В Авесте отразились предания о нескольких таких первовождях (первоцарях), сложившиеся, вероятно, в различной среде: об Йиме — среди скотоводов, Гайа–Мартане — среди земледельцев, Керсаспе — среди коноводов. Остатки этих мифов, сохранившиеся в Авесте, причудливо переплелись между собой и вобрали в себя следы отрицательного и положительного отношения разных племен к одним и тем же героям. Эти различные отношения особенно отчетливо проявлялись в образе Йимы, то ли первочеловека, то ли сына Вивахванта — значит, уже «второго человека».
Судя по этимологии имени Йима, оно первоначально означало «пара», «близнецы» и несло, таким образом, следы ведического представления о человеческой первопаре Яме и Ями (ср. «Ригведа», X, 10). В Авесте («Вендидад», гл.2) рассказывается, что Йима получил от Ахуры Мазда золотой бодец и позолоченный бич, что говорит о его скотоводческих занятиях: «Земля его была полна мелким и крупным скотом, и людьми, и псами, и птицами, и огнями красными, пылающими». Йима трижды расширял землю, ударяя ее бодцом и мечом. После тысячелетия его царствования наступила зима с суровыми морозами, а обильная вода после таяния снегов затопила пастбища. Чтобы спасти от мороза и наводнения живые существа, Йима построил ограды [вара] длиною в один пробег коня по всем четырем сторонам. «Туда он снес семена, мелкий и крупный скот, и людей, и птиц, и огонь красный, пылающий». Туда он провел воду по пути длиною в хатру (тысяча шагов), там построил он жилища, «и подпол, и преддверие, и стояки, и окружной вал». Так благодаря Йиме сохранились жизнь на земле и человеческий род.
Но в других местах Авесты (например, в «Гагах») об Йиме говорится как о виновнике первородного греха, он полакомился, правда, не яблоком, как библейский Адам, а говяжьим мясом, и этим навлек на людей беду. В одной из глав «Ясны» также упоминается о грехопадении Йимы, который связался со словом лжи, лишился счастья и исчез под землей.
Гайа–Мартан («живой смертный», т. е. человек) в дошедших до нас текстах Авесты лишь упоминается, ничего о нем не рассказывается. Но из других источников явствует, что из его семени выросло растение с двумя ветвями, из которых потом произошла первая человеческая пара, или что он построил на залитых солнцем склонах гор первые человеческие жилища и там поселил первых людей, до того ютившихся в пещерах.
Перволюди, первоцари сражаются с драконами и побеждают их. Таким, в частности, был Керсаспа (слово «аспа», входящее в состав его имени, означает «лошадь», «конь» — тотем рода): «Керсаспа — сильнейший среди сильных мужей, который убил чудовище Срувар, коней глотавшее, людей глотавшее, полное яда желтого цвета… по которому яд желтый бил струею вышиной в сажень, — на котором Керсаспа в металлическом котле пищу варил в полуденное время, и разогрелся тот злобный змей и взвился, из–под котла выскочил и шипящую воду разлил; подавшись назад, потрясенный, отскочил мужественный Керсаспа, который убил чудовище Гандарва с золотыми пятками, прядавшего с открытой пастью, чтобы уничтожить вещный мир праведности, который убил чудовище Снавидку, рогатого и камнерукого, что так говорил в своем сообществе: „Я малолетка еще, несовершеннолетний я, когда возмужаю, согну землю в колесо, а небо сделаю своей колесницей. Я низвергну Священный дух со светлой обители песнопения, а Злой дух из преисподней извлеку, и пусть оба возят мою колесницу; если только мужественный Керсаспа не убьет меня“. Его убил мужественный Керсаспа, его лишил он души и жизненную силу уничтожил» («Яшты», 29, 34—44).
Но и Керсаспа, по другому преданию, согрешил. На сей раз соблазнили первоцаря не говядина, а женские чары. Керсаспу заколдовала чародейка–пэри, и он уснул глубоким сном смерти на восточной окраине Ирана («Вендидад», 19, 5).
Из всех звероподобных чудовищ Авесты наиболее известны ажи (дракон) Дахака, образ которого возник, вероятно, из представления о черной туче, скрывающей солнце. В Авесте о Дахаке рассказывается по–разному: иногда как о драконе, боровшемся с сыном солнца Атаром, иногда как об ипостаси духа лжи Друджа, боровшегося с перволюдьми. Разноречивы предания и о том, кто был его победителем. По одной из версий, им был богатырь Трэтона.
Атвйа — рассказывает Авеста — был вторым человеком, почитавшим священное растение — чудодейственное Хаома. «Та на него [Атвйу] благодать снизошла, та его постигла удача, что у него сын родился из дома богатырского — Трэтона, который убил чудовище Дахака, имевшего три пасти, три головы, шесть глаз, обладавшего тысячью сил, всесильного дэва — Друджа, опасного для мира, зловредного, созданного на погибель вещного мира, на погибель праведности миров».
Можно предположить, что образы перволюдей возникли из культа предков. По мере развития человеческого самосознания складывались предания о богатырях. В Авесте отразился цикл таких богатырских преданий о бактрийских родоначальниках и вождях (царях). Весь круг основных бактрийских богатырей упоминается в «Яштах» в главе, посвященной Ардвисуре Анахите. Рассказывается, как Ардвисуру славит и приносит ей жертвы сам верховный бог Ахура Мазда, призывая ее спуститься на землю со звезд, как ее почитают и добрые, и злые богатыри, каждый прося удовлетворить их просьбы.
Но Ардвисура милостива только к силам добра, и она помогает им одолеть силы зла и злых богатырей. Она исполняет несколько просьб: Ахуры Мазда — даруя ему Заратуштру; Хошйангха Парадата — даруя ему силы для победы над дэвами; Йиме она дарует власть над дэвами и людьми; Керсаспе — победу над драконом Гандарва; смелому Кавай Усан — власть над людьми и над дэвами. Она помогает Трэтоне, сыну Атвйа, одолеть ажи Дахаку; Тусу, восседавшему на коне, дарует победу над туранскими землями, а воинственному всаднику Заиривари — победу над Арджадаспом. Но она отказывает в помощи трехпастному ажи (дракону) Дахаке, пожелавшему уничтожить род людской; коварному туранцу Франграсйану, захотевшему похитить царственный нимб (Хварно), плывущий по озеру Ворукаша; Вандарманишу (брату Арджадаспа), стремившемуся уничтожить богатыря Кавай Виштаспа и его брата, всадника Заиривари.
В гл.19‑й «Яшт» внесена несколько бо́льшая генеалогическая четкость в характеристику этих богатырей–вождей. Действие главы развертывается вокруг борьбы за царственный нимб (Хварно) — божественное сияние.
Первым богатырем–царем был, согласно этой главе, Хошйангха Парадата (первозаконник). У него в течение долгого времени «пребывало Хварно, так что он властвовал над семью землями, над дэвами и людьми, над волшебниками и пэри, над властителями кавийскими и карапанскими, а две третьих мазанских дэвов и служителей лжи из Варны он уничтожил». Далее царствовал богатырь Тахма (бдительный или мощный), Урупай (лукавый, чародей); он, обратив духа зла Ангро–Манью (в греческой передаче — Ариман) в коня, оседлал его и объездил на нем из конца в конец всю землю. Далее царствовал Йима, владелец богатых стад. При нем бессмертны были природа и люди. Но он согрешил, связавшись со словом лжи, и Хварно трижды покинуло его в образе ястреба (Варган): «Когда отлетело впервые Хварно от Йима, сына Вивахванта, в образе птицы Варган, его схватил Митра. Когда оно отлетело во второй раз, его схватил Трэтона, самый победоносный среди победоносных, из дома богатырского Атвйи, который убил ажи Дахаку. Когда оно отлетело в третий раз, его схватил Керсаспа, сильнейший среди сильных мужей, который убил чудовище Срувар».
После этого описывается сражение за Хварно. Вначале за него бьются огонь — Атар и чудовище–ажи Дахака. Хварно опускается на дно Ворукаша, и за ним ныряет блестящий Апам Напат (водяное благое божество). Негодный туранец Франграсйан, сняв одежды, пытается, трижды ныряя, схватить Хварно, но это ему не удается, и он злобно ругается, после каждой неудачи умножая свою брань: «Ите ите, йатна, ахмаи, авате ита йатна ахмаи, авойа ита йатна ахмаи» (смысл слов непонятен). Наконец, Хварно достается роду кайянидов. Всего перечисляется восемь кайянидов, начиная с Кавай Кавата и до Кавай Сйаваршана. В царствование сына Сйаваршана — Кавай Хосрова — последний побеждает Франграсйана и мстит за предательски убитого отца.
