это такое – желать мужчину внутри.

И, похоже, он меня уже не отпустит, пока не заставит потерять голову окончательно.

Я и сама понимаю, что трусики мокрые. Чувствую, как их ткань предательски намокает.

Осознание, что я обязана прекратить все прямо сейчас тонет в густом сладком мареве желания.

Мне бы нужно закричать, попытаться отбросить Вадима, ударить или вырваться и убежать. Но я почему-то не делаю этого.

Я хочу, чтобы этот мужчина меня ласкал. Меня любил. Часть меня забивает в угол другую часть, что кричит мне: «наивная дурочка!».

Моя ладонь снова оказывается на огромном и горячем члене Вадима. Он очень напряжен… Крупный орган подергивается над моими пальцами, и от этого еще сильнее сводит живот.

– Ахх! – выдыхаю я, когда его пальцы снова проходятся по моей киске.