— О чём можно говорить, с этим мудаком?

— Я спросила его, почему он бросил меня.

— Надо было не спрашивать, а благодарить за это.

— Маш, он сказал, что я толстая.

— И? — бесцветно отзывается.

— И?

— Толстая, полная, в теле, аппетитная. Это всё синонимы. Ты шикарная баба, Саш. Какая тебе разница, что этот недоумок говорит или думает?

— Он сказал, что бросил меня, потому что я толстая. И ему было стыдно быть с такой, как я.

— Охренеть! А тебе не было стыдно быть с таким идиотом? Люди бы подумали, что ты и сама не далёкого ума, если выбрала себе идиота в пару.

Впервые за последние дни я улыбаюсь.

Люблю Машку. Так легко и просто обрисовала ситуацию в совершенно другом свете.

А ведь она права. Я всегда любила своё тело. Полнота меня не смущала с детства.

Тогда что со мной произошло?

Почему я позволила едким словам бывшего разрушить мой мир?

Останавливаюсь возле витрины пекарни и с минуты смотрю на аппетитную выпечку.

Внутри поднимается волна решимости. Слова Паши ещё звенят в ушах, но теперь они не причиняют боль. Они служат катализатором моего решения.

Я совершила ошибку, раскрываясь мужчинам, которые видят во мне только удобную подстилку.

Довольно. Пришло время изменить это.

Я не буду больше запасным вариантом, кем-то для тайных встреч или чьих-то прихотей.

Захожу в пекарню и скупаю всё, на что падает глаз. Не дожидаясь, пока мне всё упакуют, начинаю уплетать булочки, наполняя шёки, как хомяк.

Моя карьера — вот, что сейчас важно.

Мои собственные цели и амбиции. Я вернусь в офис, напишу заявление на увольнение и открою новую главу в своей жизни. Я стану холодной недоступной эгоисткой. Если кто-то захочет быть рядом со мной, он должен заслужить это.

Проглатываю остатки еды, забираю пакет со сладостями и, чувствуя, как уверенность заполняет каждую клеточку моего тела, гордой походкой иду домой.

На следующее утро со свежими мыслями я направляюсь в офис, готовая к вызовам и уверенная в своих силах как никогда.

Стучу в кабинет босса и, услышав короткое: «Войдите», — с замиранием сердца переступаю порог.

Красивый дьявол сидит за столом, не поднимая на меня взгляда. Хорош мерзавец как никогда. Мы не виделись четыре дня и я безумно соскучилась.

— Подпишите, пожалуйста, — кладу перед ним бумагу.

— Что это? — наконец соизволил посмотреть на меня.

— Заявление на увольнение по собственному желанию.

Глаза босса полыхают таким гневом, что я вся сжимаюсь.

Ой, что сейчас будет.

Александр

Захожу в офис и сразу же ощущаю напряжение в воздухе. Будто что-то произошло. Но мне ещё об этом не доложили.

Довольный тем, что наконец избавился от бывшей, я с улыбкой сажусь за свой стол. Дверь в кабинет открыта, и краем глаза замечаю Сашу. Она выглядит взволнованной, даже немного испуганной. Девушка хватает сумочку и убегает.

Что за чёрт?

Набираю её номер. Но в трубке одни гудки.

Ладно, подожду немного. Возможно, ей просто нужно время. Вдруг в семье или с друзьями проблемы. Я же о ней практически ничего не знаю.

Но через час ко мне заходит секретарь и сообщает, что Саша взяла больничный.

Напрягаюсь.

Что-то здесь не так. Неправильно. Есть нечто, что я упускаю из виду.

За годы, что Саша работает в моей компании, она ни разу не взяла выходной или больничный без серьёзной причины. К тому же, она бы обязательно мне сообщила, если бы действительно была больна.

Но ни звонка, ни сообщения... Всё это кажется крайне подозрительным.

Меня не покидает ощущение, будто я что-то упускаю. Почему она так внезапно исчезла и теперь просто пропала с радаров?

Эти мысли не дают мне покоя. Я пытаюсь сосредоточиться на работе, но взгляд постоянно возвращается к пустому экрану телефона.

В обед вновь набираю её номер. Телефон отключён.

Начинаю подумывать о том, чтобы заехать к ней домой. Иду в ближайший супермаркет и набираю целый пакет всяких вкусностей: шоколад, печенье, её любимый чай — думал, может, смогу порадовать её.

Но вернувшись в офис, ставлю пакет на стол, потому что никак не решаюсь пойти, не хочу показаться слишком навязчивым.

Ближе к вечеру еду на встречу по поводу тендера. В моих планах было взять Сашу с собой. И после того, как мы подпишем контракт, сразу поехать праздновать нашу победу.

Кидаю пакет с покупками в машину. Закончу совещание и сразу к ней. Порадую Сашу не только сладостями, но и отличными новостями.

Встреча несколько затягивается. Сначала все поздравляют меня с победой в тендере, потом клиент долго и подробно описывает, что бы он хотел от нас увидеть, хотя готовый проект уже лежит на его столе.

Когда мы наконец заканчиваем, я встаю, чтобы уйти, как вдруг ко мне подходит Павел.

— А где ваша Александра? Разве победа не её заслуга? — спрашивает он с ухмылкой, которая меня сразу настораживает.

Я медленно поворачиваюсь к нему и, пытаясь сохранить хладнокровие, отвечаю:

— Александра Дмитриевна сегодня неважно себя чувствует и взяла больничный.

— Забавно, — протягивает Павел, поднимая брови, — она сегодня утром была у меня дома. Видимо, уже поправилась, да и выглядела она, я бы сказал, весьма бодро. Температуры я у неё не нащупал, — ехидно улыбается.

Внутри всё холодеет, будто кто-то вылил на меня ведро ледяной воды. Я на мгновение теряю дар речи, а потом, сжав зубы, резко отвечаю:

— Тем не менее она сегодня на больничном. До встречи, Павел.

Разворачиваюсь и ухожу, чувствуя, как в груди закипает злость.

Неужели я был настолько глуп, что беспокоился о ней, собирался поддержать её, когда всё это время она... она была с этим отвратительным типом?

Мерзавец явно наслаждался моей озадаченностью.

Чёрт, как же я мог так в ней ошибиться?

Проходят дни, а от Саши ни слуху ни духу. Пропала, как в Лету канула. Телефон отключён. Ни с кем из коллег на связь не выходит.

Утром прихожу в офис. Первым делом взгляд ненароком падает на Сашин пустующий стол.

Я думал, что между нами что-то было, что она действительно ценит моё внимание. Но девушка, похоже, решила вернуться к своему бывшему. И вместо того, чтобы прийти на работу, кувыркается с этим подонком, отключив телефон.

Всё, что я чувствую теперь, — это разочарование и злость на себя за то, что поверил в неё — в нас.

Позволил вновь обмануть себя.

Стараюсь заглушить неприятные мысли и сосредоточиться на текущих задачах, которые требуют моего внимания. Дела не ждут, а я не могу позволить себе отвлекаться.

И вот, будто ничего не случилось, Александра со спокойным лицом появляется в офисе. Заходит ко мне в кабинет, медленно приближается и, не проронив ни слова, что-то кладёт на стол.

Чувствую, как с её появлением во мне нарастает напряжение. Но не могу позволить себе взглянуть на неё. Если я посмотрю, все эмоции, которые я так тщательно подавлял, выплеснутся наружу.

— Подпишите, пожалуйста, — указывает на документ, почти не задерживаясь на мне взглядом.

Молча беру листок, стараясь не выдать свои чувства.

— Что это?

Её непроницаемое выражение лица и спокойствие вызывают во мне раздражение. Внутри всё бурлит, но снаружи я остаюсь холодным и сосредоточенным.

В голове лишь одна мысль: почему она ведёт себя так, словно ничего не произошло?

— Заявление на увольнение по собственному желанию.

Приехали!

Моментально закипаю от ярости. Кулаки сжимаются. Всё, что я накопил внутри, — злость, обида, разочарование — начинает рваться наружу. Поднимаю на неё глаза и смотрю так, что её лицо мгновенно теряет краски, а сама она словно съёживается под моим твёрдым взглядом.

— Я приму это заявление об увольнении, — говорю холодно, сквозь стиснутые зубы, — но уйти сможешь только через две недели, как и полагается.

Её глаза, полные недоумения, широко распахиваются.