– Вы голодная, – раздался знакомый голос за спиной. Резко поворачиваясь от испуга, я чуть не упала на те самые булочки с корицей. Мужчина успел подхватить меня за талию и вернуть равновесие моему телу. Я невольно задержала на незнакомце свой взгляд. Мягкий кашемировый свитер кремового оттенка, за который я, падая, инстинктивно ухватилась, придавал какую-то мягкость мужским чертам лица. Взгляд излучал уверенность и спокойствие, которого мне самой так сейчас не хватало.

– Может, вы перестанете подкрадываться ко мне как охотник, выслеживающий добычу? Вы меня так пугаете!

– Интересное сравнение… Мне нравится, – «охотник» улыбнулся, продолжая удерживать меня за талию и внимательно рассматривая. – Вы голодны.

– Не пойму, это вопрос или утверждение? – растерялась я.

– Утверждение. Присаживайтесь, – убрав руку с моей талии, мужчина взглядом указал на диван.

– А это приказ?

– Ещё нет. Скажем, настойчивая просьба, – улыбнулся «охотник». – Предполагаю, что у вас ко мне много вопросов? Давайте начнём. Но прежде мне хотелось бы, чтобы вы всё-таки поели. А то ваша привычка «засыпать» не поевши мне не очень нравится, – снова улыбнулся.

– Вы издеваетесь? Вы подсыпали мне что-то в бокал! Увезли меня чёрт знает куда! Были у меня дома! Считаете, что это всё должно меня расположить к вам, к разговору? Вы ошибаетесь!

– Ешьте, я всё вам объясню.

Тяжело вздохнув, я не стала дожидаться повторного приглашения. Я правда была очень голодна и боялась, что, узнав ещё какие-нибудь новости, упаду в обморок, так и не разобравшись, что, в конце концов, происходит. На несколько минут воцарилось молчание. Мужчина пил свой кофе, попутно изучая меня. Я же изучала в этот момент только булочки с корицей. Наконец, когда желудок мой слегка поутих, я решила, что пора бы начинать опрос, а то так до вечера не закончим.

– Куда мы направляемся? – начала я. – И что вам от меня нужно? Что вы мне подсыпали в бокал? А если бы я умерла? Вы же не знаете, вдруг у меня аллергия? Вы подумали о том, как я выйду на работу, что скажу мужу? Вы решили всю мою жизнь перевернуть? – Вопросы сыпались из меня потоком, и, задавая их, я, кажется, в уме сама на них же и отвечала. И ответы меня не радовали. Я чувствовала, что к горлу подходит комок. Представляя весь ужас происходящего, я начинала понимать, что моя жизнь перевернулась так, что я вряд ли смогу поставить её на место. Навернулись слёзы. А в глазах «охотника» я не видела ни капли жалости, и, кажется, его вообще не волновало, что я сейчас разревусь.

– Когда вы плачете, цвет ваших зелёных глаз становится изумрудным. Вы знали это? – Он поставил чашку кофе на стол. – Вам не стоит переживать по поводу работы. За проект своего дома я плачу столько денег вашему директору, что он вас и в Африку отправит в командировку. О том, что вы уедете по работе, я предупредил его ещё при встрече в пятницу, помните?

– Но почему он…

– Почему он не сказал вам? Это моя просьба. Далее, по поводу мужа: хоть у меня и было желание решить всё за вас, но, тем не менее, я даю вам неделю, потом я всё буду решать сам. А пока у него столько работы, что, поверьте, до конца следующей недели он и не вспомнит о вас. Мне, если честно, даже интересно, когда он вам позвонит. Можем заключить пари, если хотите?

– Не хочу.

– Хорошо, – мужчина пожал плечами. – Да, я был у вас дома, но вы сами виноваты. Помните, я написал вам, чтобы вы надели платье на встречу? Вы этого не сделали. Мне пришлось ехать за ним, а поскольку ваш гардероб не в моём вкусе, пришлось купить ещё несколько платьев… туфель… нижнего белья… – Заметив мой удивлённый взгляд и полыхающие щёки после фразы о нижнем белье, мужчина рассмеялся.

– Конечно, я поехал к вам домой из-за Кнопки. Я не мог оставить животное дома. К тому же я знаю, как вы её любите.

– Как много вы обо мне знаете. И давно вы следите за мной, Игорь Александрович?

– Мне не надо на это много времени. Знаю я достаточно и всё, что мне нужно. Почти всё.

– Что вы мне подсыпали? – продолжала я свой допрос.

– А разве это важно? Вы думаете, раз я идеально знаю ваши размеры, я не узнаю, что вам можно, а что нельзя, и в какой дозе? – в глазах мужчины заиграл огонёк. – Я предполагал вашу реакцию. И выбора у нас с вами не было, мы должны были поговорить спокойно.

– Выбор всегда есть, – уверенно заявила я.

– Нет. Когда ты хочешь добиться желаемого, выбора нет, – твёрдо ответил мой похититель.

– Ясно. Ну а куда мы направляемся?

– Пока никуда. Мы стоим на месте.

– Почему?

– Я хоть и уверенный в себе человек, но всё же человек, который не может предвидеть всё, и поэтому я никогда не исключаю один процент обстоятельств, которые не позволят мне получить желаемое.

– Значит, если я буду настаивать, вы всё-таки вернёте меня на берег? – затеплилась у меня надежда.

– Нет, – улыбнулся Игорь Александрович, – не верну. Ваше настойчивое желание не входит в этот процент. Мне кажется, Вероника, вы не совсем понимаете условия предлагаемой вам сделки.

– Вот мы и подошли к главному вопросу. Это не похоже на договор купли-продажи. Это скорее воровство!

Мой похититель разразился громким смехом, обнажив белоснежный ряд зубов.

– Воровство! Прекрасно! Мне нравится! Будем считать, что я чту старые обычаи, когда воруют невесту.

– Да, вот только я не невеста! Я жена, и не ваша!

– Это меня не волнует. Хотите, называйте это воровством, похищением, но это не так. Как я уже сказал, я даю вам неделю подумать и создаю для этого все условия. Если откажетесь, у вас останутся воспоминания об этой неделе, и, надеюсь, хорошие. Но это будут только ваши воспоминания. Знать кому-то ещё о них не обязательно. У вашего мужа было десять лет, чтобы доказать, что вы сделали правильный выбор. У меня только неделя. Я не предлагаю вам стать моей женой. Я просто хочу вашего общества… на некоторое время. И готов предложить хорошие деньги… и не только… об остальном позже. Через неделю вы сможете повторить свой выбор, сделанный десять лет назад. Хотите – останетесь с мужем, дальше жить скучной жизнью, а захотите – начнёте новую жизнь. Конечно, как я и сказал вчера, я особенный человек. Я дам вам возможность узнать меня лучше за эту неделю. А сейчас не хотите составить мне компанию? Конечно, если вы уже позавтракали? – мужчина встал и протянул мне руку.

– Куда вы меня зовёте? В какую-нибудь каюту ваших пыток? Она у вас на яхте деловых встреч тоже предусмотрена? – спросила я, протягивая руку.

– Вероника, – рассмеялся он, – мне нравится ваше чувство юмора. Однако вы спешите,… я ещё не готов, – он крепко сжал мою ладонь и рывком притянул к себе.

– Рыбачили когда-нибудь?

– Расскажите мне о себе, Вероника. О том, что вы несчастны, я знаю. А как насчёт остального?

Вопрос вывел меня из задумчивости, в которой я пребывала, сидя в кресле на платформе, укутавшись в термоодеяло, которое заботливо принесла мне Ольга, пока Игорь возился со спиннингом.

– Вы же всё обо мне знаете, Игорь Александрович.

– Есть вопросы, Вероника, ответы на которые можно узнать, только спросив, – улыбнулся он. – Например, о чём вы мечтали в детстве, о чём сейчас? Чем любите заниматься? Что цените в себе, в людях? Я хочу знать.

– О чём мечтала в детстве, не помню, – задумалась я. – Сейчас мечтаю, конечно, повидать мир, побывать в разных странах. Хотела бы больше времени уделять чтению, на свете много интересных книг, сама хотела бы что-то написать. Ну а в людях я, конечно, ценю правду, открытость, честность и смелость. В себе… ну, как вы сказали, я себя низко оценила, так что этот вопрос, наверное, оставим без ответа. Ну а вы, что цените в людях?

– Покорность. – Взгляд стальных серых глаз устремился прямо на меня.

Я отвернулась, хотя это мне не очень помогло. Я чувствовала, как взгляд прожигает мой затылок.

– Ну, со мной у вас точно будут проблемы, – ответила я, не поворачивая головы.