| As the last thing on earth that his heart was to warm and soften to, it warmed and softened to this pitiable girl. | И последний раз, перед тем как остыть навеки, сердце Картона вспыхнуло жгучей жалостью к этой несчастной девушке. | | "I heard you were released, Citizen Evremonde. | - Я слышала, что вас освободили, гражданин Эвремонд. | | I hoped it was true?" | Я-то обрадовалась, думала, правда! | | "It was. | - Так оно на самом деле и было. | | But, I was again taken and condemned." | Но потом меня опять взяли и осудили. | | "If I may ride with you, Citizen Evremonde, will you let me hold your hand? | - Если я сяду рядом с вами, когда нас повезут, можно мне взять вас за руку, гражданин Эвремонд? | | I am not afraid, but I am little and weak, and it will give me more courage." | Я не боюсь, только я такая слабая, хилая, если я буду за вас держаться, это меня подбодрит. | | As the patient eyes were lifted to his face, he saw a sudden doubt in them, and then astonishment. | Она подняла на него терпеливый умоляющий взгляд, и вдруг в глазах ее мелькнуло сомнение, изумление. | | He pressed the work-worn, hunger-worn young fingers, and touched his lips. | Он крепко сжал ее худенькие, огрубевшие от работы пальчики и быстро приложил руку к губам. | | "Are you dying for him?" she whispered. | - Это, вы за него на смерть идете? - прошептала она. | | "And his wife and child. | - Да, ради его жены и ребенка. | | Hush! Yes." | Тсс! | | "O you will let me hold your brave hand, stranger?" | - Так вы позволите мне держаться за вашу добрую руку, милый незнакомец? | | "Hush! | - Тсс! | | Yes, my poor sister; to the last." | Да, сестра моя, бедняжка моя! До конца. | | The same shadows that are falling on the prison, are falling, in that same hour of the early afternoon, on the Barrier with the crowd about it, when a coach going out of Paris drives up to be examined. | Та же мгла, что нависла с утра над тюрьмой, висит и над городской заставой, где вечно толпится народ и где сейчас караульные остановили карету с отъезжающими из Парижа и требуют для проверки подорожные. | | "Who goes here? | - Кто едет? | | Whom have we within? | Сколько человек? | | Papers!" | Предъявите подорожные! | | The papers are handed out, and read. | Подорожные предъявляют. Старший в карауле проверяет вслух: | | "Alexandre Manette. Physician. French. | - Александр Манетт, доктор, француз. | | Which is he?" | Который из вас? | | This is he; this helpless, inarticulately murmuring, wandering old man pointed out. | Вот он. Ему показывают на дряхлого сгорбленного старика, который что-то бессвязно бормочет. | | "Apparently the Citizen-Doctor is not in his right mind? | - Похоже, гражданин доктор повредился в рассудке. | | The Revolution-fever will have been too much for him?" | Революция ему, видно, в голову бросилась. | | Greatly too much for him. | Не выдержал! | | "Hah! | Да, не выдержал. | | Many suffer with it. | - Что ж, со многими это бывает. | | Lucie. His daughter. French. | Люси, его дочь, француженка. | | Which is she?" | Которая? | | This is she. | - Вот она. | | "Apparently it must be. | - Ну, да! Другой кроме нее и нет. | | Lucie, the wife of Evremonde; is it not?" | Люси. Жена Эвремонда. Она самая? | | It is. | Она самая. | | "Hah! | - Так. | | Evremonde has an assignation elsewhere. | А Эвремонд, значит, отбыл в другое место. | | Lucie, her child. English. | Люси, ее дочь, англичанка. | | This is she?" | Это она и есть? | | She and no other. | Она самая. | | "Kiss me, child of Evremonde. | - Поцелуй меня, малютка, дочь Эвремонда. | | Now, thou hast kissed a good Republican; something new in thy family; remember it! | Вот теперь можешь гордиться, ты поцеловала доброго республиканца. Наверно, это единственный случай в вашей семье. Запомни это. | | Sydney Carton. | Сидни Картон. | | Advocate. | "Адвокат. | | English. | Англичанин. | | Which is he?" | Где он? | | He lies here, in this corner of the carriage. He, too, is pointed out. | Ему показывают. Вот он лежит, в самом углу. | | "Apparently the English advocate is in a swoon?" | - А он что, в беспамятстве, этот адвокат, англичанин? | | It is hoped he will recover in the fresher air. | Надо надеяться, что на свежем воздухе он скоро придет в себя. | | It is represented that he is not in strong health, and has separated sadly from a friend who is under the displeasure of the Republic. | У него слабое здоровье, и он только что расстался с другом, который имел несчастье заслужить гнев Республики. | | "Is that all? | - Только-то! | | It is not a great deal, that! | Стоит из-за этого расстраиваться! | | Many are under the displeasure of the Republic, and must look out at the little window. | Мало ли народу заслужило гнев Республики и она их выпихивает в оконце. | | Jarvis Lorry. | Джарвис Лорри. | | Banker. | Банковский служащий. | | English. | Англичанин. | | Which is he?" | Это который же? | | "I am he. | - Я, последний. | | Necessarily, being the last." | Как видите, больше никого нет. | | It is Jarvis Lorry who has replied to all the previous questions. | Это он, Джарвис Лорри, отвечает на все вопросы. | | It is Jarvis Lorry who has alighted and stands with his hand on the coach door, replying to a group of officials. | Он вышел из кареты, стоит, держась рукой за дверцу, и терпеливо объясняется с караульными. | | They leisurely walk round the carriage and leisurely mount the box, to look at what little luggage it carries on the roof; the country-people hanging about, press nearer to the coach doors and greedily stare in; a little child, carried by its mother, has its short arm held out for it, that it may touch the wife of an aristocrat who has gone to the Guillotine. | А они толкутся у кареты, оглядывают ее со всех сторон, смотрят под козлы, лезут наверх, проверяют привязанный там скромный багаж. И крестьяне из окрестных деревень столпились вокруг кареты, с любопытством заглядывают внутрь, а одна женщина с ребенком на руках тянет его ручонку в карету, стараясь дотронуться до жены аристократа, которого казнили на гильотине. | | "Behold your papers, Jarvis Lorry, countersigned." | - Получайте ваши бумаги, Джарвис Лорри, подорожные отмечены, все в порядке. | | "One can depart, citizen?" | - Можно отправляться, гражданин? | | "One can depart. | - Можно отправляться. | | Forward, my postilions! | Трогай, кучер! | | A good journey!" | Счастливого пути! | | "I salute you, citizens.-And the first danger passed!" | - Счастливо оставаться, граждане! Уф! Первая опасность позади! | | These are again the words of Jarvis Lorry, as he clasps his hands, and looks upward. | Это опять говорит Джарвис Лорри, молитвенно сложив руки и подняв глаза к небу. | | There is terror in the carriage, there is weeping, there is the heavy breathing of the insensible traveller. | Ужас царит в карете: смятенье, слезы, тяжкое дыхание лежащего без чувств человека! | | "Are we not going too slowly? | - Боже, как мы медленно едем! | | Can they not be induced to go faster?" asks Lucie, clinging to the old man. | Нельзя ли подогнать лошадей? - молит Люси, прижимаясь к старому другу. | | "It would seem like flight, my darling. | - Это будет похоже на бегство, милочка. | | I must not urge them too much; it would rouse suspicion." | Не надо слишком торопить кучера, он может что-то заподозрить. | | "Look back, look back, and see if we are pursued!" | - Посмотрите назад, посмотрите, не гонятся ли за нами? | |
