С каждым потерянным сектором звёздного пространства воинственного духа у нашего древнего врага становилось всё меньше и меньше. В конце концов, будучи сломлены нашим победным шествием по просторам некогда принадлежавшей им галактики, мергилы вынуждены были капитулировать, передав мне в знак смирения бесценную реликвию своего правящего Дома.

Кто бы знал, каких трудов мне стоило восседая на Троне, проявить равнодушие, когда я увидел этот дар — переливающийся от падающего на него света всеми цветами радуги, полуметровый шар из чистейшейшей воды изумруда.

Свыше двухсот тысяч «детей звёзд». Именно столько было в этом шаре заключено сознаний погибших элисэри. Несмотря на восторг от возвращения к жизни такого количества представителей своего вида, профессор Флерандэль рвал на себе волосы от свалившихся на него забот о воскрешённых. Его подруга Эллингель, оказалась гораздо более хитрее своего возлюбленного, отправившись в составе очередной экспедиции профессора Линэра на Землю. Надо сказать, для неё это было второе посещение Земли. Первое, она совершила вместе с профессором Флерандэлем за полгода до этого. Кажется, в то — своё первое посещение Земли и моей малой родины — Кавказских Минеральных Вод, они чудом избежали неприятностей, едва насмерть не сбив слепого мужчину, совершенно неожиданно оказавшегося на пути управляемого Эллингель наземного транспортного средства. По словам рассказавшего мне о произошедшем профессора Линэра, Эллингель настолько близко приняла к сердцу едва не случившуюся трагедию, что потребовала избавить этого мужчину от слепоты. Что они с успехом и сделали, но так, чтобы зрение вернулось к несчастному не сразу, а постепенно.

Да, за прошедшее время произошло многое. Мой внучатый племянник Костя, отправившийся в Аирскую империю во главе эскадры тяжёлых крейсеров Корпуса Глубокой Разведки, стал свидетелем зачистки планеты Ссс`Уаури. Там и правда зрело что-то очень нехорошее. Однако, благодаря успешным действиям «детей звёзд» на Форпосте, неведомая угроза была нивелирована, не успев вырваться на просторы галактики Аири.

Что же до самой Аирской империи… Она перестала существовать. Перестала, слившись с Наирской.

По правде сказать, слияние произошло по требованию посетившего по моему приглашению Элэнсэ, моего царственного кузена Богринэза Седьмого. Произошло, с молчаливого одобрения его ближнего окружения. Я выставил условие, что соглашусь, если он станет моим соправителем. На что Богринэз, едва не упал мне в ноги с мольбой дать ему возможность как следует насладиться жизнью. По его признанию, дворцовая жизнь на одном месте, когда авантюрный склад характера требовал дальних странствий, настолько ему обрыдла, что он дико завидовал мне и моим приключениям. Он безумно хотел испытать нечто подобное. В конце концов, я согласился на слияние, но с условием, что он останется наместником галактики Аири, хотя бы формально. На что он, скрепя сердце согласился, но и то, лишь только после того, как я пообещал отправить его на Форпост, когда он сделает своё последнее омоложение.

Возвращаясь к более чем двумстам тысячам вернувшихся к жизни элисэри. Все они ожидали отправки на Форпост, находясь на Андархе. Нет, отнюдь не в галактике бывшей ещё совсем недавно Сердцем Мироздания, а на огромном, двенадцатикилометровом корабле ПРЕДТЕЧ.

О появлении этого корабля, меня предупредил не многим более двух месяцев назад находившийся на Во`йне, профессор Флерандэль.

Встревоженный его сообщением, я тут-же отправился на «Звёздочке» в звёздную систему Во`йнастра. Какого же было моё удивление, когда по прибытии на место, я узнал что это корабль ПРЕДТЕЧ, с находившимися на его борту Архонтом Гилархом, Измирхом и его «серебряными звёздами». Ещё больше, я был изумлён выслушав просьбу Архонта переправить их на Форпост, чтобы они могли шагнув за Изнанку, стать На Путь Искупления. Что же до корабля, то они оставляли его мне в знак благодарности. Я согласился выполнить его просьбу, отказавшись от подарка, аргументируя свой отказ тем, что место для наследия ПРЕДТЕЧ, не здесь, а в Сердце Мироздания!

Да, сегодня ровно пять сотен дней как "дети звёзд" отправились зачищать от Скверны Форпост. И сегодня, сейчас, я отправляю им пополнение из более чем двух сотен тысяч элисэри. Вместе с этим пополнением, на Форпост отправляются и профессор Флерандэль с Эллингель.

*****

— Ну что, готовы? — спросил я напоследок, обращаясь к взирающим на меня с головизионного экрана Архонту Гиларху, Измирху, профессору Флерандэлю и Эллингель.

— Готовы, Хранитель! — отозвался Архонт:-И... Спасибо!!!

— Достойного вам Пути! — кивнул я, принимая благодарность. — И да будут ваши деяния ВО БЛАГО МИРОЗДАНИЯ!..

*****

Вместе с профессором Флерандэлем и Эллингель, на Форпост отправился ещё один разумный. Тот самый, едва не расставшийся с жизнью под колёсами управляемого Эллингель автомобиля, слепой, к которому, благодаря доброму сердцу Эллингель, вернулось зрение. Впрочем, это уже другая история.

Перо неуверенно качнулось и замерло, упираясь наконечником в вязь каракулей на листе невыбеленной бумаги, грубые волокна которой, быстро смекнув, чем можно поживиться, принялись жадно всасывать в себя остатки чернил, все, до последней капельки. Не прошло и вдоха, как тонкий хвостик последней в строке буквы обзавёлся соседом – бурым топким болотцем с причудливой береговой линией. Да, не надо было углубляться в размышления: и бумага попорчена, и чернила впустую израсходованы. Капелюшечки, конечно, но сам факт... Бережливее следует быть. Даже с казённым имуществом.

«Когда нежной розой алеет восток и...»

А собственно, что «и»? Положим, с первой строчкой я справился, но переводу подлежит вдесятеро большее количество совершенно невразумительных сведений. Иногда жалею, что связался с Гебаром: такая лавина эльфийских частушек мне и в страшном сне не могла привидеться. Зато теперь... Хотя во всех неприятностях есть крупица пользы: если бы не случайная встреча с любителем инородной поэзии, я забросил бы свои стихоплетческие забавы до лучших времён. То есть, до самого отправления в мир иной. Но судьбе было угодно другое, и она столкнула меня нос к носу с человеком, который, услышав из моих уст: «Да так, рифмую под настроение», быстро нашёл применение свободному времени. Моему, разумеется. Правда, надо отдать Гебару должное: он сам делает тщательный и подробный перевод с эльфийских наречий. И тиранит им меня.

Ладно, вернусь к трудам неправедным. Что там дальше?

С группой рун, обозначающей «время суток вскоре после начала восхождения дневного светила из-за горизонта», проблем нет. А о чём поведает второй фрагмент рунного узора? «Ночное светило теряет свою силу, неспособное сравниться сиянием со светилом дневным, восходящим всё выше и выше». М-м-м...

Ох уж этот Гебар со своими деталями! Почему не написать «солнце» и «луна»? Только потому, что в оригинальном тексте они именуются по-эльфийски – Sahlary и Mehlary? Можно подумать, блюстители закона заглянут в эти жуткие каракули и приговорят к недобровольному, но щедрому взносу в королевскую казну за «пренебрежение традициями и попирание устоев»! Ерунда. Не приговорят: им хватает доходов от молодёжи, вовсю распевающей на улицах зачастую непонятные, но странно притягательные и необыкновенно мелодичные песни пусть и чужого, однако несказанно богатого на таланты народа. Глупо продолжать бороться с тем, что уже победило, но, как говорится, «мы – будем». Потому что упрямые.

Я тоже упрямый. И домучаю строчку сегодня! Хотя бы одну.

Но сначала придумаю рифму на «восток». «Исток», «росток», «лепесток» – самые очевидные, следовательно, нужно выбросить их вон: я же поэт, а не грубый ремесленник... Уж лучше бы был ремесленником, право слово!