Вопреки ожиданиям, Богдан пришел в себя и даже смог продолжить путь, но, естественно, осознание того, что всю его руку, которой он вляпался во внутренности корня, поразила какая-то чума, не добавляло ему радости. Небо уже окончательно потемнело, но света для продолжения пути было достаточно. И хотя мы быстро дотащились до рощиц нормальных деревьев, сквозь плотную листву которых стрекозы вряд ли бы протиснулись, но Антон продолжал тащить нас вперед. Я тоже смог прочувствовать на себе последствия нескольких «укусов». Тело начало деревенеть. И именно поэтому упал вначале Матвей, а потом и Богдан. Но в моем случае, паралич так и не смог развиться, а одной небольшой волны силы от Алисы хватило для его нейтрализации.

И лишь когда вокруг, наконец, исчезли летающие твари, мы завалились внутрь какой-то рощи, которую я предварительно прошиб волной вибрации, чтобы спугнуть тварей. А больше сил у нас ни на что не оставалось. Только повалиться на землю и стонать. Но даже последнее было чрезмерной роскошью, ведь так мы могли накликать тварей.

— Мой тигр здесь может сторожить! — Произнес Бактияр, и я, услышав это, просто лег и отрубился, перестав удерживать свое сознание активным.

Глава 26

Конец пути

Место действия: Паутина миров

Время действия: 24 мая 2060 года

Сон был тяжким и муторным, всё тело пронзали разряды боли от нагрузок и беспрестанного поглощения кристаллов вчера. Разум был подобен густой патоке, жирно замешанной со все той же болью.

Несколько раз я просыпался, в том числе и когда к нашему укрытию в густых зарослях высокого кустарника приближались твари бездны, те самые чужие.

Но с ними легко справлялся Бактияр, что выглядел самым свежим, а его тигр, кажется, остановился только сильнее с каждой победой, и остальным даже не нужно было вступать в бой. Я было хотел также добавить к своим трофеям еще немного, но понял, что не смогу этого сделать. А если и смогу, это будет глупой идеей. В таком состоянии меня легко накроет кислотным снарядом, от которого я не увернусь. А многие так и вообще не просыпались, я же только приоткрывал глаза контролируя обстановку, но когда понимал, что всё закончилось, то опять погружался в глубокий сон, нарушаемый только болью.

Подскочил я резко, когда рядом со мной раздался какой-то странный шепот. Попытался нащупать меч или дробовик, но так и не смог этого сделать, так что просто вскочил, пытаясь ухватиться за кристаллы, но дрожащие руки не смогли достать и их. А воспаленный разум, заторможенно, только через секунду с каким-то отстранением понял, что передо мной, в толще густых веток, в мою сторону пробирается фигура. Фигура Йоханы, что мы оставили умирать с разлагающейся от яда грудной клеткой.

Сейчас же ее тело, какое-то серое и безжизненное, было опутано десятками лиан, пульсирующих бордовым свечением. Вместо глаз пылали алые провалы, в которых что-то копошилось, а из открывшегося рта вдруг выпорхнули мелкие стрекозы, тут же расползающиеся уже внутри кустарника, что служил нашей от них защитой. Тело сковало липким ужасом, и кристаллы, уже зажатые в пальцах, так и не смогли впитаться под кожу, оставляя меня наедине с этим чудовищем!

— Ты! — Мертвецкий скрипучий голос заорал во всю глотку! Это ты оставил меня умирать! — Прокричал труп, а потом ее рука дернулась, хватая меня за гортань и вырывая ту. После чего мертвое лицо рвануло вперед, гнилыми зубами впиваясь в разодранную плоть, и я повалился на землю, ощущая, как жизнь покидает тело, чтобы оставить после себя только беспросветную тьму. Только смерть, после которой уже не будет ничего!

— А! — Вскочил я, просыпаясь и понимая, что это был лишь сон. Но, похоже, ужас всего происходящего догнал и меня. И каким бы крепким я себя ни считал, но вот, кошмары добрались и до моего разума.

— Что? Андрей? — Рядом завозилась Алиса, с которой, кажется, мы спали в обнимку. Но места внутри густого кустарника было крайне мало.

— Ничего. — Отмахнулся я, выбираясь наружу, где у небольшого костерка сидели Антон и Бактияр.

— Какие планы? — Спросил я, прикладываясь к бутылке с водой и оценивая обстановку. В округе валялось еще четыре трупа чужих, но больше врагов не наблюдалось. Да и наши все были живы и целы, если не учитывать Богдана.

— Ты вовремя. Проверь, как нам далеко до цели. — Хмуро поприветствовал меня Лейтенант. И я не стал спорить, присев, и борясь с оставшимся головокружением, подключился к коптеру, взмывая в воздух и направляясь вперед.

Небо уже светлело, но ночи тут вообще, кажется, были короткими. Остальные тоже пробуждались. Вот вновь поднялся Богдан, начиная стонать. Он уже был вне кустарника, а значит, пришел сюда недавно, но снова лег спать.

— Ты как? — Спросил я, уже искренне переживая за парня. Все же, получить такую заразу было ужасно. И я, борющийся с чем-то подобным уже давно, прекрасно его понимал. Только у парня вообще могло не быть никаких шансов на выздоровление.

— Хреново! — Просипел он, и тут же перевел взгляд на свою руку, которая стала выглядеть только хуже. Зрелище это было просто ужасным. Черная корка осыпалась, и теперь сквозь ожог проступали яркие прожилки оранжевого цвета, явно не могущие быть ничем хорошим.

— Может отрубить руку? — Предположил я.

— Поздно. — Сухо заявил Лейтенант. — Уже думали. Но эта зараза пошла уже на грудь. — После чего опустилась тишина. И в ней я снова вспомнил Йохану. Ее взгляд, пронзительный и наполненный мольбой. Да, тогда я не смог бы ей помочь. Но мы все вместе могли подольше поохотиться на крокодилов, получить еще пару-тройку свитков с покровами, снабдить ими всех! И тогда!

— Жаль Йохану. Мы ведь реально могли добыть техник на всех. — Произнес я, присаживаясь у костра и начиная испытывать муки совести. Из-за нашей спешки умер человек. Тяжело умер. И это отзывалось во мне дикой скорбью.

— Не загоняйся! — Сухо ответил мне Военный. И я было открыл рот, чтобы что-то еще высказать, но не стал. Вслед за мной вышла из кустов и Алиса. Теперь спали только Матвей и Филип. Девушка присела рядом со мной, уставившись в костер пустым взглядом.

— Вспоминаешь ее? — Угадал я. И хотя это был уже третий труп, оставленный нами, но почему-то только сейчас стало так тяжело. Может потому что весь ужас ситуации начал доходить, вытесняя адреналин. Может потому что Финляндка ощущалась частью отряда, работала вместе со всеми, отстреливалась. Она не была обузой как Григорий или как первая женщина, чьего имени мы даже не узнали. И теперь она умерла. Умерла из-за нас. Быть может, даже нескольких новых звезд ей бы хватило, чтобы выжить, но мы ей этого не дали. И глупо было перекладывать всю вину на Антона. Захоти я, и я мог бы настоять на выделении ей кристаллов…

— Да. — Односложно ответила Алиса, после чего мы сидели молча.

— Вижу портал. Примерно семь километров. Связь начинает сбоить. — Мою хандру прервала картинка с дрона, на которой я разглядел сферу портала. И все вокруг разом оживились.

— Всего семь километров! — Антон сжал кулак, вставая. И тут же проревел. — Подъем! — От его вопля завозились и Филип с Матвеем, а через пять минут мы все уже были готовы!

— Осталось совсем немного! Семь километров! И этот ад закончится! — Произнес он, и я прямо ощутил, как вокруг заискрило воодушевление. Да что таить, и с моего лица не сползала улыбка. Нам осталось совсем немного! Напоследок Алиса влила в каждого небольшую порцию жизненной силы, и это явно добавило бодрости. После чего мы отправились в последний марш-бросок. И даже гористая, крутая местность, изрытая валунами, нас не особо останавливала. Топали мы с превеликим энтузиазмом.