Словно начиненные взрывчаткой они просто вдребезги разнесли установки. Во все стороны полетели куски орудий. Молнии перекинулись с перьев на эти фрагменты и спустя долю секунды прозвучали десятки мелких взрывов, еще больше разнося и поджигая изломанные конструкции. Внутренний дворик за одно мгновение превратился в огненный ад. Магический огонь перекидывался на все что может гореть и увеличивался, но даже попав на жесткую землю продолжал жечь и не тух.

Крики раненых заполнили всё. Горящие заживо пытались сбить пламя. Кто словил осколки в тело пробовал перевязаться и под защиту зданий уйти. Я же замер следя за своим снарядом. Скорость он имел явно меньшую, да и стрельба вверх с каждым метром тормозилась банально гравитацией, но вот болт оказался рядом с птицей. По той траектории, что он двигался должен был аккурат в одно из крыльев попасть, но вспыхнула сфера вокруг неё.

Взрыв. Облако из красных жгутов энергии. Атаку отразила, но не полностью. Это стало ясно по раздавшимся спустя мгновение крикам птицы. Один за другим. От каждого пробегали мурашки и сердце сбивалось с ритма. Даже в таком простом действии противник закладывал какую-то недоступную для меня силу.

«Мне бы ещё два-три выстрела и возможно смог бы пробить её защиту и вынудить приземлиться»

Мысль только промелькнула, а в следующий момент её глаза сфокусировались на мне. Зрительный контакт с этой тварью словно в какое-то трансовое состояние меня перевел. Вокруг все замерло. Пламя. Осколки. Люди. Были только мы вдвоем. Ментальное давление сбросил и время снова продолжило свой естественный ход. Только теперь я знал, что она в первую очередь захочет прикончить меня.

«Вот пересидел опасности под защитой гильдии»

Островная империя Эон

Столичный округ, град Эон

Во вселенной жизнь принимает самые разнообразные формы. Из-за развития в разных условиях разум обретают существа не похожие друг на друга. И в теории миры должны быть населены совсем не похожими разумными, вот только в естественный эволюционный процесс вмешиваются уже существующие цивилизации. Планеты развивающиеся по пути технологии расселяются по галактике на своих кораблях. Миры идущие по пути магии осуществляют экспансию через порталы. Боги также рассылают свою паству с заданиями. Вот и получается, что во вселенной часто встречаются расы похожие друг на друга или даже относящиеся к одному виду.

Люди в определенной части вселенной считались одной из доминирующих рас, несмотря на их, казалось бы, слабость. Короткая жизнь по сравнению с эльфами, и даже гномами, заставляла разумных более активно себя вести и искать возможности по продлению своей жизни. При этом поток веры для богов ничем не отличался от эльфов молодого поколения, не преодолевших первое тысячелетие, а вот скорость роста населения в несколько раз превышала долгожителей. Кто-то презрительно сравнивал людей с крысами либо шакалам, что плодились, жрали и дрались со всем, что не интересовало Старшие расы.

Для тех кто посетил несколько миров это может быть открытием, но даже на уровне Богов держащих паству среди людей больше. Вот только как люди в любом мире конфликтуют между собой, так и боги переняли это у своей паствы и ведут войны постоянно. Ведут войны между собой, а не с общим врагом.

Упавший кусок другого мира приковал внимание всех в секторе. Ещё не прошли сутки, а движения пошли среди основных игроков. Последователи Ло и Гра быстрее устремились к цели, а вот островная империя не могла так оперативно пригнать свои силы. И что удивительно жрецы больше владели информацией, чем их конкуренты, но ресурсов ей воспользоваться не имели.

Вилла, расположенная на скальном выступе, была одной из многих загородных резиденций правителя Эон. Император сам являлся жрецом Афилы и вёл ритуалы подношения и восхваления, в отличии от материковых империй. Парад планет позволил подготовить особую жертвенную печать. Под виллой в скале был выдолблен огромный зал, в котором её и разместили. Три десятка разумных стояли на коленях в узловых местах, а за их спинами застыли безликие жрецы. Каменные маски имели лишь узкие прорези для глаз, всё остальное было заполировано в гладкую зеркальную поверхность. Мешковатые балахоны с редкими знаками скрывали фигуры. Сторонний наблюдатель не мог бы распознать кто скрывается под всем этим.

В отличии от «безликих клинков» богини Афилы, первожрец был облачен в белые с золотом одежды, а на голове располагалась корона с кристаллами. Редкие магические камни позволяли аккумулировать энергию и сейчас служили одним из источников энергии для творимого действа. Способные чувствовать или даже видеть потоки тонких энергий, распределенные сейчас в помещении, отметили бы устойчивые каналы между камнями и приготовленными жертвами.

Жреческая магия в своей основе часто имела вербальную составляющую и культ Афилы в этом не являлся исключением. Низкий голос расходился волнами от облаченного в белое по залу, отражаясь от стен и эхом накладываясь на следующие слова. Энергия веры, вплетаемая в слова, с каждой восхваляющей фразой поднимала концентрацию силы. В какой-то момент, повинуясь знакам ведущего, жрецы в масках перерезали горло жертвам и толкнули агонизирующие тела вперед. Сами же отступили подальше от печати и начали покидать зал.

Кристаллы засияли и начали пульсировать. Слова словно молоты били по реальности. Кровавая энергия жертв дополняло всё происходящее, внося свой грубый след. В зале где нет и намека на ветер, одежды первожреца дергались в разные стороны, будто он попал в шторм. Само пространство реальности начало смазываться и трансформироваться в место силы. Место, где мир физический сливался с духовными и астральными слоями реальности.

В момент наивысшей концентрации всех сил, перед жрецом прошла трещина в пространстве и из нее показалась женщина. В два раза выше своего жреца, одетая в полупрозрачную легкую тунику, не скрывающую почти ничего под ней, для непосвященного могла олицетворять богиню любви и разврата, но, хоть она это дело любила не меньше, битвы и победы над врагами её заводили сильнее. А как известно довольная богиня — щедрая богиня.

— О прекраснейшая Афила, озари нас своей мудростью и благословением! Прими же нашу жертву и не оставь слуг своих! Укажи путь во тьме заблуждений и сомнений! Да…

— Да хватит заливать Асториус, здесь нет уж твоих безмозглых подчиненных. Жертву принимаю, хорошо потрудился.

— Во славу твою щедрейшая Афила.

— Да, во славу мою… ты что-то уже сделал по произошедшему вторжению в наш мир?, — в один миг рядом с ней появилось ложе, покрытое шкурами и богиня грациозно на него присела, — или этим занимался?

Первожрец и император в одном лице, тот от взгляда которого дрожали и склоняли голову все кланы и рода империи Эон, сам испытал похожие чувства. Вроде бы и жертву хорошую принес, а всё равно будто виноват. С богами тяжело, а уж если они являются женщинами возвысившимися до этого уровня — особенно.

— Мы послали приказы для наших отрядов, кто находится ближе всего к месту происшествия, но это в землях Ло. Нужно время, чтобы даже им добраться. Как бы не хотелось, последователи Ло и Гра быстрее будут.

— Хорошо. Это очень хорошо, что уже направил. Из-за падения в зоне их влияния они уже потратили значительную часть сил, а при стабилизации барьеров на границах они растратят остатки. Шансы у вас есть.

— О мудрейшая, скажи, что именно нам там искать. Что-то конкретное?

— Я же тебе сказала — город к нам попал. Или ты не понял?, — тонкие брови сошлись на переносице, но более ничем она не выразила возмущение.

— Прости меня. Я имел ввиду именно в городе? На что больше внимание направить и вырвать из рук еретиков добычу?

— Жертвы иного мира будут вкусны, не спорю, а так именно мне это единственное, что ты можешь дать. Остальное может помочь тебе усилить свою империю и победить приспешников моих противников.