Астра вернулась к начатому:

– Арс, как ты мог позвать Хелену?

– Как и Андраса, словами, – не удержался я от поддразнивания. – Хел лучший стрелок Долины, стихию держит так, как другим и не снилось, в строю не теряется, работает тихо, – перечислял я, недоумевая о причинах такой реакции.

Они что, успели поссориться?

– При чём здесь перечень заслуг?! – воскликнула Астра. – Ты же понимаешь, что миссия опасна, как можно тащить туда девушку, которую…

Тут я уже уловил ход её мыслей, поспешив прервать:

– Обязательно спрошу у Рианса при встрече, как он решился тащить в такое пекло свою истинную.

– Это другое, – тут же возразила Астра.

– Безусловно, – иронично протянул я. – Но начни всё же с себя, Асти.

– Меня не тащат, – невозмутимо вмешалась Хелена. – Я иду по собственной воле и прекрасно понимаю, куда и ради чего.

Кхарн вздохнул, опустил уши и, не сводя глаз с сестры, сел между нами и дорожкой к фонтану.

– Я не сомневаюсь в твоих навыках, – не сдавалась Асти, – я сомневаюсь в необходимости твоего личного участия. Для него, – взгляд скользнул ко мне, и я поймал в нём всё то, о чём теперь она предпочла не говорить вслух.

– Необходимость простая, – Хелена кивком указала в сторону дальних зарослей лунолиста, где звенела трава. – Там, где нужно будет стрелять на слух, я попаду. Там, где придётся исчезнуть – исчезну. А там, где понадобится второй голос здравого смысла, – девушка посмотрела на Астру, – он у меня есть.

– И ещё одна причина, – добавил я, перехватывая у сестры готовую вылететь реплику. – Нам нужно действовать быстро и тихо. Хелена это умеет в совершенстве. Как и Андрас.

Астарта провела ладонью по цепи на поясе, посмотрела на воду в фонтане.

– Прекрасно! Значит, у нас будет Хелена, которая всегда будет поддерживать твой план, Андрас, который будет поддерживать твой план, и Рианс, который тоже будет поддерживать твой план.

– И Астарта, которая никогда не была против моих планов, – я подошёл к сестрёнке и мягко тронул кончик её носа. – Или что-то изменилось, и ты больше не доверяешь моим решениям?

В зелёных глазах Асти отразились боль и страх, которые она не скрыла в голосе:

– После одного из своих решений ты не вернулся домой.

Ответ стал для меня неожиданностью.

Астра не говорила, что знает о моём видении последствий выхода к Риансу в Драэль-Море.

Что ж, рано или поздно, она бы узнала, только есть одно «но».

– Нет, демонёнок, я вернулся, как и обещал.

Винфорд Салтон

Академия МАМ

Тренировочное поле академии порадовало утренним холодком. Я провёл чёрным клинком по диагонали, и тень послушно преобразилась в первого противника: выше ростом, тяжёлый центр, открытая правая часть – соблазн для неопытных.

Я не спешил: шаг, плоскость, движение запястья, короткая отдача в плечо – и силуэт, распоротый от ключицы до пояса, оседает кучной копотью. Тренировка великолепно помогает разложить мысли по местам: тело и ум заняты делом, каждый удар помогает собирать разрозненные данные в единое целое.

Итак, наследник Долины «воскрес», я лично его видел. Но спустя месяц после его возвращения официального объявления нет. Причину определить легко: отношения между демонами и драконами. Есть два варианта развития событий, которые лежат на поверхности: первый – взаимные обвинения, цепная реакция заседаний, локальные стычки, продолжение войны.

Второй более законный снаружи, но опаснее внутри: драконы требуют возмездия. Если Аббадон откажет, от него отвернутся народы Эридона. Если согласится, то кого выберут драконы в качестве жертвы? Поскольку кровь с обеих сторон лилась потоком, то сверять погибших по колонкам «ваши/наши» они не будут. Значит, драконы потребуют символическую фигуру, чтобы устроить показательный суд.

Ход, который накормит их ярость, но не будет служить справедливости.

Решив вернуться к этой версии позже, я щёлкнул пальцами, и тьма накрыла меня, как холодный плед, выполняя задание. Сделала замеры дыхания, длины шага, привычного разворота корпуса, куда уходит вес при уклоне. Спустя пару секунд послушно подняла из песка моего двойника: тот же рост, тот же клинок, та же выучка, только хват левой, чтобы атаковать мой слабый сектор. Бой с самим собой – это лучшие условия для тренировки нестандартного мышления.

Сближение, связка по второй линии, обманный укол в плечо, перевод на бедро. Противник видит намерение, встречает гарду гардой – сталь коротко поёт; резко назад, сальто, выпад, и сталь клинка противника всего лишь касается моего рукава кончиком, оставляя разрез. Хорошо, но можно лучше. Боковое зрение фиксирует деталь, на которую редко обращают внимание адепты: собственная тень. Её движение даёт подсказку о синхронизации мыслей и тела. Если тень дёргается – значит, мысли ушли в сторону и нужно вернуть фокус внимания. С учётом уровня подготовки моего противника.

Делаю вдохи чаще, будто устаю, провоцирую атаку противника. Он поверил: нападает, атакует правый сектор. Я намеренно «запаздываю», позволяю накрыть своё лезвие и начать давить, а затем быстрым движением запястья спускаю его клинок по дуге вниз. Дальше действую стремительно: перехватываю меч левой рукой, цепляю его гарду крестовиной, проворачиваю, поднимаю – и лезвие моего меча становится поперёк его горла. Приём неожиданный, и в этом весь смысл: зеркальный противник скопировал знания и приёмы, которые есть, но предвидеть новые импровизации не может. Тьма признаёт поражение и оседает в пыль.

Пульс выровнялся, мысли под контролем.

Идём дальше: участники. Астарта Ш’эрен покинула академию вместе с Андрасом Калести, и, судя по письму, которое пришло через два дня после бала, возвращаться не собирается. Либери и Харсон так же подали заявления об исключении. И вот если с первыми у меня не возникло вопросов (всё же брат вернулся), то в чём причина у парочки третьекурсников?

Ответа пока не было. По Риансу нитей много, но половина обрывается почти сразу, а другая уводит в новые вопросы.

Информация любит молчаливых, а Либери именно такой.

Придётся искать обходы.

Тьма создаёт очередную тройку силуэтов: теперь добавляю им преимущества, а себе – ограничения. Скольжение в песке запрещаю, оставляю только шаги, клинок утяжеляю на треть. Тело принимает правила и адаптируется к новым условиям, начинает действовать на уровне рефлексов, а мысли перестраиваются.

Итак, император ждёт сводку, а у меня куча трупов есть, а ответов нет.

После первой находки на пустыре мне стоило усилий убедить ректора не раздувать костёр: оформили так, будто адепты отправлены на продолжительную практику. К родным убитых поехали мои люди: объяснили, настоятельно порекомендовали молчать и пообещали то, что сможем выполнить: найти виновных. Панику подпитывать нельзя.

Надо же, кучка адептов владеет большей информацией, чем я.

Конечно, я рассчитывал на другое развитие событий, отправляя их группу «по делу»: кто-то оступится и заговорит, я получу донесение агента и пойму, насколько это важные фигуры в игре. В итоге потерял след, который считал основным.

Не помню таких провалов со времён своей прошлой жизни…

Если Астарта и Рианс действительно были теми, кто мне нужен, то я потратил в академии впустую целый месяц.

С другой стороны, моя интуиция подсказывает, что тот, кого я ищу, все ещё находится в МАМ.

Сегодня Сокол принесёт накопители: сопоставлю маршруты, уберу различия и оставлю совпадения. Ответы часто находятся именно там.

С разворота добиваю третьего противника ударом в шею. Встряхиваю клинок, наблюдая, как с него сходит чёрный налёт, и убираю обратно в подпространство. Голова стала яснее. Вечером, когда Сокол положит на стол кристаллы, я получу ответы.

И продолжу охоту.

На краю поля дежурный адепт делает вид, что чинит ремни щита и не смотрит в мою сторону; через секунду всё же искоса взглядывает и снова утыкается в пряжку. Если что-то запомнил, ему пригодится.