«Неужели паром утонул, потому что я должна была на нем плыть?» – думаю с ужасом. Мне тут же вспоминается мысль, пришедшая на ум при общении с Греттой. Слишком мало родственников у маркизы Деленвиль. А когда ее отправляют в первое и единственное в ее жизни путешествие по реке, паром в этот же день терпит крушение.

С трудом сглатываю и заставляю себя продолжить есть. Я планирую сохранять тайну своей личности, нельзя показывать сильный ужас и замешательство от новости. К тому же, произошедшее может быть чудовищным совпадением. Но что–то мне подсказывает, что оно таковым не является.

– Скажи, много людей погибло, да? – спрашиваю совсем тихо.

– Нет, с этим как раз повезло. Так как я и мои родственники были спонсорами, мы обеспечили паром средствами защиты. Люди смогли дождаться помощи. Конечно, перевозимое на пароме имущество затонуло, но это маленькая цена за жизнь.

– Действительно, – отвечаю, немного воспрянув духом. Жить с осознанием того, что кто–то способствовал гибели людей, предположительно, только из–за того, что рядом с ними должна была быть я, сложно. – Главное, все относительно благополучно закончилось, и виновного разыщут. Это же надо, какие коварные люди живут в Уитинберге, ни во что не ставят человеческую жизнь!

– С чего ты взяла, что злоумышленник родом из Уитинберга? – прищуривается Эйдан.

– Эм, ты ж сказал, что паром шел оттуда, вот я и предположила, – отвечаю, на секунду замявшись.

– Но он шел в болотные земли, человек мог быть родом откуда угодно. Если так подумать, даже из столицы, – усмехается дракон, не сводя с меня пристального взгляда.

– Я знаю, я просто предположила, я не виновна, – тихо отвечаю.

Эйдан действует на меня странно: с одной стороны мне с ним спокойно, а с другой постоянно тянет на откровения, что идет в моем положении не на пользу.

– Тебя никто не обвиняет, – хмурится Эйдан и накрывает мою ладонь своей, даря тепло и внутреннюю эйфорию. – Ты такая чувствительная девушка, не хочешь рассказать, что с тобой случилось? Ты ведь не просто так решилась на путешествие без билета. Я знаю, я говорил, что мне нравится разгадывать загадку, но я чувствую, тебе нужна помощь.

Сердце щемит от предложения дракона. На глаза почти набегают слезы, но усилием воли я заставляю себя их не пролить.

Нужно скорее добраться до Главной Библиотеки, устроиться на работу и зажить наконец относительно спокойно. Уж в таком месте я и про мир узнаю, и образование смогу получить бесплатно, ведь в моем распоряжении будет неиссякаемый источник знаний.

А поддаваться очарованию привлекательного блондина глупо. Мы с ним заложники ситуации. Элемент неожиданности при встрече, загадочная девушка, да еще и в беде. Вот его мужская натура и говорит все эти вещи, жаждет продемонстрировать, какой он самец. Подозреваю, рядом с напористой Офелией это было сделать трудно.

Но мне не нужны никакие осложнения, новые неприятности тоже не нужны. Меня, возможно, сочтут погибшей, если не докопаются до того, что я сдала свой билет обратно в кассу. Несмотря на то, что в этом случае я точно теряю шанс на восстановление своих прав, я буду в относительной безопасности. А если смогу твердо встать на ноги и найти какой–нибудь способ вернуть свое, то я им воспользуюсь.

Но дракона, которому я и так должна слишком много, в этом жизненном плане нет. Я поддаюсь его очарованию и заботливым словам только потому, что он единственный поступил со мной по–доброму. Это чистая психология, ничего больше.

Необычные ощущения от прикосновений, возможно, тоже из этой оперы. Мозг – очень сложный организм, может и не такое нафантазировать.

– Нет, – мягко освобождаю свою руку, испытывая при этом сожаление, – отнюдь. Ты ошибся. Все у меня хорошо, – Будет, по крайней мере, – ты мне уже очень сильно помог. Я поела, можно прогуляться по палубе? Я никогда не путешествовала на большой реке.

«И ведь правду говорю. Что было в прошлом мире, я не помню, но точно знаю, чего там не было, – думаю с грустью. – Скорее бы начать работать, может быть, тогда я смогу почувствовать себя на своем месте, без налета синдрома самозванки».

– Конечно, я с удовольствием покажу тебе все, правда, смотреть особо нечего: палуба и палуба, а за ее пределами вода и вода, – улыбается Эйдан и поднимается на ноги, а потом подает мне руку.

Корабельная команда скользит по мне равнодушным взглядом, словно им действительно все равно и ни капельки не любопытно. И я окончательно расслабляюсь, на мгновение позабыв о собственных проблемах и поверив в то, что вот она моя жизнь, полная спокойствия и устроенности.

– Так, придется тебе вернуться в каюту, – говорит вдруг Эйдан, напряженно всматриваясь в небо.

– Что такое? Это ведь туча, ничего страшного, – не понимаю я.

– Нет, это не всего лишь туча, это большие проблемы. Зря я приказал менять курс, моя поспешность грозит нам всем природной катастрофой, – отвечает дракон. – Сейчас начнется шторм. Быстро за мной!

Эйдан хватает меня за руку и тут как по мановению волшебной палочки начинает лить дождь, поднимается сильный ветер, члены команды корабля бегают туда–сюда, что–то делают, а само судно начинает ощутимо раскачивать.

А тяжёлая свинцовая туча становится еще больше, и гремит гром, и вот уже и я вижу надвигающийся шторм. Ветер дует еще сильнее, гудит и свистит, разрывая спокойствие водной глади, и мне становится сильно не по себе от этого звука. Волны начинают подниматься активнее, они словно живые существа, стремятся ворваться на поверхность палубы.

– Н–но я не понимаю, – испуганно произношу, – мы ведь на реке, не в море, неужели и тут бывают штормы.

– Еще какие, – мрачно отвечает дракон, – в том и загвоздка, что они на реке могут начаться практически мгновенно. Все, сиди в каюте, ни в коем случае не выходи, а я помогу команде.

«Не уходи!» – хочется сказать, но дракон уже оставил меня одну. Если бы не остатки здравого смысла, который помогает мне держать себя в руках, не поддаваться панике, то я бы решила, что в шторме виновата я. Но ведь дядя не знает, что я именно на этом корабле, да и как бы он организовал целый шторм?

А судно тем временем опасно накреняется под натиском стихии, стены натужно скрипят, и мне становится по–настоящему страшно. Здравый смысл покидает мою голову, оставляя там лишь ужас.

Разве может возникнуть такая стихия на реке? Нет, мне не верится. Да и корабль, ведь хороший, он должен выдержать.

Должен, но не выдерживает…

– Видишь? Все не так и плохо, небольшие повреждения и только, – жизнерадостно произносит Эйдан, несколько часов спустя снова выгуливая меня по палубе. – Было сложно, но мы с парнями выдержали.

Дракон выглядит потрепанным, но все–таки он жив и относительно невредим. Да и стихия, резко начавшись, точно так же резко сбавила свои обороты. Как мне объяснили, это нормальное поведение реки, ничего необычного, я зря испугалась.

Значит, все же не стоит себя накручивать, да? Дядя не обладает тайными магическими знаниями и не может погубить меня на расстоянии? Да и зачем тогда было кому–то вчера подстраивать затопление парома. Если бы дядя мог определить, где я нахожусь, он бы сразу ударил, куда нужно.

– Это было очень страшно, – произношу честно. – Я несколько раз думала, что все, конец.

– Больше не поплывешь на реке, да? – по–доброму ухмыляется дракон. – Уже небось жалеешь, что решила покинуть Уитинберг?

– Не поплыву, мне нечего делать в Уитинберге.

– А родственники? Не будут скучать?

– Не думаю.

Эйдан пристально всматривается в меня, но никак не комментирует, вместо этого меняет тему:

– Мы скоро причалим, но не в центральном порту, а на окраине. Судно нуждается в ремонте, и я не хочу, чтобы наше маленькое приключение стало достоянием общественности.

– Хорошо, – тут же подбираюсь, мысленно прикидывая в уме, сколько у меня денег, и смогу ли я уговорить кого–нибудь подвезти меня к зданию Главной Библиотеки.