Зола был не просто обычным торговцем. Когда я плавала со своим отцом, он заправлял самым крупным торговым флотом в Узком проливе. Однако в те дни он носил искусно выделанное пальто и начищенные до блеска сапоги, которые были свойственны торговцам с Безымянного моря. Судя по его нынешнему виду, дела у него шли намного хуже.

Уэст протянул Золе руку для рукопожатия, несмотря на заметное под кителем напряжение в плечах. Зола мгновение смотрел на его ладонь, прежде чем пожать ее.

– Не видел ли ты часом моего старпома?

Уэст вопросительно склонил голову набок.

– Не прикидывайся дурачком, Уэст, – глаза Золы снова метнулись к Уилле, и ее руки сжались в кулаки по бокам.

– Не можешь сам уследить за своей командой? – выпалила она.

Зола рассмеялся.

– Мне бы не хотелось, чтобы вы, бродячие псы Вотерсайда, попали в большие неприятности, которые будут вам не по зубам.

– Крейн, скорее всего, напился и теперь валяется в таверне под чьими-то юбками, – Уэст кивнул подбородком в сторону деревушки. – Или, может, это он попал в большие неприятности, которые ему не по зубам?

После этих слов улыбка исчезла с обветренного лица Золы. Он долго смотрел на Уэста, прежде чем его взгляд упал на меня.

– Ты как, умеешь что? Мы ищем ныряльщика для «Луны».

Уэст отступил в сторону, загораживая от меня Золу.

– Она не с нами. Она пассажир. Вот и все.

Зола, казалось, не был удовлетворен этим ответом, его взгляд был подозрительным, но, тем не менее, он все равно отвел его.

– Ты хорошо выглядишь, Уилла.

Сверху раздалось несколько смешков, и Уилла, стоящая рядом со мной, побледнела.

– Дай знать, если увидишь Крейна. Ты сам в курсе, как трудно найти приличного старпома, – Зола улыбнулся.

Уэст развернулся, не сказав больше ни слова, и глаза Золы перебежали с меня на Уиллу и обратно. Его пристальный взгляд обжигал мне спину, пока мы направлялись к «Мэриголд». Вдоль ее борта была спущена веревочная лестница, и Уэст первым поднялся по ней. За ним последовал Падж. Когда они исчезли за бортовыми ограждениями, я повернулась к Уилле.

– Что случилось с твоим лицом? – спросила я, глядя ей в глаза.

– А что случилось с твоей рукой? – выпалила она в ответ, сердито глядя на меня.

Моя рука тут же метнулась к рукаву, чтобы потянуть его вниз за манжету. Я осторожничала, стараясь не обнажать свой шрам, однако Уилла, судя по всему, все равно его заметила.

Она смотрела на меня, пока я не взялась за лестницу и не поставила ноги на веревки. Ветер сорвал с моей головы капюшон, когда я перемахнула через бортовые ограждения. Уэст уже ждал меня, не сводя глаз с палубы. Он свернул в арочный проем, всем своим видом говоря, чтобы я проследовала за ним в каюту шкипера.

Когда я замешкалась на пороге, за дверью раздался его голос:

– Заходи!

Я поколебалась, прежде чем толкнуть дверь, и вошла внутрь. Ставни были открыты, наполняя каюту светом. Уэст сел на край стола рядом с белым камнем.

– Закрой дверь.

Я повиновалась, надавив на нее плечом, пока язычок замка не встал на место.

– Что это было? – Уэст смотрел на меня в упор.

– Что?

– С камнями.

Я пожала плечами.

– Я сделала тебе одолжение. Они были фальшивыми.

– Мне не нужны никакие одолжения, – он встал и направился ко мне. – Мы не вмешиваемся в дела других торговцев, Фейбл. Никогда. Прямо сейчас этот торговец самоцветами направляется к тому, кто продал ему эти камни. Он расскажет ему о ныряльщице с Джевала, которую я взял на борт. Расскажет, что это ты обнаружила поддельные изумруды, которые даже ему было не под силу отличить от настоящих.

Я уставилась на Уэста, не в силах вымолвить ни слова. Кровь отхлынула от моего лица. Он был прав. Я сделала себя уязвимой, даже не осознавая этого.

– Как тебе это удалось? – он посмотрел на меня сверху вниз. – Как ты поняла, что это не изумруды?

Если я отвечу ему на этот вопрос, то ответ с головой выдаст меня. Существовала лишь горстка людей, которые могли делать то же, что и моя мама. Искусство понимания драгоценных камней было мастерством, которое передавалось из поколения в поколение, ему нельзя было обучать, как простому ремеслу. Обучение этому искусству занимало всю жизнь, и все знания и навыки держались в строжайшем секрете от посторонних.

Именно это стало причиной, по которой Сейнт взял мою мать в свою команду. Этот особый навык передавался лишь в нескольких семьях и держался в секрете большинством мастеров после того, как торговля драгоценными камнями расширилась, и практиковать его стало опасно. Моя мама учила меня этому удивительному мастерству точно так же, как ее когда-то учил ее отец, пока не утонула вместе с «Жаворонком».

Что-то в том, как Уэст смотрел на меня, заставило меня осознать, что он уже знал ответ на свой собственный вопрос.

– Ты не понимаешь, как все устроено. Я несу за тебя ответственность, рискуя собственной головой, – пробормотал Уэст.

– Он не знает, что я умею делать.

– Это неважно. Он задается вопросом, умеешь ли. Этого более чем достаточно.

Я смущенно насупилась.

– Я об этом не подумала, – призналась я.

– Да, не подумала. Точно так же, как ты не подумала, когда сбежала с корабля после того, как я сказал тебе остаться на борту.

– Если бы я не пошла в деревню, ты бы не вернул тот кинжал обратно.

Даже я понимала: говорить подобное было глупостью. Я не должна была намекать, что тогда в гамбитной лавке Уэсту была необходима моя помощь. Мне не хотелось его злить.

Я выудила из-за пояса три медяка.

– Вот, – я бросила деньги на стол рядом с ним. – За куртку и ботинки.

Он уставился на монеты.

– Как это понимать?

– Я плачу за них так же, как заплатила за проезд.

– Ты не просила ботинки и куртку. И я не требую с тебя за них денег.

– Мне не нужны никакие одолжения, – ответила я, повторяя его собственные слова. – И я не собираюсь быть тебе чем-то обязана.

– Фейбл… – Уэст вздохнул, потирая лицо руками, но что бы он ни собирался сказать, он передумал.

Снаружи в отдалении прогремел раскат грома. Через открытое окно я могла видеть темные тучи, сливающиеся воедино на фоне голубого неба.

– Мы должны повременить с отплытием, – сказала я, понизив голос. – Шторм будет довольно сильным.

– У нас нет выбора благодаря тебе. Мне нужно, чтобы тебя не было на борту моего корабля до того, как по этому порту расползутся слухи, которые затем последуют за нами в Серос.

– Точно так же, как это было со слухами, которые теперь следуют за тобой от Сована? Не хочешь, чтобы кто-то обращал на тебя внимание, верно? – я склонила голову набок. – Странно, ты ведь всего лишь маленькая сошка в мире морской торговли.

Это заставило его поднять глаза. Его руки сжались на краю стола.

– Ты понятия не имеешь, о чем говоришь.

– Может, и так, – я пожала плечами. – Поверь мне, я хочу убраться с этого корабля так же сильно, как этого хочешь ты.

Он встал из-за стола и шагнул ко мне.

– Я знаю, кого ты ищешь.

Мои руки нашли друг друга за спиной, и я сплела пальцы в замке.

– Ну и что с того?

– Ты хочешь начать все с чистого листа в Серосе? Хорошо. Но Сейнт опасен, – его голос смягчился, а на лице отразилась усталость. – Чего бы ты от него ни хотела, ты этого не получишь.

Я уставилась ему в лицо, пытаясь собрать воедино обрывки информации, которыми располагала. Уэст был беспризорником Уотерсайда, который каким-то образом стал шкипером и теперь управлял теневым кораблем под руководством моего отца. Однако он был верен себе и своей команде, раз занимался побочной торговлей. В противном случае он не стал бы рисковать разгневать Сейнта. И даже если это не имело ко мне никакого отношения, мне все равно было любопытно. Я хотела знать больше.

Я провела носком ботинка по краю ковра, откидывая его, чтобы обнажить нарисованный на полу герб Сейнта.

– А вот ты, похоже, получил от него то, что хотел.