Я достал телефон и открыл приложение банка.

На кредитке давно большой минус. На карте ноль. Есть наличка. Около четырехсот рублей. Осталась с того раза, когда в последний раз бомбил. Хорошо, что забыл закинуть на счет.

– Дайте одну шаурму и один коктейль, пожалуйста, – сказал я и положил деньги в монетницу.

Затем взял сдачу, дождался своего заказа и ушел к столу.

– Пап, – Алиса позвала меня с набитым ртом. – А где твоя еда?

– Я плотно позавтракал, детка, – я перебил журчание собственного живота, поцеловал дочь, пожелал ей приятного аппетита и откинулся на спинку красного повидавшего жизнь дивана. Уставился в телефон.

Ксения Анатольевна может и имела намерение поесть прямо внутри забегаловки, но, увидев меня, похоже попросила завернуть обед с собой в пакет.

Я выглянул в окно и посмотрел вслед коммерческому директору IT-компании, в которую сегодня не попал. Успел лишь подумать о том, что нужно теперь искать другие варианты раздобыть денег, как все помещение нещадно затрясло.

– Что это? – испуганными глазами посмотрела на меня Алиса.

– Землетрясение! Под стол! – приказал я и сам последовал своему совету.

Мужик, который обедал за соседним столиком, услышал мой голос и тоже спрятался. Один только вьетнамец бегал по кухне с криками, пытаясь спасти то, что может сломаться и больше не принести денег.

Первым на пол упал и разбился небольшой телевизор. Затем стакан с молочным коктейлем слетел со стола, забрызгал лицо моей дочери и мою белую свадебную сорочку. Что-то грохнулось на кухне и заставило иностранца выругаться на своем «французском».

Как трясет? Если вы когда-нибудь летали на самолете и попадали в турбулентность, то поймете меня. Только вот сейчас я на земле, а трясет так, словно вся планета сходит с орбиты.

Диван откатился в сторону и теперь я мог видеть, что происходит на улице.

Очень быстро стемнело. Не поверив своим глазам, я взглянул на экран верного «Сяоми» и удостоверился в том, что сейчас полдень. Увидел смс от МЧС. Пробежал по тексту глазами. Министерство предупреждало о сильном землетрясении и просило всех получивших послание перейти по ссылке и узнать, как себя вести, пока стихия не стихнет.

Прямо перед моими глазами упало несколько уличных столбов. Россыпью искр замкнула линия электропередачи и в помещении пропал свет. Несколько машин врезались друг в друга и заставили мою старую знакомую Ксению Анатольевну замереть прямо под светом фар. Люди через дорогу в панике разбегались в разные стороны. Кричали и пытались спрятаться.

Фифа, которая сегодня не взяла меня работу, выкинув пакет с шаурмой, испугано оглядывалась по сторонам. Боялась двигаться. Вокруг в асфальт били молнии. Много молний.

Я бросил взгляд на интеллигента под соседним столиком. Он даже и не думал бежать на помощь. Хотя прекрасно видел, что происходит на улице.

– Черт… – выругался я себе под нос.

– Что? – услышала ругательство моя трехлетняя дочь.

– Будь здесь, Алис. Пока не вернусь. – наказал я. – Надо помочь тете.

Девочка понимающе покивала.

– Эй, дядь? – я подошел к столу напротив и заглянул под него.

Все еще трясло.

– Поможем барышне?

Интеллигент нервно покачал головой.

– У меня дети, – сказал он и вызвал на моем лице ухмылку.

– Все ясно, – я похлопал по столешнице, как будто по его плечу, чуть не упал от очередного толчка и двинулся к выходу.

Лучше никакого помощника, чем такой. Еще убьется ненароком.

За свою жизнь я переживаю. Если одна из этих молний попадет в меня, и я умру – не страшно. Но вот если моя дочь останется без отца – этого я допустить не могу. Поэтому нужно быть осторожнее.

Молнии бьют прямо в асфальт. Мне хватает нескольких секунд, чтобы понять, что они не хаотичны. Врезаются в одни и те же точки.

Поняв это, я вышел на улицу и смотря под ноги двинулся в сторону Ксении Анатольевны. Осторожно. Так, чтобы не наступить в одну из луж, не высохших после вчерашнего дождя.

Мне оставалось сделать несколько шагов, когда землю толкнуло с такой силой, что я не удержал равновесие и упал. Молния ударила рядом со мной. Я почувствовал разряд. Легкий. Почти незаметный. Но в глазах потемнело, а утренняя яичница с древней горчицей, завалявшейся в холодильнике, оказалась на асфальте.

– Твою мать, – вытираю испачканную в блевотине руку о старые постиранные джинсы.

Поднимаю взгляд. Вижу девушку, которая все также в панике не может сдвинуться с места. Но я замираю. Потому что в этот самый момент на крышу серебряной «Toyota Corolla» прыгает монстр. Грифон. Такой же, которых я прежде видел только в компьютерных игрушках.

– Что за… – морщусь я, сильно зажмуриваю глаза и снова открываю.

Бестия никуда не делась. Она гнет крышу иномарки, затем заносит голову и с размаха пробивает клювом лобовое стекло. Достает из машины человека и откидывает его тело в сторону. Уже без головы. Обращает свой взгляд на фифу с хорошим маникюром, которая сейчас снимает монстра на камеру своего дорогого телефона. Существо громко орет, прежде чем сорваться с места.

– Я разберусь, – произношу я.

Причем произношу вопреки своей воле. Словно кто-то сделал это за меня. Что вообще происходит?

Я срываюсь с места, ловко огибая участки асфальта, в которые ударяет молния. Успеваю заметить, как такой же луч бьет в пятиэтажку, в которой находится офис злосчастной IT-компании. Тут же вместо привычной серой хрущевки там появляется другое здание. Питерская архитектура. Что-то времен дворцов Российской Империи.

– Что за хрень? – проносится у меня в голове.

Но губы не двигаются. Тело же продолжает приближаться к девушке.

– Я помогу, сударыня! – вырывается из моего рта, а я все еще остаюсь сторонним наблюдателем.

Сударыня? Из каких времен это обращение? И почему я, черт возьми, целую ей руку? Я вообще не управляю своим телом?

Я останавливаюсь между девушкой и грифоном.

– Коргнец! – ору во всю глотку и бросаю руку вперед.

Ничего не происходит.