Тайсон мягко схватил меня за руку, останавливая. Затем, повергнув меня в шок, сказал:

— Давай, красотка, я отнесу тебя, — и наклонился, чтобы обнять меня. — Ты сейчас немного медлительна, а нам нужно было добраться туда пять минут назад. Кристофф — скользкий ублюдок, и он продолжает ускользать из наших рук.

Одним плавным движением он подхватил меня на руки и прижал к себе. Я приглушенно вскрикнула и вцепилась в его мощные плечи. В отличие от Джессы, я не привыкла к тому, чтобы меня таскали с собой по работе.

Моя близняшка ухмыльнулась мне.

— Просто смирись с этим, девочка. Ты не сможешь с ними бороться. Они используют ямочки на щеках и грубую силу, чтобы добиться своего.

Я фыркнула.

— Тебе просто повезло, что я усталая и толстая. Иначе я бы надрала тебе задницу, Тай… и я не такая уж тугодумка.

Тайсон только усмехнулся и обнял меня крепче.

— Мы тактильные парни, тебе просто придется привыкнуть к нашим мужским манерам.

Это было как раз то, что нужно. Я не хотела привыкать к этому, а потом снова лишаться этого. Каким-то образом эти супы постепенно проникали во все уголки моего мира.

И мне это начинало нравиться. Сильно.

Мы вышли за дверь так быстро, что у меня закружилась голова. Несмотря на то, что я прилично прибавила в весе за время беременности, Тайсон не выказывал никакого напряжения, когда нес меня.

Было по-прежнему холодно, но появились первые признаки весны. Огромные акры лесов, граничащих со Стратфордом, уже расцветали. Мне нравились волчьи бега, которые мы устраивали в последнее время. Отсутствие кровожадного короля-дракона, контролирующего меня, действительно высвободило мое время для других веселых занятий.

Когда мы увидели силовое поле, окружающее наш город, у меня внутри все сжалось от волнения. Я чуть не вздохнула, когда на опушке леса появился Луи. Абсолютно великолепный колдун, со светлыми волосами и завораживающими фиолетовыми глазами, терпеливо ждал нас.

Я находила Луи такой аномалией. Если бы я никогда не видела его, а только слышала, как он говорит, или чувствовала его силу, я бы ожидала, что он будет выглядеть как маленький сморщенный колдун — что-то о том, что он все знал, все мог сделать и обладал древней силой, от которой у меня буквально ныли кости. На нем было все, что не подходило к образу модели нижнего белья Calvin Klein. Он был высоким, не таким массивным, как Компассы, но определенно не лишенным телосложения. На вид ему было около двадцати восьми лет, но я знала, что ему далеко за сто. Супы действительно хорошо старели. Мы не начали выглядеть старыми, пока нам не исполнялось лет восемьсот или что-то в этом роде.

Сила Луи ударила меня по лицу, когда мы приблизились к нему. Вместе с четверняшками Компассами, не было ничего, что могло бы превзойти этих пятерых. Что было облегчением, ведь у меня был тот, кого нужно защищать.

Я все еще не могла понять, какого черта Кристоффу Крассу было нужно. Он был лидером совета пользователей магии до того, как к власти пришли четверняшки. Хотя, на самом деле, он потерял свой пост задолго до этого, за попытку подставить и убить мальчиков, чтобы сохранить свою власть. Он был настоящим профессионалом.

За последнюю неделю колдуна неоднократно видели, и теперь ребята пытались справиться с этим, а также освоиться со своими новыми обязанностями.

Мы только что закончили одну войну, и будь я проклята, если в ближайшее время к нашим ногам свалится еще одна. Но у меня было странное чувство, что на нас надвигается что-то серьезное, и я очень надеялась, что мы все подготовлены к тому, чтобы справиться с этим. В моей душе вспыхнули новые материнские инстинкты. Я бы защитила своего ребенка или погибла, пытаясь это сделать. Это было первое обещание, которое я дала ребенку, когда узнала, что беременна, и оно же должно было стать и последним.

Глава 3

Максимус Компасс

Я быстро пришел к выводу, что люди — гребаные идиоты.

До недавнего времени я никогда не проводил много времени в их присутствии. Иногда нам приходилось пробираться в обычный мир, чтобы преследовать преступников-супов, но это редко требовало длительного пребывания среди местных жителей. Так было лучше; в нас было что-то совсем другое, и это пугало людей. Им не нравилось все, что не поддавалось легкому объяснению. Гильдии были единственными, кто мог справиться со знанием нашего мира. Они родились в нем и всю жизнь готовились к своей роли.

Я бродил по людским улицам уже неделю, медленно пробираясь домой, но умудряясь найти достаточно развлечений, чтобы отвлечься, и это определенно заняло у меня больше времени, чем ожидалось. Чрезмерное количество бесчестных людей не давало мне покоя.

За время, проведенное вне Стратфорда, я спас многих представителей этой недолговечной расы от изнасилований, пыток, грабежей и жестокости. Сначала я не обращал на них внимания, не желая вмешиваться, но в конце концов ярость берсерка внутри меня потребовала выхода.

Подобно тем дерьмовым людишкам, от которых я питался, я по натуре был склонен к насилию, в гораздо большей степени, чем они. Я был кошмаром, скрывающимся в тени их мира. До недавнего времени я направлял свои порывы туда, где это могло принести больше пользы и причинить меньше боли. Я всегда был добровольцем в розыске преступников. Но теперь мне было все равно. Я оставлял за собой кровавый след.

До сих пор я не убивал никого из людей, для них это было бы слишком легко. Я решил ослабить и напугать их до смерти, превратив в зассанные джинсы и раздробленный разум. Всю оставшуюся жизнь они были бы заняты поисками меня.

Не то чтобы я задерживался поблизости. Каждый день я двигался дальше. Бег был моим освобождением. В тот момент, когда я замедлился, мой разум напомнил мне, что от кошмара не избавиться.

Я начал это путешествие высоко в Канаде, направляясь к восточному побережью Америки. Теперь достопримечательности вокруг были мне знакомы. Я вернулся в Коннектикут, и с наступлением зимы вокруг меня зацвели дремучие леса. Я был примерно в дне пути от Стратфорда, даже меньше, если бы старался изо всех сил, но этого не случилось. В тот момент, когда я вернусь, я больше не смогу сдерживаться. Огонь, сжигающий мою грудь, вырвется на свободу, и я буду поглощен.

Когда я проходил по маленькому городку, лица поворачивались в мою сторону. Я часто сталкивался с этим среди людей. На самом деле не знаю почему. Вероятно, потому, что большинство из них были мелкозадыми панками, и они боялись гигантских, сердитых мужчин среди них.

Скорее всего, это было связано с тем, что я выглядел как полное дерьмо. Душ и смена одежды были бы кстати, я украл свой последний комплект несколько дней назад. Все, что у меня было с собой, — это разряженный сотовый. Батарейка села несколько дней назад. Поначалу это было здорово, потому что никто не мог меня найти, но потом я начал беспокоиться. Была причина, по которой я всегда настаивал на том, чтобы Джесса держала свой телефон при себе. Если что-то пойдет не так, у меня не будет другого способа связаться с ней.

Вероятно, это был хороший знак, что я беспокоился о своей стае. Это означало, что я начал вспоминать, что я был не единственным мудаком в мире, который понес утрату. Частью процесса скорби было проявление чистого эгоизма. Я не хотел ни с кем больше общаться, поэтому ушел. Я просто хотел побыть наедине с собой, но это начинало меня чертовски раздражать.

Я вспомнил последнее сообщение Джессы. Она упомянула медведей и переворот. Было ли это связано с их неспособностью найти лидера в совете? Конечно, они не стали бы пытаться противостоять Брекстону.

Если бы они это сделали, это решило бы множество проблем. Бросая вызов дракону, ты с таким же успехом можешь напороться на свой собственный меч. Чистое самоубийство. Особенно когда наша Джесса была с малышами. Мой брат собирался с ума сойти, защищая ее прямо сейчас.