— Да, вот так, вот, отлично… — негромко произнесла она, и я чувствовал, как её дыхание щекочет мне ухо. У меня аж встал от такого. — Отлично… Всё, теперь стреляй.

Ну и, естественно, я нихрена никуда не попал. На этом мои тренировки только начинались.

В этот раз за меня взялись плотно, и я уже сто раз проклял тот день, когда согласился на эту херотень, просыпаясь каждое утро. А когда ложился, думал, что всё не так плохо, и, в принципе, я же хотел стать героем, а куда без этого? Превозмогания — это то, что мы очень любим.

У меня всё было по расписанию. Утром встал, поел и на лекции, где мне рассказывали обо всём: от того, как понять, что дракон болен, до того, какие имена и фамилии у каких-то там маркизов на границе. Со вторым всё было хуже, потому что я имена банально не мог запомнить. Потом меня тащили на фехтование, после чего обед и опять лекции.

Вторая часть дня стрельба из лука и, под конец, как решат: могли что-то рассказывать, могли опять тащить на фехтование или стрельбу из лука. А потом отпускали ровно так, чтобы у меня была возможность поесть, помыться и отрубиться к чёрту до следующего утра.

Короче, это было столь же невесело, как и звучало. Меня загружали будто бы с одной целью — чтобы не осталось свободного времени. К тому же обучали меня каждый раз новые всадницы: сначала была Аэль, но потом уже пришла Каталина. По луку Флорию сменила хмурая Татьяна и, наверное, только Тефея оставалась неизменной, хотя и тут её пару раз подменяла Серафина. Короче, обучать меня взялись вообще все, у кого было свободное время. Кто-то с удовольствием, кто-то с энтузиазмом, другие буквально сквозь зубы, но с тем же рвением, которое больше мучило.

И так длилось ровно неделю, за которую я отдыхал разве что у себя в ванной, хотя пару раз рискнул заглянуть и в бассейн, когда там никого не было. Самое кайфовое место, как по мне. Лежишь, греешься, мышцы в горячей воде расслабляются… А ещё тут потолок стеклянный, и видно небо. Представляю, сколько бабла угрохали на него, учитывая сложность изготовления хорошего стекла.

Короче, я жил не тужил, и едва первая неделя разменялась на вторую, меня разбудили, но теперь уже с новостью.

— Сегодня ты идёшь в патруль, — произнесла Серафина, решив поднять меня лично. — Учитывая, что ты уже небесный всадник, в патрули должен ходить, как и все мы. Только пока будешь делать это под присмотром.

— Отлично, — я прямо-таки встрепенулся. Сегодня не будет изматывающих тренировок.

— Хорошо, пойдём со мной, я покажу, как всё это делается, — позвала она меня с собой.

Повела она меня не куда-то в комнату, которую я раньше не замечал. Ну то есть дверь была, но я не особо обращал на неё внимания, а Каталина вообще не посчитала нужным мне её показать.

Здесь было что-то типа штаба. В комнате с противоположной стороны от входа на всю стену висела карта Нарианской империи со всеми городами, главными дорогами и более-менее крупными деревнями, а также пограничными постами и территорией соседей вблизи неё. По центру был круглый массивный стол, заваленный картами и бумагами. Слева была большая таблица с именами и фамилиями всадниц, где теперь красовалось и моё имя. С другой стороны большие шкафы с полками, также заваленные какими-то бумагами.

— Это стратегическая комната. Думаю, по виду ты уже можешь понять, что здесь делают, — прошлась она около стола, хромая.

— Выстраивают планы и маршруты?

— Да. Вырабатываем и обговариваем планы и тактики, распределяем роли при атаках и так далее. Ну а в мирное время выстраиваем маршруты, время и составы патрулей или групп, как та, которая тебя нашла в горах. Также назначаем разные задачи, ставим дежурных и так далее. Думаю, на таблице это видно.

Видно. И как раз сегодня я иду в патруль, о чём и было там написано.

— Сейчас это место посещается редко. Мирное время, все давно выучили дни дежурств, маршруты и составы групп. Но по правилам надо каждое утро после завтрака собираться здесь и всё обговаривать.

— А вы это делаете за самим завтраком.

— Именно, — подтвердила Серафина. — Но это неправильно. Будь война, мы бы сидели здесь и ели, решая, что делать. Надо будет показать тебе, как это выглядит, но потом. Сейчас главное, чтобы ты знал, что такое место есть и что здесь делают.

— А могу спросить?

— Можешь, естественно. Что хочешь узнать?

— Если я иду в патруль, то значит, мне и броня готова?

Видимо, всё было видно на моём лице, потому что она улыбнулась.

— Да, Самсон, твоя броня готова. Хочешь взглянуть перед завтраком?

— Ну если можно, — не стал отказываться я.

— Тогда идём, — поманила она меня пальцем.

Уверен, что она всё прекрасно поняла. Вряд ли я первый, кто так горел желанием увидеть свои доспехи, которые, вполне возможно, будут со мной до конца моих дней.

Она привела меня не куда-то, а к себе в комнату. Такая приятная комната, уже видно, что давно обжита, не чета моей. Пол и стены с отделкой из светлых досок. На полу шкуры, на стене эти… как их там… чучельные головы, короче, разных зверей, видимо её трофеи. Мебели тут тоже было поболя, чем у меня, и явно не из дешёвой.

Ради приличия я задержался на пороге, чтобы совсем невоспитанным быдланом не выглядеть.

— Ты можешь войти, — пригласила Серафина, стоя около стола. — Вот они, вчера ночью только-только прислали. Хотела вручить тебе после завтрака, но… — она улыбнулась. — Никто из нас никогда не мог устоять.

Я подошёл к доспехам, аккуратно разложенным на небольшом диване перед камином. Учитывая средние века и то, сколько усилий стоит сделать доспехи, могу представить, сколько стоило сделать их в столь короткие сроки, да ещё такие…

Я чувствовал себя примерно так же, как когда купил мотоцикл и в первый раз на него сел. Чувство вещи, на которую ты смотришь и такой: это моё… оно будет со мной всегда… Ну конечно, не всегда, но в этот момент именно так я и думал. Блестящий, отполированный, с лёгкой гравировкой на груди из линий, прямо… внушительный. Нет, не огромный и на вид не тяжёлый, но тем не менее внушающий уважение. Здесь же были и ножны с мечом. А ещё плотная одежда.

Подоспешник. Я раньше и не задумывался, что броню не носят на голое тело, а потом мне пояснили, что надо надевать подоспешник, если не хочу натереть тело до мяса. Короче…

— Кайф… — пробормотал я.

— Нравится?

— Естественно. А есть те, кому не понравилось? — посмотрел я на Серафину.

— Знаешь, некоторые из нас приходили из аристократических семей и представляли себе драконьих всадниц совершенно иначе. А как оказались здесь, выли как волки на болоте.

— Да, мне рассказывали, потом из них выбивали всю дурь.

— Да, было дело. Ну и доспехи, естественно, не сильно привлекали их.

— А эти, серокожие, они вообще без доспехов, — вспомнил я. — Какой-то бронелифчик, бронетрусы да наручи были.

— Бронелифчик и бронетрусы? — улыбнулась она. — Надо будет запомнить, такое описание мне ещё никто не давал. Но да, они предпочитают меньше брони и больше скорости, хотя не всегда и не везде, от случая к случаю.

Не, ну прямо на душе потеплело, честно скажу. И весь завтрак я ел, наверное, с дебильной улыбкой, так как на меня все косились. Разве что Аэль разделила мою радость.

— Я тебя полностью понимаю! — хлопнула она меня по плечу. — Свои личные доспехи, которые сковали прямо под тебя — это очень круто! А ещё и первый патруль… м-м-м… — девушка явно вспоминала себя в свой первый патруль.

Сразу после завтрака Серафина опять перехватила меня.

— Идём, проведём инструктаж перед патрулированием, как это должно быть. Конечно, когда из года в год повторяется одно и то же, мы пренебрегаем этим, но сам понимаешь.

— Понимаю.

В комнате меня уже ждала в полном облачении… Ирис. Та рыжая боевая подруга-амазонка. Сейчас она сидела со скучающим видом на стуле, закинув ноги на стол, ковыряя свой меч.