Владыка отошёл к окну и застыл перед ним в молчании.

– Тарг, – неожиданно для себя я обратился к нему почти забытым дружеским именем, но исправляться не стал. – Выйдя из этого кабинета, мы вместе с наследниками должны представить общее решение, которое изменит судьбы поколений.

Мне показалось, что владыка чуть вздрогнул, услышав моё обращение. Но продолжал молчать. Я взглядом позволил наследникам сесть: они опустились рядом на один диван, демонстрируя своё единство. Внутренне улыбнувшись, я занял кресло и выжидательно посмотрел на правителя драконов.

Тот наконец обернулся, хмуро уставился на меня из-под насупленных бровей. Я молча ждал. Главное уже было сказано.

– Аббадон, – раздался наконец его голос. – После войны и крови, что заливала города, после возвращения Ареса народ драконов почувствует себя оскорблённым и потребует возмездия за ложное обвинение.

– Оно не было ложным в тот момент, когда была объявлена война. Это выяснилось спустя пятнадцать лет, – пояснил я.

– Ты просто пытаешься оправдать себя, Аббадон!

На это я ответить не успел, потому что Ардаэн встал и решительно обратился к Таргадаэну:

– Отец, позволь мне! Ты не обязан верить мне на слово, но я не только видел тех, кто захватил и удерживал Ареса, но и сражался с ними. Нашим народам необходимо объединиться, чтобы победить. И знак для этого боги уже дали.

– Какой знак? – не понял я.

На лице Таргадаэна мелькнуло удовлетворение. С тонкой язвительностью он поинтересовался:

– Вот как, тебя не оповестили? Один-один. Мой сын не сказал мне о возвращении Ареса, а твоя дочь умолчала о том, что они с Ардаэном – истинная пара.

Пламя из камина с рёвом рванулось в потолок, факелы угрожающе выплеснули огненные шары, зависшие по периметру кабинета.

– Плохая шутка, Таргадаэн, – предупредил я.

– Какие уж тут шутки, – не скрывая удовольствия, сказал владыка. – Лично видел, как Ардаэн звал твою дочь по связи, когда та едва за Грань не отправилась.

Ипостась проснулась, готовая выйти наружу.

Не сейчас, Аббадон…

Привычно оглаживая бороду, я стал возвращать себя в состояние равновесия, но тут встал Арес.

– Отец, позволь и мне сказать. Мы с Ардаэном не по своей воле оказались в центре провокации, которая стравила наши народы между собой. Безликие используют магию, которой нет ни у демонов, ни у драконов. Нам нельзя терять время, если мы хотим сохранить Эридон.

Ардаэн подошёл к Аресу, стал рядом. В этом движении было согласие, явно достигнутое ещё до встречи. Арес продолжил:

– Вы наши отцы, и вы были друзьями больше четырёх веков. Так неужели всего пятнадцать лет вражды, к тому же начавшейся по чужой воле, сильнее вашей дружбы? Посмотрите на нас, – сын перевёл взгляд на меня. – Наша с Ардаэном дружба спасла мне жизнь.

Помимо воли мы с владыкой глянули друг на друга, но тут до моих ушей донеслась фраза Ареса:

– И то, что они с Астартой стали истинной парой, – это воля богов, которая требует от нас примирения.

– Что‑о?! – от моего спокойствия не осталось и следа. – Ты знал?!

Огненные шары понеслись по орбите внутри кабинета, раздваиваясь на ходу. Моё возмущение требовало выхода в тесном пространстве кабинета, а его не было… Чтобы не спалить всё вокруг, мне пришлось направить огонь вверх. Огненная лава за секунду растворила в себе потолок, рванула ввысь и утонула в тяжёлых грозовых облаках. Башню над кабинетом снесло, как бумажный листок.

Задрав головы, мы все посмотрели в открывшееся над нами пасмурное небо.

– Думаю, сейчас самое время всем сесть и поговорить спокойно, – миролюбиво предложил Арес.

Астарта Ш’эрен

Едва за правителями и наследниками закрылась дверь, как драконы задвигались, группируясь так, что теперь все они стояли напротив встречающей стороны – демонов. И снова зашумели. Один из драконов пронзил зал резкостью своего голоса:

– Вы оболгали Ардаэна! Мы потеряли тысячи жизней из-за ваших игр!

– Вы начали войну по ложному доносу! – поддержал высокий дракон с глазами цвета стали.

Демоны молчали, застыв в готовности и ожидая приказа. Мне каждое обвинение било по нервам, будто кнут. Я сжала кулаки, боясь сорваться, и воззрилась на повелительницу. Маменька лишь чуть повернула голову в сторону драконов.

Мне бы такую выдержку…

В этот момент фраза прозвучала откровенным подстрекательством:

– Демоны всё подстроили! Им нужна была война!

Маменька приподняла подбородок. Лицо её оставалось безмятежным, но самые активные драконы внезапно притихли.

И повелительница заговорила. Её голос тёк мягкой сталью, обволакивая и давя одновременно.

– Довольно, драконы! Кровь пролилась с обеих сторон. Ваши крики не поднимут мёртвых и не дадут шанса живущим. Правители наших народов сейчас ищут решение, и вам следовало бы вести себя достойно. Как супруга повелителя и повелительница демонов я готова выслушать того, кто является у вас старшим в отсутствие владыки.

По рядам драконов прокатился короткий шёпот, и один из драконов шагнул вперёд:

– Я Оркарон Соре́йн, глава Дома Власти, – он наклонил голову согласно этикету. – Леди Лашарель, мы считаем, что демоны спрятали наследника и солгали нам!

– Для начала отмечу, что у вас нет оснований для такого заявления. Но, проявляя учтивость по отношению к народу драконов, отвечу. Если бы мы прятали наследника, сегодня вы его не увидели бы, это во-первых. Во-вторых, драконы не смогли объяснить кровь Ареса на кинжале Ардаэна и доказать свою непричастность к гибели наследника демонов, подтверждённой на тот момент родовым медальоном. И в-третьих, народ Долины требовал возмездия по закону за гибель любимого всеми Ареса. Разве драконы поступили бы иначе?

Драконы стушевались, явно не находя ответа. Оркарон, покашляв, уже с меньшей уверенностью продолжил:

– Но повелитель не принял нашего владыку. А ваш наследник оказался жив. Как же мы можем верить вашим словам?

Возле главы неожиданно появилась белокурая драконица, которую ранее я не заметила.

– О каком возмездии может идти речь, когда ваш наследник жив и здоров! Драконы защищали себя! А вы спрятали сына, обвинили Ардаэна и развязали войну!

Это уж слишком! Да что она себе позволяет?!

В мгновение ока я оказалась перед ней, на кончиках моих пальцев затрещало пламя:

– Осмелишься повторить? – с вызовом прорычала я. – Ловушка была подстроена на ваших землях, в вашем дворце!

Воздух вокруг стал горячее, когда я, оглядев всю делегацию драконов, на одном дыхании выпалила:

– Если кто-то здесь посмеет предположить, что мы держали наследника в цепях, клянусь пламенем, я заставлю вас проглотить эти слова!

– Астарта! – мягко, но укоризненно прозвучал голос маменьки.

Вспомнив, что в отсутствие повелителя маменька главная, я, по всем правилам эридоновской дипломатии, улыбнулась и произнесла безупречно вежливо:

– Лорд Сорейн, мне удивительно видеть, как члены делегации позволяют себе личные агрессивные выпады, находясь в гостях на территории другого государства, тем более – во дворце повелителя демонов, в его тронном зале. Мне пришлось взять на себя смелость компенсировать грубое и ничем не обоснованное обвинение в адрес моего отца и повелителя. Сожалею, если это задело лично вас.

Глава Дома Власти, явно не ожидавший от меня такого оборота, слегка поклонился, чтобы скрыть замешательство.

– Вы правы, ваше высочество, – признал он и обратился к белокурой драконице. – Нире́лия, ты ведешь себя неподобающе. Это переговоры во дворце, а не балаган на площади. У тебя нет права обвинять демонов.

Отповедь была сделана публично, но абсолютно нейтральным тоном, без намёка на укор или предупреждение. Из чего я сделала вывод, что этот дракон соплеменницу поддерживает, прикрываясь видимостью дипломатического этикета.

Но маменька, как всегда, была на голову выше и на пять шагов впереди любых хитрецов.