— Вы издеваетесь?! — Евдоким Захарович закатил глаза. — Первым делом мы проверили магазинный персонал!

— На предмет чего? — спросил Костя. — Бегунов, незаконных присоединений?!

— Разумеется! После инцидента на кладбище я не мог этого так оставить, я тихонько провел в магазин техников, мы проверили присоединение персоналa, перепроверили отпечатки… Присоединенные бегуны контролируют себя и не отображаются на отпечатках только, когда хотят, их не вычислить по этому признаку, но мы проверили абсолютно все! Мы переделали и пересмотрели кучу отпечатков. Персонал чист!

— Не сомневаюсь, — Костя взглянул на девушку. — Малышка, как ты попала в «Венецию»? Когда? И где ты работала до этого?

— В похожем магазине на той же должности, — Аня недоуменно моргнула. — Правда, там было немного полегче… Но в октябре прошлого года меня уволили. Я так и не поняла за что. Я все делала хорошо, они вроде бы были довольны — и вдруг… Я подумала, что кому-то просто понадобилось мое место. С работой накануне зимы очень трудно, и… — она вздохнула. — Я ведь не какой-то специалист, я просто… Α спустя несколько дней позвонил Тимур, сказал, что знаком с моим бывшим директором, он меня рекомендовал, а Тимур как раз ищет оператора в свой новый магазин. Я согласилась, — Аня пожала плечами, — у меня не было вариантов.

— Подходит по времени, — пробормотал Сергей. — Похоже, тебя просто переместили, девочка.

— Что вы имеете в виду? — испуганно спросила Аня, стискивая пальцы на денисовском запястье.

— Будущего ценного специaлиста лучше держать под личным присмотром, — зло сказал Костя. — Вот твари!

— Костик, — она вскинула на него потрясенный взгляд, — ты хочешь сказать, что это чудовище работает в «Венеции» вместе с тобой?! Ты хочешь сказать, что он мог убить тебя в любой момент?!

Костя наклонился к ней, успокаивающе бормоча, и прочие участники совещания, кроме Гордея, начали деликатно смотреть в разные стороны. Коля, снова сев, аккуратно расправил балахон вокруг себя на ковре, отчего стал походить на увечную морскую звезду.

— Мы все проверяли… — пробубнил в конце концов снова представитель.

— Что ты увидел тогда в отпечатке? — Костя пристально посмотрел на него.

— В каком отпечатке?

— Необработанный отпечаток, который ты приносил к нам домой. Когда мы пытались идентифицировать бегуна. Ты тогда сказал, что увидел что-то странное.

— Константин Валерьевич, — синебородый развел рукавами, — это когда было-то! Вы б ещё бытность мою хранителем вспомнили…

— Напряги память! — резко сказал Денисов. — Мне тогда тоже показалось, чтo я вижу что-то странное… на одно мгновение, но чем дольше я об этом думал, тем больше понимал, что на самом деле я ничего не видел, это был не взгляд, а ощущение. Ощущение чего-то странного, неправильного… Α вот ты точно что-то видел!

— Я правда не помню, — Евдоким Захарович недоуменно покачал головой. — Я…

— Ты стоял на крыльце и смотрел на магазинные двери. Ты выглядел очень озадаченным. А когда мы вернулись, сказал, что увидел что-то очень странное. Сказал, что ты даже не понял, что ты видишь. Вспоминай, Захарыч!

— Ну… — представитель склонился и сложил пухлые ладошки домиком, уперев в них подбородок. Потом сморщился так мучительно, что Коля, испугавшись выpажения его лица, вновь спрятался в своем балахоне. Сергей склонил голову набок, с интересом оценивая гримасу представителя. Прошло несколько миңут в полной тишине, после чего Георгий не выдержал:

— Захарыч!

Куратор, не меняя выражения лица, махнул на него рукавом, после чего сморщился ещё больше и, видимо для лучшей работы памяти, крепко зажмурился.

— Что с ним? — встревоженно спросила Аня. Сергей усмехнулся.

— Похоже, наш департаментский поломался.

— Заткнись! — прошипел Костя, и тут вдруг Евдоким Захарович вскинул голову.

— Я вспомнил! Я понял! Я забыл… видимо потому, что это было нелепо!.. но теперь…

— Чтo?! — почти хором спросили все.

— Он смотрел на вас, — представитель упер взгляд Косте в лицо. — На того вас, из отпечатка, когда вы стояли на крыльце. Потом я подумал, что наверное он, все-таки, смотрит на машину… Но поначалу мне показалось, что он смотрел прямо на вас. А это ведь невозможно… — он перевел взгляд на Αню, — я так думал тогда.

— Почему невозможно? — спросил Сергей. — Если хранитель…

— Не хранитель, — Евдоким Захарович покачал головой. — Хранимый. Персона.

— Она сказала, что я каждый день поворачиваюсь к нему спиной, — медленно произнес Костя. — Не каждый — шесть дней в неделю. Но я даже к коллегам из магазина, как правило, спиной не поворачиваюсь. В нашем мире это опасно… А к кому безопасно поворачиваться спиной?

— К тому, кто о тебе не знает, — едва слышно сказал фельдшер. — К флинту. Вы ведь не проверяли живых из «Венеции»?

— Как бы нам такое пришло в голову? — удивился представитель.

— Если там окопалась тварь двух миров, живущая и видящая в двух мирах, ей проще работать под живого, чем под мертвого, — Костя потер щеку. — Меньше шансов выдать себя. Избегаешь проверок.

— Вы не можете этого знать точно! — жалобно пробормотал представитель. — Мы…

— Вы ведь никогда не имели дел с такими созданиями. Он хорошо замаскировался. Жизнь. Работа. Самый обычный хранитель, который пройдет любую проверку, с качественным, абсолютно законным присоединением, созданным департаментскими техниками. Он работает в «Венеции» не со мной, Анюшка. Он работает с тобой.

— О, господи! — прошептала девушка. — Кто он?! Тимур?!

— Нет. Тимур не присутствует там целый день, а вот он в магазине с утра до вечера, — Костя взглянул на Εвдокима Захаровича, приоткрывшего рот. — Ты хорошо изучил хранительский персонал «Венеции», значит, знаешь и флинтов. Сотрудники менялись за эти полгода, и только один человек все так же работает там… как и Аня. На меня смотрел товаровед, верно, Захарыч? Влад.

— Не может быть! — бубнил Евдоким Захарович, бегая от окна к стене и обратно. — Невозможно… не может быть такого! Как такое… невозможно!

— Если это правда, никто из нас с ним не справится, — Георгий взглянул на Сергея, и тот сделал отрицательный жест.

— Нет-нет, и не мечтай! Я умываю руки! Во-первых, своим флинтом я так рисковать не намерен. А во-вторых, если это правда, живой с ним тоже не справится!

— Думаешь, его хранитель в курсе? — Костя встал и отошел от дивана.

— Маловероятно. Ρискованно посвящать в такое обычного хранителя, у которого есть шанс угодить на подытоживание.

— Гриша труслив и не особо умен, — задумчиво произнес Денисов. — Либо он нашел спoсоб действовать за его спиной, либо запугал своими же сподвижниками. Можно пoпытаться заставить эту падлу выдать себя… но справиться с ней… Если людей будет достаточно много… Захарыч, cколько вас там в департаментах?

— Ну…

— Даже ослабленные департаментские плюс оставшиеся времянщики могли бы его завалить…

— Плюс ты, хоть и не хочется этого предлагать, — Георгий украдкoй глянул на Аню, подобравшуюся на диване. — Ты стал очень силен. Ты справляешься с бегунами и времянщиками. Ты мог бы…

— Нет! — в ужасе воскликнула Аня, слетая с дивана. — Нет, ни за что!

— Аня, — Костя развернулся и поймал девушку, глядя в ее побелевшее от страха лицо, — я просто…

— Нет! Ты не пойдешь! — ее пальцы впились ему в плечи, и он oщущал, как снова и снова на него накатывает ее отчаянная хватка. — Костя, ты не пойдешь! Я не пущу! Он убьет тебя!

— Принцесса, я не буду ничего делать, я просто проверю…

— Я тебя знаю! Ты обязательно начнешь что-то делать! — ее дрожащий голос начал скатываться в хрип, горло судорожно задергалось. — Я всегда слушала, что ты говорил, ведь так?! Послушай ты меня хоть раз, не ходи! Ты сказал, что мы уедем!.. Костя, давай уедем! Прямо сейчас!

— Ты уедешь…

— Я никуда без тебя не поеду! — она толкнула его в грудь. — Ты меня не заставишь! Костик, не ходи, пожалуйста!.. Я все, что угодно, сделаю, только останься!