— Волшебное место, — пробормотал я.

Она легонько ударила меня по руке и продолжила:

— Здания выше гор, из стали и стекла. Металлические повозки и корабли, летающие машины, огромная статуя на острове… Всё это казалось невероятным, но я знаю, что это правда.

Поппи рассказала, как слышала голоса из маленьких устройств в руках людей. Это не была магия. Голоса говорили о катастрофическом извержении — том самом, что она видела в стазисе: земля раскололась до самой сердцевины, и почти никто не выжил.

— Но кое-где люди остались, — сказала она. — Только Торн намекнул, что пробуждённые Древние не пощадят их.

Я положил ладонь ей на спину:

— Ненавижу, что тебе пришлось это видеть.

— Торн сказал, что Континенты были куда больше нашего мира, — тихо добавила она, — но пробуждённые Древние не будут милосердны.

Я повторил древние слова:

— Unia eta eram.

Поппи посмотрела на него:

— Гибель и гнев.

— Айдун говорил мне об этом, — ответил он, садясь рядом и вспоминая его слова. — Он уверял, что они вряд ли пересекут Пелену сейчас, но другие спят в нашем мире.

— Да, — тихо сказала Поппи, уронив подбородок на колени. — Они сказали, что пока это не угроза.

Он задержал взгляд на её профиле.

— Айдун говорил нечто похожее.

Она повернула голову:

— Похожее?

Он прикусил нижнюю губу, размышляя, стоит ли делиться. Дело было не в желании скрыть правду, а в том, что словам Айдуна трудно доверять.

— Он упомянул пророчество. Сказал, что Колис — Великий Заговорщик, а ты — Вестница, несущая смерть и разрушение.

Поппи застыла, и у него перехватило дыхание.

— Смерть и разрушение, — прошептала она. — Кость и пепел.

Глава 18

КАСТИЛ

Кости и пепел.

Странное ощущение отозвалось во мне, вибрируя в крови и костях.

Я потер грудь, не имея ни малейшего представления, что это вызвало.

— Смерть и Разрушение? — спросила Поппи, глядя на меня. — Он сказал, что это Колис?

Опустив руку, я прокрутил в голове разговор с Судьбой.

— Он не сказал, что это не он. Но кто ещё это может быть?

— Верно, — пробормотала она, морщинка между бровей постепенно разгладилась. — Что ещё он сказал?

— Что-то про твоё Вознесение, — ответил я, и слова отдали горечью. — Будто оно создало нечто, что, по сути, запустило… кое-что здесь.

Она склонила подбородок к колену.

— Нечто, что создала я?

— Полагаю, он имел в виду Колиса.

Брови Поппи нахмурились, потом разгладились, когда она подняла взгляд на меня.

— Не уверена, — сказала она. — Возможно, он говорил о тебе и Киерене. Это совпадает с тем, что говорили другие Судьбы. По сути, я вас не просто Вознесла… я вроде как создала вас.

— Создала меня?.. — я приподнял бровь.

Поппи поморщилась.

— Да, звучит странно. — Она сделала неглубокий вдох. — Когда мои способности разделились между тобой и Киереном, возник новый пантеон.

Я удивлённо вскинул брови.

— Нравится, как это звучит.

Она улыбнулась.

— Конечно, нравится.

Хмыкнув, я протянул руку и заправил непослушную прядь за её ухо.

— Они так и сказали?

— Да. Сказали, что мы — Первозданные боги Деминийена.

— Деминийен?

— Настоящие Первозданные без Двора, — пояснила она. — Двор — это всего лишь другое слово для того, что олицетворяют боги, их сущность. Но Деминийен — истинный Первозданный, не связанный ни с одним Двором. Ваше с Киереном присутствие в смертном мире не влияет на людей так, как присутствие Первозданного, у которого есть Двор. Так что я не понимаю, как это может что-то запустить… подожди. Вы оба носите истинные искры, значит, при необходимости можете взять себе Двор. — Она нахмурилась. — Хотя это не важно.

— Такое чувство, что ты сейчас разговариваешь сама с собой, — протянул я лениво. — Но это очаровательно.

Она улыбнулась.

— Прости. Просто те Судьбы, с которыми я говорила, явно кое-что утаили. Понимаешь, — сказала она, поворачиваясь ко мне, — Айдун говорил о тебе. Ты — другой истинный Первозданный Смерти.

Её слова эхом прокатились в моих мыслях, пока я смотрел на неё.

— В этом есть смысл, — продолжила она. — Поодиночке твоё присутствие ни на что не влияет. Но с Колисом — да. То же самое случилось бы, если бы Королева богов находилась в смертном мире достаточно долго.

— Ты уверена?

— Думаю… нет, я уверена. Это ва́дентия.

Мне понадобилось мгновение, чтобы вспомнить, что это слово значит на языке богов. Киерен, наверное, понял бы сразу.

— Предвидение?

Она кивнула.

— Оно пришло с Вознесением. Не уверена, почему только у меня… Хотя, думаю, это связано с тем, что я потомок Королевы богов и женщина. И потому что, по сути, я — первый Деминийен, вознёсшийся до уровня Первозданных.

— Ну что ж, особенная ты наша.

Она метнула в меня насмешливый взгляд.

Я усмехнулся.

— Так что ты теперь наша Королева, ещё больше, чем прежде.

— А разве это не делает тебя ещё больше Королём?

— Нет. — Я откинулся назад и подтянул колено. — Это делает меня твоим Супругом. Как и раньше.

— Я всё ещё отвергаю эту мысль.

— Конечно, отвергаешь, — передразнил я её недавние слова.

Поппи улыбнулась, но улыбка быстро погасла.

— Ты говорил, что это всё продолжит усиливать дисбаланс, — сказала она. — Это уже началось?

— Да. — Я провёл рукой по челюсти. — Солнце.

Она напряглась.

— Солнце?

— Ты знаешь, что оно должно вставать на востоке?

— Должно? — Она уставилась на меня. — Мне нужно гораздо больше подробностей. И быстро.

— Так вот, теперь оно больше не там, — сказал я. — Теперь восходит на западе.

Поппи открыла рот. Закрыла.

— Это не может быть хорошим знаком.

— Кроме того, что это пугает смертных, особого влияния пока нет. Но перемена случилась… Чёрт, всего два дня назад. Кажется, прошло больше. Хотя кто знает, сколько времени Айдун держал мир на паузе. — Я покачал головой. — Да, примерно два дня назад.

— Значит, последствия могли ещё не проявиться, — она сжала одеяло. — Ещё что-то совершенно нелогичное произошло?

— Насколько я знаю, пока нет. Но думаю, чем дольше Колис останется в этом мире… — я поднял руку и провёл пальцами по её косе, — тем явственнее станет этот дисбаланс.

— Что может быть нагляднее солнца, восходящего на западе? — Она покачала головой. — Он не привёл примеров, что ещё может случиться?

— Нет. — Я стянул ленту, удерживавшую её косу, и надел её себе на запястье.

Поппи молчала, пока я осторожно разбирал её волосы пальцами.

— Но в целом это хорошие новости, — сказала она наконец. — Ну, не про солнце, конечно.

Я тихо усмехнулся, собирая её волосы.

— Определённо не про солнце.

— Но ведь ты и Киерен — Первозданные боги, — продолжила она, когда я перекинул прядь через её плечо. — Значит, вы оба будете очень сильными.

— Именно.

Она прикусила губу, пока я проводил ладонью по её руке. Её спина чуть прогнулась, когда она спросила:

— И как ты себя чувствуешь, будучи Первозданным? Похоже, тебя это не удивляет.

— Думаю, весь запас удивления я исчерпал, когда впервые увидел эфир, кружившийся вокруг меня, — ответил я честно. — У меня было время это осмыслить.

Тревога в её голосе стала плотнее.

— Но ты ведь не ожидал такого, соглашаясь на Союз. Как и Киерен. Но… — Она поджала губы и отпустила их. — Так ты в порядке с этим? С тем, что ты… Первозданный Смерти?

Моя ладонь легла на её талию, и я поднялся на колени. Наклонился ближе, пока она не оказалась на спине подо мной. Её тёплый сладкий запах обволок меня. Я коснулся губами её плеча.

— А ты?

Лёгкая дрожь пробежала по её коже.

— Да.

Я слегка прикусил её.

— Тогда и я тоже.

Она посмотрела на меня.

— Ты говоришь так, будто важны только мои чувства, Кас…