С Тоней они жили достаточно хорошо и дружно. Антон и Антонина, многие указывали, что они похожи не только именами, но и вообще во всём: возраст, статус, уровень образования, ну и внешность.

Они были довольно счастливой семьёй, а через год после свадьбы ещё и родили сыновей-близнецов — их главный дивиденд. Антон в те времена особых звёзд с неба не хватал, работал в среднем звене, и всё, что было у них — тоже средненькое. Машина, жильё, зарплата… Но счастья, кажется, было побольше. А потом случилось то, чего они не ожидали: один из проектов Игнатьева «выстрелил», и он впервые в жизни решил рискнуть, открыв своё дело.

То ли судьба любит новичков, то ли проект и вправду оказался стоящим, но в семье завелись деньги. Машина сменилась на дорогую, квартира тоже подросла в квадратуре, да и район теперь был другой, престижный. У сыновей появились гаджеты и возможность посещать те секции, о которых они раньше только мечтали. Но больше всего деньги изменили Тоню. А может и не изменили, а просто открыли её истинную сущность, но женщина вдруг поняла, что из среднестатистической может превратиться в красивую. Или и вовсе роскошную.

Вначале это были какие-то рядовые процедуры навроде ботокса, нарощенных ресниц и татуажа бровей. Спа-салоны стали обыденностью, а дальше в ход пошла и пластика: губы, нос, едва заметные коррекции формы ушей. Грудь стала больше, а вот жирок с живота наоборот, ушёл, и дело было, разумеется, не в посещении тренажёрного зала и диете. Косметолог и хирург видели женщину чаще, чем муж и сыновья, которые как-то постепенно перешли под крылышко бабушки, но и этого Антонине оказалось мало. В какой-то момент Игнатьева решила, что прежний, посредственный и скучный муж, её, такую яркую, попросту недостоин.

О том, чтобы заранее подписать брачный контракт, Антон не подумал, поэтому при разводе Антонина получила половину всего. Тринадцатилетние близнецы же остались на попечении отца, ведь мать в тот момент увлеклась как раз новым мужчиной, молодым и весьма эффектным. И вполне пронырливым, потому как уже через полгода от её откупных осталась весьма скромная сумма. Пару лет назад Тоня даже пыталась возвратиться к бывшему мужу, но Игнатьев в этом вопросе оказался непреклонен. Теперь он искал себе женщину совсем другого склада, и сразу обратил внимание на мягкую Васильеву с её чудесным голосом, изящными пальчиками и милой скромной улыбкой.

Материнство девушку украшало. Конечно, Антон бы предпочёл, чтобы родила она уже от него, но в принципе они ещё с этим успеют — в его возрасте не поздно, а ей так и вовсе сам бог велел выносить второго. Или вообще дочку — как раз недостаёт до комплекта. Да и мальчишка у Татьяны в принципе хорошенький и ладный, о таком можно и позаботиться. Ещё бы и с отцом его вопрос решить…

— Ты очень задумчива, — отметил Игнатьев, глядя на свою спутницу. Та действительно периодически бросала взгляды на лежащий на столе телефон. Хотя, к её чести, ни разу не взяла в руки. — Переживаешь из-за сына?

— Немного, — призналась Таня, опять смутившись. — Всё-таки сегодня я впервые оставляю его одного так надолго.

— Ну он же не один, а с няней, — не согласился Антон. — Как я понимаю, эта женщина мастерски обращается и с малышом, и с хозяйством.

— Да, Сашенька сейчас с няней и с отцом. Они должны справиться.

Ещё один глоток чая, и девушка даже не замечает, как слегка поморщился её собеседник.

Про Сашиного отца Антон Валерьевич Игнатьев узнал случайно, когда приехал впервые пригласить Татьяну на свидание. После тех посиделок в апреле прошла неделя, и мужчина решил заглянуть в гости к симпатичному дизайнеру и пригласить немного посидеть в кафе. Днём и в субботу — что может быть пристойнее? Тем более, что адрес Тани он прекрасно знал.

В конце февраля они с Васильевой столкнулись на исходе рабочего дня на парковке, где и выяснилось, что у девушки проблема с ключами от машины. Дома, разумеется, есть запасные, но до них ещё предстоит добраться, а у такси сейчас как раз час-пик. Недолго думая, Антон предложил Татьяне свои услуги, и дизайнер хотя и поколебалась немного, довольно быстро дала согласие. Таким образом Игнатьев убил сразу двух зайцев: заполучил себе полчаса уютной беседы в собственной машине, и узнал, где именно живёт Таня. Он бы не отказался и отвезти её назад к офису, подтверждая статус доблестного рыцаря, но встречать девушку вышла та самая экономка, да ещё и с мальчишкой на руках. Само собой, дизайнер мгновенно переключилась в режим ответственной мамочки, и к своему автомобилю предпочла отправиться не с ним, Антоном, а на такси. Мол, у водителей есть детские кресла, а оставлять малыша ещё на два часа ей не хотелось. Обидно, конечно, но это ей мужчина с лёгкостью простил. А ещё, запомнил адрес и полтора месяца спустя приехал пригласить на свидание, раз уж теперь они не связаны работой и могу позволить себе выйти за рамки отношений подчинённая-начальник.

Ему очень понравился домик Васильевой — маленький, но аккуратный и уютный, как и сама женщина. Сразу видно, что ко всему она подходит с душой, и именно такую хозяйку уже в свой собственный дом искал Игнатьев. Было бы здорово, возьмись она за воспитание и его сыновей, но те уже давно выросли в здоровых семнадцатилетних лбов. Оставлять таких в одном пространстве с женщиной, которая всего-то лет на десять их старше, могло быть чревато всякими последствиями. Нет уж, пусть лучше пересекаются поменьше хотя бы первое время.

— Михаил хорошо справляется с сыном, — продолжила Таня какие-то собственные мысли.

— Ты сказала ему, что будешь со мной?

Вопрос с подвохом, разумеется, и для Антона был весьма важен ответ. Но девушка только пожала плечами, то ли не понимая намёка, то ли делая вид.

— Мы не обсуждаем личную жизнь друг друга, — сообщила она спокойным тоном. — Вообще ничего, помимо сына — я ведь говорила.

Говорила. Но это не означает, что Игнатьев не волновался. Это волнение поселилось в его душе с той самой злополучной субботы, когда приехал к Тане пригласить её на самое свидание, но почти одновременно к тому же домику подъехало и авто директора рекламного отдела Михаила Максимов, с которым Антону также приходилось плотно работать весь проект. Даже плотнее, чем с самой дизайнером.

«— О, вот и папаня подъехал, — выдала экономка Татьяны, которая стояла чуть сзади удивлённой визитом Игнатьева девушки и держала пацанёнка на руках. И продолжила намного громче, стоило Максимову выйти из машины. — Мишань, ты вовремя! Танюшку тут на свидание пригласили, а я одна с мальчиком могла бы и не справиться.»

Пауза вышла неловкой для всех. Вообще-то Татьяна своего согласия пока не давала, и теперь застыла, смотря на гостя чуть нахмурено.

«Понял, — кивнул Максимов. — Разумеется, помогу.»

В его взгляде на Антона не было ни ревности, ни недовольства, ни презрения. Просто спокойное равнодушие, и это слегка пугало.

Они обменялись едва заметными кивками, проигнорировав рукопожатия, и Михаил, перехватив сына, скрылся в доме первым. Татьяна же некоторое время стояла, смотря куда-то перед собой, но через пару секунд обратилась к Антону.

«— Если твоё предложение ещё в силе, то нужно ли мне переодеться? — уточнила она, почти не выдавая эмоций, и осторожно пригладив подол серого тонкого платья. — Или мы можем просто сделать вид, что тебя здесь и не было.»

Заманчивое предложение. Можно было бы всё и свернуть, но этой своей зрелостью и тем, что оставляет последнее слово за ним, Таня опять прибавила себе очков. И потому Антон, недолго думая, сообщил, что по-прежнему будет рад, если она поедет вместе с ним в кафе, а платье подойдёт к заведению идеально.

Почти треть пути они проехали молча, но стоило оставить коттеджный посёлок за спиной, как девушка не выдержала и предложила задавать вопросы. И пообещала честно на них отвечать.

Разумеется, Игнатьеву было интересно узнать про Михаила и его статусе лично для женщины: после такой сцены и вопросов не возникало, кто именно является отцом маленького Саши. Другое дело, что у мальчика была фамилия матери, да и о факте отцовства Максимова большинство вроде как не в курсе.