Ее брат спокойно возразил, что она сама заслужила наказание: ей нравится высмеивать его скудоумие – что ж, пускай не пеняет, угодив в собственные сети. Энни отрицала, что в ее речах крылся злой умысел, она всего лишь хотела немного развлечься и не имела в виду ничего дурного.

Когда компания добрались до дома Милларов, обе барышни, уставшие и голодные, были чрезвычайно рады возможности отдохнуть и подкрепиться благодаря заботе миссис Тернер. Мисс Уотсон не могла не удивляться тому, чем она занимается и где находится; но человеческий разум быстро привыкает к любым обстоятельствам, к тому же она получала такое удовольствие от перемены обстановки, что не испытывала ни малейших сожалений. Их маленький квартет оказался на редкость приятным и веселым. Элизабет познакомилась с детьми мистера Миллара и осталась очень довольна; эти маленькие создания, наделенные свойственной всем детям бессознательной восприимчивостью, так и льнули к ней.

Это был самый веселый вечер с тех пор, как Элизабет с сестрой из-за снегопада были вынуждены остаться у мистера Говарда. Потом Джордж Миллар проводил ее домой; они расстались как старые добрые друзья, и мисс Уотсон с трудом верилось, что они знакомы всего два дня.

Глава X

Сестры Элизабет провели вечер совсем по-другому. Роберт был занят в конторе, Маргарет углубилась в новый роман, который раздобыла утром, а Джейн, утомившись и не зная, чем бы себя развлечь, еще сильнее обычного сердилась на Эмму. Сперва она придралась к шитью, которым та занималась, а затем перешла к обвинениям в равнодушии, лени и вечной рассеянности.

Эмма вздохнула и невольно обратилась мыслями к прежним временам, когда она была любимицей дорогого дядюшки и кумиром всех домашних, а позднее сделалась предметом внимания мистера Говарда. Теперь те счастливые дни казались воспоминанием о чудесном сне, столь неожиданно и разительно изменились обстоятельства. Затем девушка задалась вопросом, когда же придет весточка от мисс Осборн и что та ответит. Как отнесется Роза к предполагаемому вызову в суд, не разгневаются ли ее родные и каков будет итог? Уступит ли Том Мазгроув? Проявит ли упорство Роберт? В этих тягостных молчаливых размышлениях прошел вечер. Эмма была рада, когда домой наконец вернулась Элизабет: ее приход привнес в домашнюю обстановку некоторое разнообразие, ведь ей было что рассказать. Джейн, хоть и задетая тем, что кто‑то посмел развлекаться без нее, была довольна сближением Элизабет и мистера Миллара и уже предрекала их союз, а потому на сей раз негодовала не особенно сильно.

Настало время ложиться спать, и Эмма, чувствуя себя ужасно подавленной и несчастной, не отказала себе в роскоши завершить вечер обильными слезами, которые облегчили ей душу и помогли побыстрее уснуть.

Наутро Элизабет спозаранок явилась в Эммину каморку и принялась рассказывать, как ей понравились Джордж Миллар, его сестра и дети, а также дом, ферма и все, что ему принадлежит. Затем она заявила, что из тех мест, где она когда‑либо бывала, Кройдон приглянулся ей больше всего и вообще она, пожалуй, была бы не прочь поселиться в городе. Эмма слушала молча, со всем соглашаясь. Она до сих пор не воспряла духом, и, хотя пыталась проникнуться надеждами и упованиями старшей сестры, у нее едва доставало сил слушать.

Утро протекало как обычно, пока не пришла почта. Эмма получила ответ от мисс Осборн, а Роберт – от Тома Мазгроува. Эмма, сидя с сестрами и невесткой в гостиной, просматривала послание от мисс Осборн, когда вошел ее брат и полностью зачитал дамам содержание письма Тома. Оно было кратким и категоричным.

Уважаемый сэр!

Ваше письмо, полученное мною вчера, весьма меня удивило. Вероятно, произошло какое‑то недоразумение, о коем я чрезвычайно сожалею. Однако я уверен, что Ваша любезная сестрица немедленно признает, что мое внимание к ней никогда не преступало пределов дружбы, оправданной нашим долгим знакомством; подобные любезности я у нее на глазах оказывал и многим другим молодым леди.

С наилучшими пожеланиями дамам из Вашей семьи, искренне Ваш, уважаемый сэр и проч.

Услышав такое, Маргарет решила, что обязана немедленно закатить истерику, и с рыданиями и всхлипами обрушилась на Тома, этого жестокого негодяя, который отныне недостоин ее любви.

– Прекрати голосить! – рявкнул Роберт. – От женщин, когда они в таком состоянии, невозможно добиться разумного слова и, видит бог, на них вообще нельзя полагаться.

После столь ласковых увещеваний рыдания Маргарет отнюдь не утихли, и Роберт разозлился еще сильнее:

– Ручаюсь, сестрица, если ты не умолкнешь, я предоставлю тебе самой улаживать дело и больше не буду вмешиваться.

Испугавшись, что он и впрямь выполнит свою угрозу, Маргарет наконец притихла, и тогда мистер Уотсон осведомился у Эммы, что написала ей мисс Осборн. Та прочла отрывок из письма, где мисс Осборн отвечала на Эммины заверения в том, что Маргарет по-прежнему считает мистера Мазгроува своим женихом: Роза просто поблагодарила мисс Уотсон за эти сведения, сообщила, что предупредит свою подругу, и пожелала мисс Маргарет счастливого завершения помолвки. В остальной части письма затрагивались темы, совсем не связанные с Томом Мазгроувом и никого, кроме Эммы, не касающиеся. Мисс Осборн упомянула об одном обстоятельстве, которое доставило Эмме особенную радость: Розина свадьба с сэром Уильямом должна была состояться после Пасхи; весну и лето будущие молодожены собирались провести в замке Осборн, сданном ее братом им внаем, покуда сэр Уильям Гордон определяется с планом и расположением нового особняка, который намеревается возвести на своих землях. Мисс Осборн выразила искреннюю надежду, что Эмма еще раз навестит ее, и подчеркнула, что с нетерпением ожидает будущей встречи.

Эмма не хотела читать этого вслух, опасаясь показаться хвастуньей, кичащейся важными знакомствами, но ни Джейн, ни Маргарет не оставили ее в покое, пока она не огласила все содержание письма. Лишь сведения о том, что недавно Осборны видели мистера Говарда, который провел в столице несколько дней, Эмма оставила при себе.

Любопытство Маргарет помогло ей прийти в себя, и уже скоро она смогла осведомиться у брата, что он намерен делать. Роберт повторил все, что говорил раньше, и Эмма, придя в ужас, поспешно вышла из гостиной, чтобы обдумать дальнейшие шаги. После долгих размышлений она решила немедленно сообщить мисс Осборн о том, что ей грозит, и, сев к столу, написала следующее письмо:

Дорогая мисс Осборн!

Надеюсь, Вы не сочтете меня виноватой, если сведения, которые я должна сообщить, неприятно поразят Вас. К сожалению, мистер Мазгроув оказался настолько бесчестным, что отрекся от помолвки, которая, как нам обеим известно, была заключена между ним и моей сестрой. Однако еще сильнее меня огорчает, что наш брат, убедившись в существовании помолвки, заявил, что подаст в суд на мистера Мазгроува, если тот в ближайшее время не признает своих обязательств. Мысль о том, что нам с Вами придется предстать перед судом, пугает меня, и я решила заблаговременно известить Вас о намерении Роберта, чтобы Вы не были застигнуты врасплох. Мой брат столь тверд в своей решимости, что я не вижу ни малейшей возможности избежать суда, если только не удастся убедить мистера Мазгроува сдержать обещание. Я знаю, что лорд Осборн имеет на последнего большое влияние; возможно, ради Вашей семьи, а также ради репутации самого мистера Мазгроува он сумеет склонить последнего к браку. Впрочем, едва ли моя сестра будет счастлива с подобным человеком, и я не желаю их союза, даже если он убережет меня от суда, которого я так страшусь. Я чувствую, что, уклоняясь от своего долга, поступаю недостойно и себялюбиво: в конце концов, в жизни так много невзгод, и еще одна неприятность, вероятно, не должна меня так беспокоить. Я искренне радуюсь Вашей блестящей будущности и с удовольствием стану свидетельницей вашего семейного счастья в любое время, которое Вам угодно будет назначить. Поверьте, Ваше любезное приглашение доставило мне больше радости, чем все события последних месяцев.