— Не приплетай, она моя подруга.

— Да насрать мне. Прояви уважение к своему гостю и хорошему другу, за такую милость. — он толкал его в грудь и Джон, явно болезненно, ударялся о тумбу спиной. — Научись закрывать свой рот и правильно себя вести, если не хочешь проблем.

Шатен уходил и стало чуть проще дышать, без страха, что завяжется неравная драка. Рокс сполз на тёплый пол и если бы сейчас кто‑то зашёл, то не увидел бы его за островком. Он молчал, не ругался, не злился, но легче от этого не становилось. Я за сегодня впервые узнала что‑то новое. Возможно его злость была ко мне не из‑за отца, не из‑за того, что его потерял определённую прибыль, а из‑за чужой помощи? Если я правильно поняла, они зависимы от, вероятно, старшего брата Джереми. Вынужденная дружба, хоть и странно выходит, но это самый очевидный вариант.

— Джо, почему не сказал? — я отставила уже пустой стаканчик в сторону. — Почему молчал о том, что всё так плохо?

— А ты бы что, попросила папочку сказать «Ой, простите, я перепутал, он на деле не виноват»? — я скривилась от того, что он сменил тон, выплёвывая слова как яд. — Не будь дурой, ты могла попросить не рыть больше нужного и тогда отец бы почти ничего не потерял. Теперь мы в полной заднице из‑за чертового Оливера Блэра. — это уже был удар ниже пояса. Я понимала, что он на эмоциях, но всё равно нёс бред сумасшедшего. Невозможно сказать моему отцу, учитывая то, как он работает: «Пап, а допусти ошибку» — это невозможно. — Ещё скажи, что ты не была в курсе дела, Реби. — ласковое сокращение имени звучало не как раньше. Этот диалог сейчас не имел смысла, пока он не остынет, мы не сможем нормально поговорить и это приведёт лишь к большему конфликту.

— Где лежат мои вещи? Я пойду домой, поговорим с тобой позже. — Джонатан закатил глаза, недовольно отбивая носком шкафчик кухонного гарнитура.

— На втором, в моей комнате.

Я быстро удалялась, попутно проверяла телефон, не видя ни единого пропущенного или сообщения. Я только коротко отправляла сообщение маме, что скоро буду дома. Возможно, она уже спала и ей было не до меня, хотя часы лишь перешагнули за одиннадцать. Она было сегодня достаточно доброй, отпустила меня без каких-либо вопросов, будто бы даже рада была этому. Я уже перебирала чьи‑то вещи, находила свой бомбер и рюкзак, проверяя, что ничего не пропало. Когда я тянулась к дверной ручке, там сама открылась, еле задев моё запястье. Я отступила в глубь комнаты на шаг, приглядывая к тому кто зашёл. Это был тот самый Джереми, а я думала, что он ушёл после разговора с Роксом.

— Ой, извини, я тебя наверное напугал? — я мотнула головой, понимая, что из‑за того, что он всё ещё держится за дверь и стоит в проходе, то я не могу выйти, не задев его. — Уходишь в разгар самого веселья?

— Мне тут не весело, я пришла, только чтобы с Джоном пообщаться. — шатен улыбнулся во все тридцать два и это еле пугало, ведь я не сказала ничего смешного.

— А, так вы близкие друзья. — в тусклом свете лишь от одной настольной лампы, становилось и вправду страшновато. — Не хочешь покурить? — я думала лишь мгновение, не понимая, про что он конкретно, но на любой вариант мотала головой. Я попыталась обойти его, проскочить сквозь мелкое пространство за его спиной, но он наклонился назад, продолжал улыбаться. — Ну-ну, не хочешь посидеть, поболтать? Можем поговорить о Джоне, если тебе так хочется.

— Думаю, я знаю его лучше тебя. Мне надо домой, так что дай пройду. — заводя одну руку за его спину, я пыталась слабо его отодвинуть, но он перехватил меня за плечи, отталкивая на изначальное место. Тело пробило крупной дрожью. — Я же тебе сказала...

— Ой, да ладно врать. У Джона нет друзей, а девушки вокруг него крутятся лишь из‑за смазливого лица и папиных деньжат, думая, что если одной из них перепадёт, то заживёт шикарно. — Джереми закрывал за собой дверь, делая первый шаг в мою сторону. Каждая клеточка моего тела диктовала бежать, но ноги словно вросли в пол. — У меня тоже есть деньги, ну а ещё я буду явно опытнее него в счёт возраста.

Дыша чаще, в глазах рябило от гипервентиляции, мне казалось, что я сейчас упаду прямо здесь и сейчас, после чего очнусь от тревожного сна. Я сделала шаг вправо, он влево и вновь преградил путь к двери. В комнате стало темнее, ведь её больше не освещал свет из коридора и любое движение казалось смазанным. Делая шаг влево, он вновь преграждал дорогу, даже когда остался небольшой участок, чтобы я могла пройти, старалась быстро проскочить вперёд, то меня хватали, сжимали руки до боли. Когда он толкнул меня и я упёрлась в изножье кровати, было ощущение, что забрали весь кислород. Истерика уже засела в горле, пока на глаза наворачивались слёзы.

— Это нихрена не смешно, пусти. — я несколько раз дёрнулась, но хватка не ослабла.

— Малыш, с чего ты взяла, что я шучу? — пытаясь разглядеть во тьме его глаза, получить ответ хотя бы так, я почувствовала очередной толчок в грудь и мягкий матрас под спиной, который через мгновение прогнулся под лишним весом нависшего надо мной. Я пыталась задрать ногу, оттолкнуть его, но он быстро остановил мои движения усаживаясь на бёдра. Первые слёзы скатились по лицу. — Ну чего реветь, ничего страшного же не происходит. — я по новой пыталась вырваться, лишь зря тратя силы.

— Пусти, пожалуйста, отпусти. — я всхлипывала, чувствуя унижение от того, что я умоляю незнакомого человека, лишь бы не произошло худшего, что может случиться при жизни с любой девушкой. — Не надо. — всё ещё дрыгая ногами, джинсы лишь неприятно шуршали, но никакого прогресса не было. Я не сдвину его так просто. Он перехватил мои запястья одной рукой, вдавливая их в кровать, что одно, кажется, неприятно хрустнуло. Вторая рука легла на мой живот и я рефлекторно его втянула, стараясь избегать чужих прикосновений, что сейчас казались раскалённым металлом, проходящим сквозь ткань и оставляя ожоги на коже. Залезал под футболку, сжимал кожу в области рёбер и возвращался обратно, пытаясь подлезть под джинсы. - Хватит! — крик сорвался с дрожащих губ и истерика накрывала уже с головой, до помутнения рассудка, до того, что будь у меня что‑то тяжёлое под рукой, то я бы со всем удовольствием проломила бы его голову, если бы мне сказали, что это закончится, у меня бы не дрогнул ни один нерв. Он остановился когда раздался лёгкий щелчок двери и свет пробился в комнату. Я склонила голову в бок, кусая губы и всхлипывая, надеясь, что там кто‑то есть, что я смогу попросить помощи и славу бог так и было. Джон стоял в проходе, с приоткрытым ртом и распахнутыми глазами. — Джон, пожалуйста, помоги, убери его! — он продолжал стоять молча, смотря то на меня, обездвиженную, то на Джереми нависшего сверху. — Джон!

— Джонни, закрой дверь и свали. — всё ещё был как истукан, не реагируя ни на чьи слова. — Тебе опять напомнить о чём-то важном?! — Джереми рявкал на Рокса и тот вздрогнул, в последний раз смотря на меня, опуская взгляд в пол и закрывая дверь. Блядство, трижды блядство. Печаль кольнула в груди, накрыла обжигающей волной с потоком новых слёз. Он позволил, чтобы это произошло, он просто закрыл глаза на это и... Не важно, уже не важно. Я смогла высвободить одну руку, отвесив лишь слабую пощёчину мужчине, а получила в ответ троекратно. Щёку обжёг удар, во рту почувствовался вкус крови. — Хватит брыкаться, мы же можем договориться, любая сумма. Это ведь так просто. — это нихера непросто, но в голове что‑то щёлкнуло. Я расслабилась настолько, насколько могла, хоть страх и продолжал сковывать каждую мышцу в теле. — Вот видишь, мы же можем договориться? — он склонился ближе я почувствовала его дыхание у уха. Я пробормотала в ответ лишь тихое согласие и он медленно ослаблял хватку на руках, пока я чувствовала мерзкий, скользкий язык этого ублюдка на шее. Джереми выпрямлялся на коленях, давай пространство моим ногам. Этого было достаточно для замаха и я сделала его настолько сильным, каким только могла, слыша его вскрик. — Сука.

Я отталкивала его ногой, пиная в живот и тот скатывался на пол. Благо у меня это получилось, у меня были лишь считанные секунды проскочить мимо него и выбежать в светлый коридор, добраться до лестницы, сбегая по ней и сотни раз спотыкаясь на каждой ступеньке. Я не останавливаясь рыдала, но моё стремление покинуть это место превышало любую другую эмоцию. Основная дверь оказалась закрытая и я бежала к дверям ведущим на задний двор, но уже видела его на лестнице. Злого, чуть прихрамывающего, но с безумной ухмылкой на устах. Я вбегала на кухню и от туда был самый короткий путь во двор, где всё ещё было достаточно людей. Бассейн находился примерно в тридцати метрах от дома и вряд ли бы кто‑то заметил, что меня тащат обратно в дом, если я не успею покинуть его, пока не догонят. Благополучно выходя на свежий воздух, я сталкивалась с человеком на выходе, остановилась лишь на мгновение, заглядывая в голубые глаза и понимала, что я ещё долго буду чувствовать от них неприязнь и отвращение.