– Знаю, – прошептала Финли.

– Ничего не изменилось, – ответил я Калии. – Все выглядит так же.

Она с сомнением перевела взгляд с Финли на меня, а затем радостно улыбнулась и выглянула в окно. Калия гордилась своим королевством, и так и должно быть. Здесь хорошо относились к жителям и предоставляли им много возможностей для процветания. Здесь заботились о престарелых и больных, а налоги не превышали справедливые рамки. Королевство фей – по крайней мере, когда я его покидал – было счастливым, здоровым и, благодаря этому, сильным.

Я не упоминал, что стремление фей к красоте выглядело слегка чрезмерным. На мой взгляд, использование магии для поддержания вечного цветения лишило природу естественной красоты времен года. Мне всегда нравилось видеть, как буйная зелень весны приходит на смену холодной и бесплодной зиме. Если нет смерти, нет и возрождения. Совершенство со временем надоедало.

Я сохранял бесстрастное выражение лица, но Дессия смотрела на меня так, словно прочла все мысли.

– Я хочу переместить Говама и его демонов в замок как можно скорее, – напомнил я Калии о том, что мы обсуждали после того, как она рассказала мне о подземельях. Мне не хотелось, чтобы она окунулась в местную жизнь и забыла о своих обещаниях. – Кому-то нужно будет внимательно приглядывать за ними, чтобы они вели себя хорошо.

– Да, конечно, – согласилась Калия. – Мне только нужно согласовать это с королем и королевой, и тогда мы сможем определить, какие комнаты им будут отведены. С охраной, конечно.

– Конечно. Один из моих людей будет постоянно следить за демонами, но я уверен, что король также захочет поставить и свою стражу.

– Да. Вы, наверное, помните его паранойю.

– Педантичность, – поправил я ее. – Он долгое время обеспечивал безопасность этого королевства.

– Ух ты! – выдохнула Финли, когда мы приблизились к замку.

Замок раскинулся на пологих холмах, покрытых зеленой травой и благоухающими цветами. Мерцающие голубые шпили венчали серо-белые каменные башни, украшенные арочными окнами и множеством ящиков с цветами. Опять же, все строение выглядело безупречным, на нем не было ни одного видимого изъяна. Феи тратили непристойное количество времени, денег и магии на поддержание внешнего вида замка. Это было еще одно занятие, которым я никогда особо не увлекался, хотя, безусловно, понимал привлекательность для гостей. Выражение удивления на лице Финли заставило меня переосмыслить все планы относительно обустройства нашего замка.

– Я знала, что тебе понравится, – просияла Калия. – Подожди, вот увидишь сады! Завтра я отведу тебя на встречу с целителями.

Дессия продолжала разглядывать меня. Она никогда много не говорила, предпочитая использовать сестру как щит, и наблюдала из тени, но у меня возникло ощущение, что она не такая застенчивая, какой кажется. У меня не было никаких оснований для подозрения, кроме того, что Дессия явно не была простой феей, чья магия не проявилась, но тем не менее могла каким-то образом усилить магию ее сестры. Под ее маской я ощущал клубящуюся тьму. Эта фея не была так напугана подземельями демонов или так изувечена, как другие. У меня возникло ощущение, что шрамы появились у Дессии раньше, чем она попала в плен к Долиону. Просто я не знал, как и почему это произошло. И ни одна из фей об этом не упоминала.

– Готов? – спросила меня Финли, когда карета остановилась перед замком.

– Всегда.

– Я буду внимательно следить за вашим окружением, – сказала Калия, и Дессия кивнула.

– Нашим окружением? – Финли слегка покачала головой.

– За теми, кто ходит вокруг вас, – пояснила Калия. – За их настроением и мотивами находиться в вашей компании. Вы наши гости, и я позабочусь о том, чтобы ничто не омрачило ваше пребывание здесь. Здесь вам ничто не угрожает, я прослежу за этим.

– Спасибо, – поблагодарил я, довольный тем, что Калия проявляет такую заботу. И все же она не во всем могла нам помочь. Она пользовалась доверием короля и обладала ощутимой властью при дворе, но у нее не было полномочий собирать королевскую гвардию или отдавать им приказы. Только король мог это сделать. Если кого-нибудь из слуг или охранников подкупят, мы окажемся в большой опасности.

А у меня были все основания подозревать, что Долион подкупил слуг и охрану. Нападение на корабли ясно дало понять, что он точно знал, куда мы направляемся.

– Пройдемте? – Калия улыбнулась и выбралась из экипажа.

Дессия на мгновение остановилась, переводя взгляд с Финли на меня и обратно. Она изучала меня еще мгновение, а затем вышла из кареты.

– Вперед, – тихо сказала Финли.

Она собиралась встать, но я удержал ее, чтобы первым вылезти из кареты и помочь ей спуститься. Вечернее солнце отражалось от моей нагрудной цепи, и я надел корону. Мой черный костюм с золотистым отливом сиял в угасающем свете. Я оделся для этой роли, хотя мне гораздо больше хотелось надеть боевое снаряжение и прямо сейчас отправиться на поиски Долиона.

Вдоль дорожки, ведущей в замок, выстроились слуги, все одетые совершенно одинаково – в белые пиджаки поверх темных жилетов с двумя рядами золотых пуговиц. В пару к их обтягивающим белым штанам шли чулки того же темно-синего цвета, что и жилеты, а также туфли с золотыми пуговицами. Такой наряд мог бы выбрать Адриэль, и мысль об этом чуть не заставила меня утратить важный и невозмутимый вид и рассмеяться.

Финли взяла меня за руку, другой рукой прикоснувшись к своему животу, где нашему ребенку было уютно и безопасно.

И вдруг мое сердце заколотилось, я практически не мог дышать. Я притянул Финли, вытаскивая из кареты, а затем крепко прижал к себе.

Нам всем предстояло играть определенные роли в этом визите, и мне выпала роль безжалостного, покрытого шрамами короля-дракона. Мне нужно было сыграть типичного дракона, создать образ стоика и отшельника.

Но я ничего не мог с собой поделать. Я должен был прикоснуться к Финли. Обнять ее и положить руку ей на живот, испытывая чертовскую гордость от мысли, что она станет матерью моего ребенка. Я так ужасно радовался, что у меня будет шанс стать отцом – хорошим отцом.

– Я люблю тебя, – пробормотал я, целуя ее.

Губы Финли изогнулись в улыбке под моими, и она обвила руками мою шею.

– Разве ты не должен быть ворчуном, который всех ненавидит? – Финли судорожно вздохнула, когда я провел пальцами по чешуе на ее спине, видневшейся под облегающим платьем.

– Я все еще ворчун. Они просто подумают, что я ненавижу всех, кроме тебя. Меня это устроит.

Финли рассмеялась и попыталась немного отстраниться, но затем удивила меня, крепче прильнув и прижавшись щекой к моей груди.

– Ты в порядке? – спросил я.

– Да. Наверное. Не знаю. После той битвы у меня возникают странные и сильные желания. В данный момент я отчаянно нуждаюсь в близости, и это довольно сложно игнорировать. Такое чувство, что мое сердце пытается вырваться из груди и соединиться с твоим.

Она отстранилась от меня со слезами на глазах.

– Ну вот, – пожаловалась она. – Я, черт возьми, плачу. Почему я, черт возьми, плачу? Понятия не имею. Мне кажется, я сошла с ума. Это происходит со всеми беременными драконами? Наверняка еще слишком рано для буйства гормонов.

Недолго думая, я подхватил ее на руки и направился к терпеливо ожидающей Калии.

– Нет, нет! – Финли похлопала меня по плечу, хотя сама цеплялась за него. – Мы так не планировали! Это неподходящий образ королевской особы. Опусти меня на землю. Я могу справиться с эмоциями.

«Позаботься о своей паре, – сказал мой дракон. – Это важнее, чем произвести первое впечатление на окружающих. В любом случае, ваш план был глупым».

В любой ситуации он всегда выбирал нашу истинную пару. И точно не был самым умным в нашей компании. И все же я ничего не мог с собой поделать. Новость о беременности Финли изменило ситуацию для нас обоих. Нам следовало бы как-то включить это в планы. Надеюсь, у моей мамы появятся какие-нибудь идеи.