- Откуда кровь? У тебя месячные? - задаю вопросы девушке.
На её белье не было прокладок. А что, если я ей тампон загнал куда-то не туда?
Она молчит. Тогда я перевожу взгляд на её лицо. Она сидит словно неживая. Взгляд устремлен в одну точку. Не месячные это... Я ей что - плеву только что порвал и не заметил?
У ней шок. Одежда разорвана.
Я... Что я вообще натворил? Во рту странный привкус. Голова кружится. К горлу подкатывает рвота. Эти випки оснащены отдельными душевыми и туалетами. Успеваю туда добежать и меня выворачивает.
Проблевавшись, обмываю член. Поправляю одежду. В голове кавардак. Умываюсь холодной водой, надеясь, что это смоет нелицеприятную реальность. Но... думать, что делаю, надо было раньше. Реальность никуда не девается.
Возвращаюсь в комнату. Евангелина встала, дошла до двери. Теперь стоит возле неё, согнувшись, почти голая. Колготки обрывками волочатся сзади. Обувь осталась на ней... Одной рукой держится за стенку, вторая прижата к животу. Взгляд по-прежнему бессмысленный.
- Куда собралась в таком виде? - спрашиваю. Выходит довольно грубо.
Как-то надо разруливать. А как? Тем более, самого начинает знобить. Снова тошнит. Липкий пот выступает по всему телу.
- Открой... Я хочу уйти... - еле шелестит.
Делает пару шагов и дергает за ручку.
- Иди приведи себя в порядок. Там ванная...
- Я хочу домой...
Не кричит и не бьётся в истерике. Это, наверное, хорошо.
В несколько шагов преодолеваю расстояние между нами.
- Я тебе дам денег. Столько, сколько скажешь... - почему-то уверен, что так всё можно уладить.
- Знаешь, куда их себе засунь? - вот теперь взгляд у девушки начинает проясняться.
Но ничего хорошего в нем для меня нет. В нем плещется такая яркая боль, что мне хочется зажмуриться.
Вместо этого беру её в охапку и несу в ванную.
- Не смей! Не смей меня трогать! Недостаточно наиздевался?! - хрипит, пытаясь вырваться.
Это ей, естественно, не удается.
- Твой приятель - Сергей, сказал, что ты так зарабатываешь! - повышаю голос.
- Что?! - она давится своим вопросом и начинает кашлять.
Оставляю Евангелину в ванной и возвращаюсь в комнату. Там есть холодильник. Достаю оттуда бутылку с водой. Иду обратно к девушке, открываю крышку и пою её, потому что сама попить она не может.
- Он не мог! - шелестит она, вернув возможность говорить.
- Но он сделал! - я не собираюсь выгораживать этого недоноска. С ним у меня еще будет разговор.
Девушка смотрит на меня так, как будто я её ножом ударил. Бледнеет очень сильно. Будто покойница. И замолкает.
- Давай помогу... - ничего не отвечает.
Снова смотрит в одну точку. Я беру чистое полотенце в упаковке, разрываю её, смачиваю полотенце теплой водой, протираю ей промежность, тело. Обрывки колготок снимаю, усадив на пуф в ванной. Для этого приходится её сначала разуть. Потом снова обуваю.
И... Я б себе сейчас самому навалял. Но, когда я дотрагиваюсь до неё, у меня трясутся руки, как у алкоголика со стажем, и я снова возбуждаюсь. С чего? Откуда такая реакция?
Не до потрахушек сейчас.
Её одежда приведена в негодность. Так я её вывести отсюда не рискну. Снимаю с себя футболку.
- Руки подними.
Мутный взгляд вперяется мне в лицо.
- Бог вас накажет. За всё, что со мной сделали... - шепчет сухими губами, которые уже успели потрескаться.
- Евангелина! Я тебя сейчас отвезу домой. Но! Ты же не можешь идти голая? Подними руки, я одену на тебя футболку.
Прикрывает глаза, потом зажмуривается. Когда открывает, то вроде бы ей удается овладеть собой. Во всяком случае делает так, как говорю. Я натягиваю на неё свою футболку.
Если бы у меня была сестра, жена, и кто-нибудь так бы поступил с ними - убил бы. А тут... Когда сам...
Нижнего белья на Евангелинке нет. Хотя ей бы не помешали трусы и прокладка. Кровотечения тоже нет. Выделения небольшие есть. И да - я посмотрел.
- Я сама... - снова шепчет, - Сама домой уеду. Пошли вы все... Гады...
- Дома надо сидеть! - неожиданно цыкаю на неё, - А не по клубам шляться!
Это-то тут при чем?
- Сама она... Пошли... - отпустить её не могу.
Хотя мне тоже плохо. И становится еще хуже. Но за девушку страшно. Почему-то кажется, что, если отпущу, то живой до дома не доберется.
Вывожу её из випки, где только что лишил девственности. Ладно - разберемся со всем.
Сейчас главное - увести её отсюда. И самому убраться.
Глава 6
Камиль
Иду, как есть - с голым торсом. В голове муть. Понимаю, что такое состояние не может быть случайным, но сообразить, что следует сделать, не могу. Очень странные ощущения. Как будто мозги заклинило, и никак не удается перескочить этот порог.
Но девчонку держу за руку. Крепко. Она правда и не выдирается - на ногах едва стоит и постоянно спотыкается.
Неизвестно, чем бы закончилось наше путешествие и что бы я делал дальше, но в коридоре я неожиданно сталкиваюсь с Хасом Келоевым, приятелем моего старшего брата.
Он окидывает нас с Евангелиной удивленным взглядом. И тут я его понимаю - вряд ли мы с ней похожи на тех, у кого всё в порядке.
- Камиль, что стряслось? На тебе лица нет...
- Хас... Не знаю... Что-то как-то... - во рту всё ссыхается и говорить трудно.
- Та-а-ак... Стоп! - останавливает наше движение, - Ну-ка...
И заталкивает нас в какое-то помещение. Мне с трудом удается вспомнить, что Хас - один из совладельцев этого клуба.
- Сядь! - велит мне.
Я слушаюсь. Как робот. Но Евангелину увлекаю за собой.
А она дергается, пытаясь вырвать руку.
- Выпустите! - уже с силой, громко. И подрывается в сторону двери.
Я её перехватываю и заталкиваю в угол дивана, рядом с собой.
- И ты - сиди! - приказывает ей Хас.
Её начинает колотить, она обхватывает себя руками и начинает плакать.
- Отпустите! - выговаривает сквозь слёзы.
- Да... - Хас тихо ругается.
Мы в рабочем кабинете. Наверное, в его. Он идет к шкафу, достает оттуда плед.
- Прикрой её, - и пока я закутываю Лину в плед, обращается к ней сам, - Никто тебе ничего не сделает.
Она прикрывает глаза, старается перестать трястись.
Мне же - наоборот очень жарко и дико хочется пить. Что происходит? Это ж ненормально!
- Воды... дай... - с трудом выговариваю я, обращаясь к Хасу.
Он подает мне бутылку воды и звонит по телефону.
- Бахтияр? Ты не уехал? Дуй ко мне в кабинет. Тут брат твой. С ним что-то не то, - звонит моему брату.
Это хорошо... Бахтияр придет и всё будет в порядке. Жадно пью воду и откидываюсь на спинку дивана, но девушку придавливаю рукой. Её надо отвезти домой. Хватит с неё на сегодня приключений.
Бахтияр по моим ощущениям появляется тут же. Как будто под дверью стоял. Только вот своим ощущениям я вряд ли могу доверять.
Хотя бы потому, что, видимо, отключился.
Бахтияр хлопает меня по щекам.
- Кам! Как! Да чтоб тебя волки съели! Глаза открывай, придурок! Ты что натворил?
Открываю глаза, силюсь что-то сказать.
- Он под чем-то, - говорит Хас моему брату.
- Это я и сам вижу, умник! Но Кам не употребляет! - огрызается Бахтияр. И добавляет, - А эта что тут делает?
- Не трогай её! - во мне мгновенно срабатывает волна ярости.
Я даже зачем-то хватаю брата за горло. Он ведь стоит, наклонившись надо мной.
- Понял, понял... Тихо, Кам. Угомонись! Что с ней делать?
- Отпустите... Я домой поеду... - вклинивается Лина дрожащим голосом.
После случившегося она оказалась в компании трех здоровых мужиков. Конечно, она в ужасе. Что она дрожит до сих пор, я чувствую, потому что она прижата к моему боку.
- Её надо домой отвезти... - справляюсь с простой фразой.
- Ок. Сейчас такси ей вызову. И...
- Нет! Я сам...
Хас кладет руку на плечо Бахтияру и отводит его в сторону, что-то тихо ему втолковывает.
