Тони рассмеялся. — Пожалуйста. Я был мудрым с рождения. Моя мама говорила, что я вырос, цитируя Сунь-цзы.
Я фыркнула, качая головой. — Твоя мама также считает тебя святым.
Тони был младшим ребенком Сильвии ДеМоне, что означало, что он всегда был обожаемым ребенком.
— Именно. — Он сверкнул улыбкой. — У нее явно есть здравый смысл.
Я закатила глаза и потянулась за бутылкой с водой.
— Просто говорю. Кем бы вы с Зейном ни были… Реши эту проблему, пока она не погубила тебя. Подобное дерьмо не остается похороненным. Особенно в нашем мире.
Я остановилась на середине глотка. Воздух в моих легких стал тяжелее.
— Принято к сведению, — тихо сказала я, прочищая горло.
Тони похлопал меня по плечу, уходя и начиная бинтовать руки, оставляя меня наедине с эхом имени, которое, я и не подозревала, пустило корни в моей груди.
Зейн.
Воздух в подпольном бойцовском клубе Python был пропитан потом и сталью. Моя спортивная сумка была перекинута через плечо, лямка влажная от тренировки. Мои волосы прилипли к лицу, и Тони только что в последний раз стукнул меня кулаком, прежде чем направиться к задней лестнице.
— До скорого, Кали, — бросил он через плечо со своей классической ухмылкой.
— Увидимся, — сказала я, поправляя сумку и разминая ноющее плечо. Мое тело чувствовало себя расслабленным, адреналин все еще кипел, но я еще не была готова уходить. Я задержалась у угла главного ринга, переводя дыхание.
Именно тогда вошла группа парней Зейна – все широкоплечие и дисциплинированные. С одним из них был кто-то новенький. Высокий. Уверенный в себе. Слишком самодовольный.
Он заметил меня и улыбнулся. — Привет. Ты тоже здесь тренируешься? — Спросил он, делая шаг вперед. — Дакс. Я новый боец Python.
Я слегка наклонила голову. — Добро пожаловать в клуб.
— Ты когда-нибудь бывала на этих подземных трассах возле Челси? — Его ухмылка стала шире. — Сегодня вечером важный матч. Мы могли бы...
— Ей это неинтересно.
Голос был низким, мрачным, острым, как лезвие.
Я быстро повернула голову. Зейн стоял в нескольких футах позади Дакса, одетый во все черное, словно материализовался из тени. Его глаза, эти опасные глаза цвета ледника, были устремлены на Дакса с какой-то спокойной угрозой, которая охладила воздух вокруг нас.
Зейн медленно шагнул вперед, засунув руки в карманы куртки.
Дакс моргнул, пытаясь сохранять невозмутимость. — Я не имел в виду никакого неуважения, чувак.
— Я знаю, — ответил Зейн. — Давай оставим все как есть.
Наступила тишина, тяжелая и незамедлительная.
Дакс сглотнул и быстро кивнул. — Конечно. Хорошего дня, босс. — Затем он попятился и исчез вместе с остальными в направлении задних клеток.
Я застыла с широко раскрытыми глазами. Что, черт возьми, только что произошло?
Зейн уже ушел, как ни в чем не бывало. Я последовала за ним к лестнице в его кабинет. Его спина была стеной контроля и напряжения передо мной.
Он ворвался в свой кабинет со своей обычной холодной отстраненностью, но я не дала ему ни секунды, чтобы проигнорировать меня.
— Что с тобой не так? — Потребовала я ответа, закрывая дверь сильнее, чем необходимо.
Зейн не повернулся ко мне лицом. Он зашагал к задней стене, стиснув зубы, с напряженными плечами под черной сшитой на заказ тканью пиджака.
— Ты не можешь так делать, — продолжила я, делая шаг вперед. — Прыгнуть и зарычать на какого-то парня за то, что он просто заговорил со мной.
Он обернулся, его взгляд был острым, голос едва контролировался. — Он не разговаривал с тобой. Он пытался увести тебя туда, куда я не разрешал.
— Боже упаси меня сказать «да» кому-то, кто не ты!
Его пристальный взгляд вернулся к моему. Что-то нечитаемое сжалось в его челюсти. — Ты все правильно поняла.
Он не стал вдаваться в подробности. В этом не было необходимости. Выражение его глаз сказало мне все, что мне нужно было знать.
Он не хотел, чтобы я говорила «да» кому-либо, кроме него.
Мой пульс бешено заколотился.
— Ну, — сказала я, сокращая расстояние между нами, — если ты собираешься начать ревновать...
— Я не ревную, — пробормотал он, но румянец на его скулах говорил об обратном.
— Верно. — Я улыбнулась, медленно зацепившись двумя пальцами за край его брюк, чуть выше пояса. — Совершенно не ревнуешь.
— Кали, — предупредил он, не глядя на меня. — Кто-нибудь может нас увидеть.
Я наклонилась к нему, мои руки свободно обвились вокруг его шеи, подбородок приподнят. Он был теплым, твердым, невозможно неподвижным.
Такой дисциплинированный...
Ничто не сравнится с тем, как он целовал меня прошлой ночью. Грязно. Мокро. Беспорядочно.
— Разве стеклянная стена твоего офиса не тонированная? — Спросила я мягким голосом. — Ты можешь прикоснуться ко мне...
Мои пальцы зарылись в его волосы. Его глаза закрылись, из горла вырвался низкий стон.
— Поцелуй меня... — Я поддразнила, едва касаясь языком его губ.
Его руки легли мне на талию, крепко сжимая – слишком крепко, чтобы быть небрежным. Он держал меня так, словно не хотел, чтобы я отодвигалась.
— Прямо сейчас, — прошептала я, — И никто, кроме нас, не узнает.
Его лоб прижался к моему для одного тяжелого вздоха, затем другого. — Мы не можем, — наконец сказал он низким и прерывистым голосом.
Его стояк прижался к моему животу, посылая жидкий огонь между моих ног.
Я отодвинулась на несколько дюймов, позволяя своей мягкой улыбке говорить о многом. — Как скажете, босс.
Повернувшись на каблуках, я выскользнула из его рук и кабинета, мой пульс бешено колотился, и я прикусила губу.
Я оторвалась от Зейна на десять минут.
Десять минут притворялась, что больше не ощущаю его вкуса на своих губах. Десять минут попыток не обращать внимания на жар, все еще разливающийся внизу моего живота, на то, как его руки обхватили меня за талию, словно я была чем-то хрупким и опасным одновременно.
Но голос Тони эхом отдавался в моей голове.
Я резко выдохнула, пальцы сжались в кулаки. — К черту все.
Развернувшись, я прошла обратно по коридору, ведущему в кабинет Зейна. Дверь была закрыта, матовое стекло не давало ни малейшего намека на то, что находилось за ней.
Я подергала ручку. Заперто.
Тихо постучав, я подождала. Ответа не последовало.
Мое сердце бешено колотилось, когда я полезла в сумку, пальцы коснулись карты доступа, которую я «позаимствовала» со стола Зейна несколько недель назад. Пропустив ее через считывающее устройство, я услышал тихий щелчок открывающегося замка.
— Зейн? — Я тихо позвала.
Никакого ответа.
Войдя внутрь, я закрыла за собой дверь, щелчок эхом отозвался в тихой комнате. Мои глаза осмотрели пространство – его стол, тщательно прибранный; диван со слегка смятыми подушками; дверь в его личную ванную комнату приоткрыта.
Изнутри донесся тихий шелест воды в душе.
Жар залил мои щеки. Я не должна быть здесь. Это ошибка.
Повернувшись на каблуках, я потянулась к дверной ручке, намереваясь уйти до того, как он...
— Черт возьми, Кали.
Его голос, грубый и мрачный, остановил меня на полпути.
Я застыла в центре офиса Зейна с украденной картой доступа в руке. Сделав глубокий вдох, я, наконец, набралась смелости обернуться, только чтобы понять, что Зейн обращался не ко мне.
Он не знал, что я здесь. Но… Он назвал мое имя.
Меня охватило любопытство, и прежде чем я успела передумать, я подошла ближе.
Заглянув в щель в двери, я увидела, что ванная была окутана дымкой, кафель блестел от конденсата. Сквозь пар я мельком увидела Зейна под струями душа, стоящего ко мне спиной.
Его мокрые черные волосы прилипли к шее, и вода каскадом стекала по телу, обрисовывая контуры мышц.
Одна рука его лежала на кафеле над головой, другая рука...
