— На работу? — он задумывается и смотрит на дочь. — Хорошая идея. Кстати, могу помочь разобраться с твоим помощником. Будет небольшое извинение от нашей семьи.

— Его уже разыскивают.

— Могу помочь ускорить процесс, — зло ухмыляется Лиманский.

— Буду благодарен, — отвечаю, не задумываясь.

Почему бы и нет? У меня нет цели физически вредить Николаю, но я хочу, чтобы он ответил за свои действия. Если в этом мне может помочь отец Миланы, я с удовольствием воспользуюсь этим предложением.

На этом наш разговор заканчивается, и пожимаем друг другу руки. Покидает с Олегом особняк Лиманских, выдыхая. Наконец-то всё закончилось, и теперь я со спокойной совестью могу уехать.

Парни, едва завидев нас, выскакивают из машины. Вернее, Витя выскакивает, а Айваз лишь высовывается в окно.

— Ну что? Как прошло?

— Отлично! Завтра-послезавтра можно собираться к Матрёне.

Матрёна

Бабушка смотрит на меня, но в её глазах нет осуждения, скорее печаль.

— Совсем не этого я желала для тебя, — грустно говорит бабушка.

Её слова отзываются в груди болью. Думала, что Ясмин тот человек, который поддержит меня. Что она поможет мне поговорить с родителями. Поможет преподнести эту новость не так остро, пережить бурю в доме, что обязательно разразиться после того как они всё узнают. Но теперь меня кажется, что просчиталась.

— Дети это же чудо, — еле слышно пробормотала в ответ.

— Чудо, — устало говорит. — Но в своё время. Слишком рано для тебя.

Да я и сама всё прекрасно понимаю. Что это слишком рано, что не в то время. Что сначала нужно выучиться, найти работу, устойчиво встать на ноги, а потом уже думать о детях. О, и самое главное чтобы дети родились в полной семье с мамой и папой.

Но что есть в итоге? Моя детская комната в квартире родителей. Ни работы, ни своих личных денег, никаких перспектив. Поэтому я точно знаю, что сейчас не время для детей.

— Как будто я это планировала, — психую.

— Не психуй, это вредно для ребенка.

Молча смотрю на неё. Ба поднимается разливает по кружкам ароматный чай. Ставит их на стол, а затем тарелку со свежеиспеченным пирогом.

— Спасибо.

Обхватываю ладонями кружку, пытаясь согреться, хотя на улице жара, меня немного морозит.

— А где отец ребенка? — спрашивает Ясмин, словно опомнившись.

Именно этого вопроса я и боялась, потому что ответа у меня нет. Демид испарился ещё до того как о беременности вообще зашла речь. На глазах появляются слёзы.

— Я не знаю, — пожимаю плечами. — Он пропал.

Бабушка тяжело вздыхаю и усаживается напротив меня.

— То есть ты беременна, а отец ребенка исчез узнав об этом.

— Он исчез еще на море. Уехал по делам и пропал. О беременности я узнала вчера.

— Моя девочка, ну почему же ты никогда не слушаешь?

— Я влюбилась. Он был такой надежный и нежный. А еще взрослый, неглупый подросток, а мужчина. А еще он же дядя Стеши значит ему можно доверять. Кто же знал, что он так себя поведёт.

— Это дядя Стеши? Тот кто должен был за вами следить, мало того, что не следил так ещё и сам набедокурил.

— Я думала что ты будешь на моей стороне. Что поможешь рассказать всё родителям, они ведь будут в шоке.

— И, если честно, есть от чего. Но я на твоей стороне. Я всегда на твоей стороне. Просто у меня шок.

— У меня вообще-то тоже.

— Не знала откуда берутся дети? Что же так плохо в школе слушала биологию? — иронизирует Ба.

Слёзы, что до этого удавалось держать в себе, всё же начинают течь по щекам. Бабушка не со зла, я знаю это, у неё такой юмор. Но как же она права и это злит. Скорее всего будь рядом со мной Демид, всё было бы совсем по-другому. Да и повода для слёз не было бы.

— Так, отставить слёзы. Ситуация непростая, но всё будет хорошо. Ты не одна, у тебя есть семья. Мы со всем справимся.

Бабушка поднимается со своего стула и обнимает меня. Прижимаюсь к ней, обхватив за талию и утыкаюсь ей в живот.

— Ну всё, не плачь. Теперь тебе нужно думать о малыше.

Отпустила её и начала вытирать слёзы. Ба погладила меня по голове, поцеловала в макушку и вернулась на свой стул.

— Ты планируешь говорить отцу ребенка о беременности?

— А надо?

— Ты из тех горе-мамаш, что молча сваливают в закат с ребенком, а потом заламывая руки строят из себя героинь?

— Н-нет, — замотала головой.

— Вот и хорошо. Сообщишь папаше о беременности, а дальше сам решает будет он в жизни ребенка или нет. Если нет, то пусть платит алименты.

— Да как же я ему сообщу, если он не выходит на связь?

— У него есть брат, с которым ты знакома очень хорошо. Если сам папаша не выходит на связь, скажи его родне. Думаю он быстро получит информацию.

Интересно, отец Стеши знает где его брат? Может всё это время они общались и он недоступен только для меня? Хотя это вряд ли. Подруга тоже не смогла дозвониться до Демида.

— Ты уже была у врача?

— Нет, но записалась.

— Это хорошо. Как получишь анализы, подтверждающие твою беременность, пойдем к Стеше в гости. Передадим весточку папашке.

Я не спорю. Ясмин всегда была очень мудрой и она точно знает что нужно делать.

— Только не говори пока родителям, — тихо прошу её.

— Подождём пока появится живот? — вздергивает она бровь.

— Мне страшно. Дай мне несколько дней подготовиться.

— Не переживай, скажешь, когда будешь готова. Не бойся, я буду рядом.

Теперь уже я вскакиваю со своего стула и обнимаю её.

— Ты самая лучшая, спасибо.

— Ой, лиса.

Когда родители возвращаются домой с работы, я уже полностью успокоилась. От слез не осталось и следа. А на столе их ждёт горячий ужин, который мы приготовили вместе с Ба. За ужином стараюсь вести себя как ни в чем не бывало и не привлекать к себе ненужного внимания. После ужина иду к себе. Забравшись на кровать с ногами, беру телефон и захожу в чёрный список, вытаскивают оттуда Демида. Но не звоню, мне страшно, вдруг он опять не возьмет трубку или вообще сбросит. Наивная часть меня всё ещё верит, что он просто слишком занят и как только закончит свои сверх важные дела, сразу же наберет мой номер.

Матрёна

На прием к врачу я пойду с подругами. Стеши не было в городе несколько дней. Вова похитил свою любимую, чтобы устроить им маленький романтический отпуск. И эти дни я была под присмотром нашей молодой парочки. И ведь реально они следили за мной маленькой.

Еле отбила своё право работать. Можно подумать, что беременность сделала из меня какую-то немощную слабачку и теперь я даже бумажку поднять не могу. Но радовалась слишком рано: через два часа Ян всё равно отправил меня домой, а после вообще не пустил на порог.

— Беременным нужен свежий воздух, пешие прогулки и свежие фрукты, а не работы с бумажками в пыльном кабинете, — заявил он, сбагривая меня в руки своей женушки.

Хоть я и ворчу, на самом деле, очень рада, что сейчас не одна. Поддержка ребят очень важна для меня. Поэтому и не спорю с парнем, пусть работает в одиночку, если ему так этого хочется.

— Он переживает, — смеясь успокаивает меня ККрис

— Да что может случится?

— Его обреет наголо Стеша, если узнает, что он тебя не сберег.

— О, теперь понятно почему он так настойчиво меня выгонял с работы. Стеша страшна в гневе.

— А то.

Время до возвращения Стефании в город, проводила много гуляя и общаясь с женатиками.

Интересно получается: они у нас поженились раньше всех, а мамочкой первой буду я. Крис называет моего малыша “нашим”. Говорит что у него будет сразу три мамочки. И минимум два папочки. От этих слов мне становится грустно, очень хотелось бы чтобы и папочек тоже было трое. Но старалась об этом лишний раз не думать, чтобы не трепать себе нервы.

Стеша звонила нам регулярно, проверяя как у меня дела. Она меня немного пугала своей одержимостью, реально мать-наседка.