Я положил к нему папку, и подвинул телефон ещё ближе к нему.

— Вообще, хотелось бы доставить всё быстро, — тем временем говорил он. — А оформим вчерашним числом. Конечно, оплата будет позже, но…

— Мы всё понимаем, — сказал я. — И готовы работать гибко.

В кабинете жарко, он потел, и я тоже. Но я ещё понемногу задерживал дыхание, насколько мог, и напрягал мышцы на животе, чтобы это не было заметно. Чуть-чуть, чтобы не выдала гримаса.

Но Толик сам по себе достаточно бледный, и мне нужно, чтобы Шустов заметил, что я раскраснелся.

Но какую вещь использовать бы на его столе? Что-то, что всегда лежит здесь, но чем он пользуется редко, и чтобы не сдвинул случайно. А как насчёт…

— Суть в том, — начал он, но нахмурился, посмотрев на меня. — С вами всё хорошо?

— Да, всё отлично, — я вытер лоб. — Жарко.

— Ну да, — Шустов потёр лицо платком. — Суть в том, что нам нужно несколько грузовиков, чтобы доставить груз в новые регионы. Гуманитарная помощь, в сети идёт сбор для наших ребят, ну и кое-что отправляют наши спонсоры. Еда, лекарства, «мавики», купили целую партию. И надо отправить как можно скорее.

— Понимаю, с таким, — я посмотрел на него. — С таким мы готовы помочь… без оплаты. Я поговорил с партнёрами, они это только поддерживают.

— Приятно поговорить с патриотами, — он осклабился. — Конечно, это не останется без вознаграждения, и с такими людьми готовы работать как мы, так и бизнес. Просто в последнее время городские компании стали… отказываться, боятся, — Шустов нахмурился. — Совсем в тылу расслабились. Вот бы их по законам военного времени прижать, да не дают.

Конечно, откажутся, ведь про пропавшие грузы слышали все. Шустову не важно, кто именно будет это всё перевозить. Суть в том, чтобы помощь уехала, и он получил красивую картинку для отчёта.

Потом это где-то потеряется, а внакладе будет транспортная компания, которая теряет транспорт.

Не думал раньше, что мне придётся заниматься Шустовым, ведь я думал, что его додавят коллеги. Но раз уж взялся, то доведу до конца сам.

Но он не ставит меня в курс схемы, ведь я для него чужой. Просто говорит, что для того, чтобы работать в городе, нужно оказать ему услугу, прикрываясь доставкой гумманитарки. А барыши с груза, который, возможно, уже украден, ещё до погрузки, он разделит между своими.

До цели не дойдёт ничего. Это мелочный гад, но который может многое знать. Выжмем всё и выкинем, тем более, уж кто-кто, а он это заслужил.

А мне пора переходить к делу. Я слушал и снова задерживал дыхание, ещё раз наклонился, якобы уронил ручку. И вскоре почувствовал, что лицо уже горит.

— А с вами всё хорошо? — спросил Шустов, пристально глядя на меня. — У вас лицо покраснело.

— Гипертония, — медленно ответил я и выдохнул. — Давление поднялось.

— О, у меня тоже бывает. Коньячку, может? Хотя у меня его нет, — он начал озираться по сторонам. — Выпили.

— Да у меня таблетки есть. Можно воды?

— Да, конечно.

Он поднялся, кресло при этом будто с облегчением выдохнуло, и подошёл к столику у стены.

А я начал действовать.

Один жучок — под зелёный колпак лампы, где давно не убирали пыль, небольшая таблетка легко прилипла к пластику изнутри.

Он налил воду, и я следил за ним, чтобы не повернулся.

Телефоны в одинаковых чехлах я поменял местами: его положил к себе, а свой — к нему. Но это не всё, у меня будет не так грубо. И у меня второй чехол для него.

Он обернулся. Я сидел в кресле, потирая лоб.

На всё про всё ушло несколько секунд.

Но это только начало.

— Я вот даже кофе по утрам перестал пить, — разглагольствовал Шустов, разворачиваясь со стаканом, — давление высокое.

Ну, на зоне кофе не подают, а с крепкого чая давление будет ещё выше. И это если тебе повезёт, и до зоны ты доживёшь. Думаю, не факт, ведь Фантом действует жёстко, когда дотягивается до цели. Такая у него легенда.

— В таком случае мы договорились, Григорий Константинович, — я отпил воды, делая вид, что закинул в рот таблетку, и поднялся. — Грузовики предоставлю, все документы пришлю.

— Работайте, — он кивнул. — Со всем разберёмся.

Я убрал телефон в карман, вышел и продолжил работу.

В коридоре никого. Встал так, чтобы меня не видела камера, сдёрнул чехол с телефона, проверил, есть ли внутри его вещи, и переложил пару карточек в свой, тот самый, с которым возился утром, который сначала разрезал, потом зашил и заклеил.

В нём — подарок. Ещё один жучок, миниатюрный, но подходящий.

Послышались шаги. Я засунул телефон в новый чехол, проверил, всё ли так, как было.

Но и это не всё.

Провёл пальцем латинскую букву L, разблокируя телефон, зашёл в настройки и провёл сопряжение Bluetooth устройства. Уведомлений от него нет, да и мало кто постоянно заходит в настройки, чтобы искать левые устройства.

И всё, второй жучок подключён, чтобы отправлял всё куда надо. Приблуда на редкость продвинутая.

Я вернулся к кабинету и постучал в дверь. Пора возвращать, пока он не понял подвоха.

— Григорий Константинович, виноват! — я протянул ему аппарат. — Ваш телефон схватил не глядя.

— Да это ерунда, — он взял смартфон, даже не взглянув толком, и сунул в карман камуфляжных штанов. — А я думаю — чё-то не то, не разблокируется никак.

После я покинул здание.

Запись с диктофона есть — на первый этап этого хватит, чтобы он не потирал свои ручки, можно использовать. Но главное — жучок, спрятанный в чехле, маленький и тонкий, как таблетка.

Это его я зашивал утром в толстый чехол.

Оба жучка хороши, но этот второй — совсем другой уровень. Мне приготовил его Максимилиан Хворостов. Микрофон достаточно чувствительный. Когда будет разговор по телефону, жучок всё запишет. Но он может записать и разговоры рядом, пусть и качество будет похуже.

Заряда хватит ненадолго — буквально на несколько дней. Впрочем, много и не надо. Сейчас я потыкаю палкой в их осиное гнездо, и им придётся очень быстро действовать и звонить.

Но меня заинтересовал этот груз дронов. Не исключено, он существует. Возможно, собирали партию из какой-то фирмы или купили в Китае. Или это сделал «Горизонт», ведь насколько мне известно, они собрали минимум один большой грузовой дрон и могут сделать другие. Но партию могли выкрасть или использовать грузовики, чтобы передать ещё куда-то.

Схем может быть много, а учитывая, что грузовиков у меня нет, надо выяснять это как-то иначе.

Надо попасть на территорию и всё узнать самому.

Но пока — ноутбук Игнашевича. Я вернулся на квартиру, снял костюм, открыл свой ноутбук и подключился к серверу, куда шло копирование.

Закончилось, его файлы у меня. Теперь изучим, что там есть.

Заодно проверил, работает ли жучок на телефоне Шустова. Там уже были первые минуты разговоров. Пока он не понял, что его слушают, вот и надо использовать всё это по полной.

Снял костюм, повесил его на вешалку, взлохматил волосы и помыл лицо, после чего надел футболку с синим принтом и шорты. И вот я снова студент Толик, который собирается на встречу с друзьями в парке.

Мелочь, но внешний вид и движения сильно влияют на восприятие, как и манера речи. Теперь буду выглядеть совсем молодым.

Виталик всё равно знал, что я почти его ровесник, я это не скрывал. Просто он думал, что я работаю на кого-то очень серьёзного, да и сам обученный.

Я взял второй телефон и вошёл под другим аккаунтом в один из зарубежных мессенджеров. Катя была в сети.

Создал временный чат и послал точку, как в прошлый раз. Она сразу поняла, что это значит.

«Откуда вы меня знаете?» — тут же написала Катя без всяких смайликов.

«Ваш снимок был у Игнашевича, когда вы приходили на собеседование, поэтому вас не пустили. Снимок прислал Трофимов. Тогда я вами заинтересовался и узнал, откуда вы».

«Что вы хотите?»

Я отправил ей запись. Буквально несколько секунд, как дрон Виталика несколько дней назад пролетел на территорию закрытого завода, где находилась фирма «Горизонт». И как этот дрон был сбит.