К этому времени я уже понял, что Блудов оказался на яхте.

– Сейчас выйду на палубу. – В трубке раздались гудки.

Я направился к краю корзины. В этот момент на руках выросли когти химеры. Изменённое зрение показало потоки энергии, заполняющие этот мир.

Достал из инвентаря нож, привычно срезал когти и убрал всё обратно.

Поднял трубку задребезжавшего антикварного переговорника. Оттуда лился раздражённый голос:

– Ну и как ты предлагаешь завалить эту тварь на острове?

В это время ветер уносил меня всё дальше от острова. И это мне совсем не нравилось. Я даже высказался вслух:

– Интересно, как мне управлять этим пузатым летуном?

– Так же, как я яхтой. Мысленно подавай команды, – вывел меня из задумчивости голос Блудова.

Мы приблизились к острову. Птичка, остановившись, с интересом посмотрела на наши средства передвижения. Блудов вытащил на палубу такой же антикварный переговорник, как у меня.

– Сейчас я прибью эту птаху. Потом высаживаемся на остров, – заявил Блудов.

Я стал внимательно отслеживать, что происходит с потоками энергии. Было заметно, как окрашенные в красноватый цвет потоки стягиваются к двигающимся в странном танце рукам Блудова. Возле него появился огненный шарик. Он постепенно рос. Как только шар достиг размера футбольного мяча, Блудов отправил его в сторону чудо‑птицы.

Та не стала ждать. Сорвалась на бег и скрылась на противоположной части острова.

Блудов сквозь зубы процедил:

– Сможешь сверху взять на себя управление фаерболом, говорить мне куда его направлять?

Присмотревшись, я заметил линии энергии, соединяющие огненный шар и руки Блудова. Недалеко от меня протекали жгуты такого же цвета. Подлетев к ним поближе, с третьей попытки сумел ухватить. Словно живые верёвки, они отходили теперь от моих рук.

– Могу даже лучше. Только не спрашивай – как? Секрет рода. Создай ещё один фаербол!

Блудов удивился, но сделал как я просил. Довольно долго я не мог подхватить этими жгутами шар огня. Но в конечном итоге справился, сплетя на концах «верёвки» конус‑ловушку наподобие сачка.

Трубку переговорника я заранее положил на приступку возле края корзины. Осталось только крикнуть:

– Отпускай!

Ощущение возросшего в два раза давления чуть не подкосило мне ноги. Пока занимался огненным шаром, упустил управление воздушным шаром, и меня начало сносить в сторону.

Да уж! Удерживать фаербол и рулить своим транспортным средством одновременно было неимоверно сложно. Но в конце‑концов справился. И не такие задачки в прошлой жизни щёлкал, когда надо было распараллеливать сознание на несколько потоков при работе со сложной маготехникой.

Из точки, где я находился, птицу не было видно. Поднявшись повыше, нашел её взглядом. Выведя шар ближе к центру острова, начал игру в вышибалу.

Сложно было не задеть пальмы, чтобы магия не сдетонировала раньше времени.

Через десять минут и тридцать попыток птица лишилась головы. Радостный крик с яхты донёсся до меня безо всякого переговорника.

Зрение перекрыла надпись:

Вы сделали седьмой шаг из десяти по пути силы мысли

Смахнув надпись и пот со лба, я обессиленно опустился на пол корзины. Прикрыл глаза, желая чуть‑чуть отдохнуть. И сразу пришёл сон:

Лорд Чёрстон выговаривал неизвестному абоненту.

– Вы гарантировали результат. Но Медведев жив. Его видел наш агент сегодня утром. Так дела не делаются.

– Я вам перезвоню, – прозвучал хриплый голос в ответ.

Обстановка сменилась. Небольшая комната. За канцелярским столом сидел Крыс, который чуть меня не убил. Напротив него расположился дедок‑бухгалтер. Добрая улыбка акулы, лысина, потёртый костюм.

Он выкладывал перед Крысом стопки денег. Тот потными ручонками пересчитывал их и убирал в портфель.

Дверь распахнулась. На пороге стоял крепенький невысокий мужчина. Лицо с мелкими чертами скривилось в гримасе гнева и брезгливости.

– Ты, значит, уверен, что Медведев погиб? – прозвучал знакомый хриплый голос.

Тот при виде вошедшего вскочил и зачастил:

– Точно‑точно! Я ему последнюю игру‑шприц в упор в живот всадил.

Кривая усмешка перекосила лицо вошедшего:

– Ты ошибся. Я разочарован.

Нож, вылетевший из его руки, вонзился в глаз Крыса.

В этот момент я пришёл в себя. Выглянув из корзины, обнаружил неподалёку на песчаном пляже Блудова. Тот сидел возле огня, пляшущего на песке без дров. Блудов пребывал в печали. Тоскливая грусть растекалась от него, как круги по воде.

Выпрыгнул из корзины. Три метра, на которые шар успел спуститься к острову, – не высота.

Мой напарник, уйдя в свои мысли, даже не отреагировал.

– Что‑то ты совсем не весел, буйну голову повесил, – поприветствовал я его.

– Сейчас ты тоже повесишь, – мрачно произнес Блудов. – Этот островок примерно два квадратных километра. На поверхности нет ни одного камня. Поисковое заклятье не работает. Теперь прикинь, сколько мы будем копать и просеивать песок, пока найдём этот обломок. Хорошо ещё, что в проколе нам не надо ни пить, ни есть.

Тут до меня дошло, как круто мы попали. Присев рядом и обдумывая проблему, я спросил:

– А чего ты ко мне на шар не поднялся?

– Пытался. Думаю, на яхту ты тоже не сможешь попасть.

Я стал мысленно перебирать свой инвентарь, тем более, там не так уж много всего.

– Есть один вариант, – вспомнив о жуке на булавке, тихо произнёс я.

Блудов, встрепенувшись, с надеждой посмотрел на меня.

– У тебя в инвентаре бумага и карандаш найдутся? – спросил я.

Блудов моргнул. Вопрос «откуда ты вообще знаешь про инвентари» явно вертелся у него на языке. Но он уже устал удивляться при общении со мной – просто выдал упаковку бумаги и прочие мелкие канцелярские принадлежности. Карандаша не нашлось. Мне оставалось надеяться, что прошедший со мной не одну дорогу маркер подойдёт для отрисовки карты острова.

На всякий случай, пока делал карту, попросил Блудова убрать труп птицы.

Запрыгнул в корзину. Каждый раз радуюсь усилению мышц.

Разложил на полу листы, скрепив их клеящим карандашом.

«Надо будет спросить у напарника, зачем он всё это таскает с собой», – подумал я, направляя шар вверх.

Достигнув высоты, когда весь остров оказался как на ладони, я достал маркер.

Постарался отпечатать в памяти береговую линию. Провёл первую черту. Прикрыл глаза, вспоминая очертания. Маркер выскользнул из руки и начал самостоятельную работу. Через пару минут передо мной лежала идеально выполненная карта острова.

Маркер закончил бегать по листам и упал.

– Надо будет, выходя на следующую дорогу, набрать в инвентарь как можно больше полезных вещей, – тихо проговорил я, выкладывая жука в центр карты.

В проколах мне удавалось использовать потоки энергии. Частично восстановленные каналы позволяли не терять сознание. Я направил в жука чуток энергии, как показывал Тайво.

Он медленно пополз по расширяющейся спирали. На четвёртом круге замер, чуть подался в сторону и рассыпался пылью. Булавка, торчащая в нём, пригвоздила карту в этом месте к полу.

Спустился к ожидающему меня Блудову. Выложил карту на песок.

– Ну ты мастер, – воскликнул тот. – Так точно вычертить – это мощно.

Через пару часов мы стояли на месте. Блудов сложил правую руку в мудру, и песок стал растекаться в разные стороны. Яма углублялась. Его работа вызывала восхищение. Так точно работать с энергией – высший пилотаж.

Углубившись на полметра, он сложил левую руку в мудру воздуха, и осколок бирюзового камня неправильной формы лёг у наших ног.

Блудов убрал его в инвентарь.

Мы замерли в ожидании портала обратно. Через пять минут молча опустились на песок.