— Что это? — спросила она официанта, когда тот поставил второй стакан апельсинового сока рядом с первым, к которому она едва притронулась.

— Привет от молодых людей, — с улыбкой ответил он. — Они попросили принести вам стакан того, что вы пьете, и сунули мне чаевые.

Нина едва сдержала улыбку и посмотрела в сторону столика друзей.

Несколько холеных молодых физиономий примирительно улыбались ей. Все, за исключением Сережи, теперь он сгорбился, помрачнел и выглядел растерянно, словно его застали в незапертом туалете.

— Передайте им большое спасибо от меня и... и скажите, что я уезжаю.

Это несколько напоминало побег, зато они уж точно не продолжат выяснять отношения в ресторане.

К тому времени как официант унес опустевшую тарелку, Нине надоело пялиться перед собой и осмысливать по несколько пунктов в обоих столбцах. Вскоре она поняла, что в ее нынешнем состоянии, она вряд ли может быть объективной как насчет глупой перепалки с Сережей, так и относительно их взаимных чувств. Поэтому она оставила виртуальный список до лучших времен и проверила телефон, чтобы убедиться в том, что на ее вызов точно едет машина. Оставалось посетовать, что управлял ею какой-то чрезвычайно нерасторопный таксист.

Но тут рядом снова появился официант с третьим стаканом апельсинового сока.

— С приветом от молодых людей, — повторил он на этот раз закатив глаза и ухмыляясь,

и тут же торжественно добавил: — Сергей просил передать, что вас любит.

Бармен, суетившийся за стойкой, очевидно знал о проделке ребят, потому что не сводил веселых глаз с Нины, как, впрочем, и те мужчины, сидевшие рядом с ней и явно слышавшие речь официанта.

Нина против воли покрылась румянцем и оглянулась, обнаружив, что несколько пар за ближайшими столиками откровенно улыбались, а те, кто сидел рядом с ее однокурсниками, открыто наблюдали за ней, все глазели на нее, если не считать того Олега, от которого она демонстративно отвернулась.

Красневшая не за себя, а за друзей, Нина серьезно взглянула на них и медленно покачала головой. Но все же улыбнулась, чтобы окончательно не испортить пьяным дуракам настроение своим отказом, и снова проверила телефон. Рука ее слегка задрожала, она отметила, что начинает нервничать. Но вдруг из зала донесся дружный нетрезвый смех, нарушавший выступление музыкантов. Чертыхнувшись, Нина сунула телефон в сумку и подняла голову.

— Привет от молодых людей, — объявил официант, поднося четвертый по счету стакан с соком.

— Отнесите обратно и передайте, что я не желаю это принимать, — резко бросила Нина и, одарив извиняющимся взглядом остальных посетителей, надела сумку на плечо, готовая в любой момент выйти.

Такси можно подождать на улице, что она и намеривалась сделать, как только получит куртку в гардеробе.

Официант поставил стакан на столик и сурово оповестил шутников:

— Девушка больше не желает апельсинового сока.

Стараясь не слишком откровенно злорадствовать при виде явного разочарования парней, Олег от нечего делать снова решил углубиться в проект здания библиотеки, который днем позабыл в ресторане, а услужливый бармен вовремя смахнул наброски под стойку. Именно из-за этих бумаг ему пришлось вернуться, и он об этом ни капли не жалел. Но правда была в том, что он ни на секунду не забыл о ее присутствии даже во время перепроверки своих чертежей. Воспоминания о ней, танцевавшей в его объятьях, о терпкой сладости улыбок и неумелом флирте не давали ему расслабиться весь последующий час. Весь прошедший час, устроившись у стойки принадлежавшего ему бара, он искал возможности не думать про Нинель.

И сейчас, когда он искал огрехи в проекте, щурясь от светомузыки, чтобы гости отдохнули, ее музыкальный смех колокольчиками звенел в ушах. Олег тряхнул головой, словно пытался отделаться от неотвязных мыслей, а она вдруг снова напомнила о себе возмущенным окриком, таким эмоционально насыщенным, что Олег выпрямился и отложил ручку. Он больше не мог игнорировать эту девушку, не мог отвести от нее взгляд. Теперь он оглядывал ресторан и она била его по лицу. Рыжая. Цвет энергии всегда красный. Рыжеволосые женщины всегда заставляли его вспомнить, что он полон энергии, полон творчества, насыщен жизнью. Его пятно под носом было красным, цветы в вазах красные, заходящее солнце красное. Все, что он считал насыщенно живым, он окрасил красным. Потому что, он снова любил, через него вновь проливалась жизнь.

Присматривая за Ниной, он решил позвонить секретарше, чтобы уточнить сроки сдачи своей работы, но тот самый Серега, который стоял теперь костью поперек горла, перехватил его взгляд и рискнул спросить совета у старшего, более опытного мужчины. Подавшись к Олегу, он беспомощно поднял руки и задал свой вопрос:

— Это вы виноваты во всем. Теперь скажите, что бы сделали вы на нашем месте?

Раздраженный помехой, Олег с дежурной разборчивостью осмотрел стакан неаппетитного апельсинового сока и ответил:

— На вашем месте я добавил бы сюда дольку лимона и сухой мартини. Затем он судорожно обернулся на Нину и добавил: — А также попросил, чтобы принесли лед.

Глаза парней недоверчиво сузились.

— Точно! — первым отмер и взволнованно воскликнул Андрюха, с каждой секундой все более дружелюбней глядевший на него.

Как по команде парни вопросительно уставились на запыхавшегося официанта, стоявшего неподалеку и делавшего вид, что проверяет чеки.

— Ну, помоги им, — просительно пробормотал Олег.

Официант поколебался, вздохнул и кивнул ему:

— Ладно. Один коктейль.

Парни прыснули от азарта, пьяно хлопая друг друга по рукам. Андрей слева, перегнувшись через Свету и смеясь, громко признался Сереге:

— Я бы на твоем месте тоже за Нестеровой бегал. Черт, будь она не с тобой, сам бы подкатил к ней. Классная девочка!

Олег, окончательно разозлившись, оставил бесплодные попытки сосредоточиться на проекте и поискал взглядом официанта, чтобы закрыть счет этой классной девочки. Но официант уже ушел на кухню. Нина тоже исчезла из вида.

Не подозревая о страстях, воцарившихся у барной стойки, Нина пробиралась сквозь столики к выходу. Она ушла даже не попрощавшись, и сердце все сильнее сжималось от тоски.

Позвонить завтра соседу, вести себя как ни в чем не бывало.

Свитер того мужчины… симпатичный черный свитер. Просто одежда, в которой его глаза казались еще серебристее… Какие удивительные глаза у него были! Внимательные глаза, как у художника, решившего написать портрет. Больше она никогда их не увидит.

В сумочке сработал телефон и тут девушка с радостью осознала, что ее ожидает такси. Нужно немедленно выбираться отсюда!

Она просочилась сквозь тела танцующих, притормозила и сжала в кулаке бирку как раз в тот момент, когда официант встал перед ней с подносом, а со стула слез тот мужчина и направился к ней.

— С приветом от молодых людей, — в который раз повторил официант.

— Коктейль — это здорово. А вот преграждать мне дорогу подносом — нет, — бросила она официанту. — Видел бы все это безобразие ваш директор!

— Он видел, — поспешно заверил официант.

— В таком случае где же он? — не унималась Нина, уже мало заботясь о том, что все в ресторане, а возможно, и в гардеробе навострили уши с очевидной целью узнать, что она на это раз сделает с напитком.

— Я здесь, — признался догнавший ее и вставший рядом Олег.

У Нины внутри все вздрогнуло, а тело напряглось будто сжатая пружина. Весь вечер этот тип не отходил от нее дальше чем на пять метров, караулил как сторожевая овчарка, а теперь еще и провожать решил. Что ему от нее нужно? После того, как намеренно скрыл правду о своем статусе, он так действовал ей на нервы, что она просто лишилась способности связанно ответить отказом на самое простое предложение о выпивке, обращенное к ней.

— А я-то думала, вы достаточно взрослый, чтобы участвовать в подобных проделках.

Нина решительно отказывалась взглянуть на Олега, но все же достаточно громко пробормотала: