— А вы, госпожа Валерия Матвеевна?

— Уверена, наше заявление просто не имеет смысла. Госпожа Джоана — иностранная подданная, и наши органы просто-напросто не захотят браться за такое дело. У них своих уголовных преступлений с особо тяжкими убийствами выше крыши.

— Вы приняли правильное решение. По прибытии в международный порт назначения я лично отправлю госпожу Джоану самолетом в сопровождении охранника на ее родину, где она будет находиться в камере предварительного заключения до моего возвращения. Господин капитан, мне бы хотелось, чтобы вы не оставляли свою дочь без присмотра. Хорошо бы, она поселилась с вами.

— Я решу этот вопрос в спешном порядке. Спасибо, детектив.

— А вы, Лена, подумайте о своем будущем — мой вам совет. То, чем вы занимались, приведет вас лишь на скамью подсудимых. Пожалейте отца, — отечески обратился детектив к вставшей со стула девчонке.

— Я знаю, что мне делать, господин сыщик! — многозначительно проговорила девушка.

— До свиданья, господа! — попрощался капитан. — Пойдем, Лена! — И он покинул каюту.

Дочь последовала за ним. Честно говоря, мне очень не понравились ее последние слова. Идиллия не состоялась, хотя детектив усиленно склонял присутствовавших на разбирательстве дела упасть друг другу в объятия и разрыдаться сладкими слезами умиления. А что ему оставалось делать? Он не в кабинете органов «щита и меча», а на корабле, где всей полнотой власти обладает капитан, а он, детектив, так же беззащитен, как и все остальные пассажиры и подчиненные капитана.

— Я сделал все, что мог, что было в моих силах и возможностях. Через три ночи плавание закончится, и мы прибудем в пункт назначения. Надеюсь, больше ничего не случится. Но все же будьте осторожны! Обращайтесь ко мне в любое время дня и ночи.

— Большое спасибо, — мой муж крепко пожал руку детективу. — Спокойной ночи.

— И вам тоже, — пожелал Кон нам обоим. — Вы мне здорово помогли, Валерия Матвеевна. Спасибо.

— Это вы превзошли мои ожидания, — искренне восхитилась я.

Выйдя из каюты детектива, мы, не сговариваясь, направились в сторону бара. После двух порций виски с содовой мы ощутили страшную усталость, еле добрели до каюты, разделись, легли в постель и дружно «вырубились».

Утром я проснулась первая. Давно я не спала так крепко и без сновидений. Чтобы окончательно проснуться, я пошла под душ. Слава Богу, что все кончилось. Слава Богу, что скоро мы будем дома. Я была сыта по горло приключениями, а беспредельная водная поверхность действовала мне на нервы и лишала душевного равновесия. Боюсь летать, не люблю суету поездов, а теперь, похоже, невзлюблю и морские путешествия. Океан утомил меня вусмерть.

Мы с аппетитом завтракали, обсуждая планы на день. Я наконец-то решила поплавать вместе с мужем в бассейне, и мы прихватили с собой купальные принадлежности. Я благодушно поглядывала по сторонам, улыбнулась официанту, которого заподозрила в роли злодея-отравителя. Вдруг в поле моего зрения возник детектив. Он был мрачнее тучи. Наверное, плохо выспался. Он почему-то направился к нашему столику. С нами за столом сидели молодожены, у них был медовый месяц с беспрерывной «сиестой», и сегодня они проспали. Детектив тяжело опустился на свободный стул, спина его совсем сгорбилась.

— Главная обвиняемая умерла сегодня ночью, — сообщил он.

— Неужели от припадка? Она что, так и не пришла в себя? — поразилась я.

— Я не могу сказать, приходила она в себя или нет. Доктор ввел ей снотворное. Она умерла от цианистого калия.

— Самоубийство? Тогда, выходит, она пришла в себя. Но где она взяла яд? О, вы ее не обыскали! Странный поступок. Эта женщина не показалась мне слабой неврастеничкой, способной покончить с собой. По-моему, она была очень хладнокровна.

— Я с вами согласен. Уверен, что ее убили, то есть отравили. Охранник клянется, что, кроме доктора, к ней никто не заходил.

— Доктор?

— Он вне подозрений.

— А охранника не могли отвлечь, подкупить?

— Мне предстоит допросить его еще раз. А вы, уважаемая Валерия Матвеевна, ни на кого не думаете?

— Даже не представляю, кто мог это сделать. Так неожиданно…

— Извините, я испортил вам завтрак.

— Мы уже позавтракали.

— Если что-то придет в вашу умную голову, сообщите мне, пожалуйста, ваши оригинальные умозаключения.

— Обязательно, — с воодушевлением отозвалась я на его призыв.

Он поднялся и, сосредоточенно глядя под ноги, будто боялся оступиться, пошел к выходу из столовой. Через несколько минут мы были на палубе с бассейном. В конце концов эта ведьма получила по заслугам. Можно вообразить, сколько зла она наделала людям, зная черную магию. Могла и порчу на смерть наводить. Девчонку изуродовала. Я переоделась и блаженно растянулась на лежаке, подставив солнцу верхнюю часть тела.

Загорать я не любила и вскоре, оставив Адама, спустилась по ступенькам в воду. Вода была самое то. Я плавала и резвилась, как рыбка, начисто забыв обо всех проблемах. Очнувшись в реальности, я осмотрела поверхность бассейна и не обнаружила в белую и оранжевую полоску шапочку Адама. Честно говоря, я надеялась, что он захочет поплавать со мной наперегонки.

Возможно, он уснул. Надо срочно будить его, иначе сгорит. Я вылезла из бассейна и пошла в сторону наших лежаков. Издалека я увидела, что лежак моего мужа пуст. Я решила, что он все же плавает. Может, нырнул, когда я искала его шапочку, Народу в воде было довольно много, и отыскать кого-либо было затруднительно. Я легла на живот, прикрылась простынкой и скоро задремала в расслабляющей усталости после плавания.

Вдруг я свалилась с лежака, и сразу в уши ворвался сильный шум и громкие крики. Я вскочила на ноги.

Кругом творилось что-то невообразимое. В крайнем возбуждении люди кидались в разные стороны, кто-то из них, наверное, и задел мой лежак, отчего я свалилась. Некоторые бежали направо, некоторые налево, из бассейна выскакивали перепуганные дети и взрослые. Царила такая паника и суматоха, будто в корабле образовалась пробоина и мы шли ко дну. Блин, мы же не плыли! Двигатели не работали, корабль покачивался на волнах.

— Что случилось? Мы тонем? — бросилась я к какому-то мужчине, который в сравнении с толпой казался невозмутимым.

— Кто-то свалился за борт, а у меня исчезла одежда. Не пойду же я в плавках!

— Не слышали, кто?

— Да народ толком не знает. Может, женщина, может, мужчина. А может, оба. Говорят, моторную шлюпку сбросили.

Я протянула ему простыню.

— Вот накройтесь! — предложила я, а сама вернулась к лежакам: одежды Адама не было.

Тоже свистнули. Без ворья нигде еще не обходилось. Он что, тоже побежал поглазеть? В плавках? Я не спеша оделась, пошла к трапу, спустилась на нижнюю палубу. Люди толпились полевому борту. Я втиснулась в толпу и стала прислушиваться к разговорам.

— Она сильно перегнулась через борт и нечаянно свалилась, — рассказывал мужской баритон. — А он бросился за ней спасать…

— Молодые?

— Не знаю.

— А почему корабль остановился?

— Ну, как же! Скорость-то какая, их бы сразу потеряли. Молодец капитан, не растерялся. Так резко затормозил, что все попадали. Вроде даже есть пострадавшие…

— Что, положено так?

— Он же отвечает за каждого человека.

Говорили несколько человек одновременно, и я подумала, не молодожены ли упали за борт. Могли крепко поссориться. Я поняла, что, пока не ступлю на родную землю, драмы не кончатся. Работая локтями, я пробралась между зеваками и вцепилась в борт. Шлюпка была на приличном расстоянии и казалась маленькой. Увидеть ничего было нельзя. Толпа не успокаивалась, люди галдели, обсуждая происшествие.

— Здесь акул полно. Я уже сто раз видела, — заявила пожилая женщина. — Ужас какой-то! Вдруг не спасут?

Я до рези в глазах всматривалась в шлюпку. Что-то меня мучило. Возможно, исчезновение моего мужа. Надо было пойти поискать его. Но разве найдешь среди такого скопления народа? Глазеть на чужое несчастье мне не хотелось, и я попыталась отцепить руки от борта и выбраться из толпы. Но меня прижали еще сильнее, того и гляди, кишки полезут. Я вынуждена была упереться изо всех сил в борт, чтобы не быть раздавленной.